Александр Чернышов - Эспер: Проект Пророк
- Эмм... - я несколько смешался.
- Вы грубейшим образом нарушили дисциплинарные нормы и правила воинского устава. Вас следовало бы отчислить! - в разговор вмешался еще один мужчина со знаками отличия полковника. На его форме был нашит шеврон меча, окутанного цепями. Знак комендантских войск. Это означало, что он командует комендантскими, а так же отвечает за дисциплину в части, к которой прикомандированы его силы.
Внешность у него была соответствующая: идеально выглаженная и подогнанная форма, гладко выбритое лицо, прямая осанка и блеск стальной дисциплины в глазах. Не человек, а гранитная плита.
- Осознаю содеянное мной и готов понести любое наказание, кроме отчисления! - четко отрапортовал я, решив идти ва-банк. Помирать, так с музыкой.
- Собственно, некоторые члены дисциплинарного комитета настоятельно требуют именно этой меры. - заметил седой генерал.
Я заметил, как в глазах начальника дисциплинарной службы промелькнули искры торжества. Так же, с некоторым неудовольствием я отметил, что женщина, сидящая в левой части стола, а так же мужчина, сидящий справа от генерала, тоже склонили головы в знак согласия.
Я почувствовал, как ноги становятся ватными. Отец устроит мне земной ад... В голове замелькали сцены ужасный истязательств строгого родителя над своим нерадивым дитем.
- Тем не менее, отчислить мы вас не можем. - спокойно, не меняя интонаций, продолжил генерал.
Я подумал, что от пережитых эмоций сейчас умру. По лицу, против воли, начала расплываться улыбка.
- Василий Степанович, это неслыханно! - вскочил со своего места комендантский полковник.
- Сергей Юрьевич, вы бы успокоились. - спокойно ответил генерал.
- Но ведь его необходимо отчислить. Он устроил мордобой прямо на плацу, избил нескольких старших по званию и так же вывел из строя четырех моих бойцов. Они теперь неделю будут в лазарете валяться!
Странно, мне показалось, что дрался я со штурмовиками. Но возмущение полковника понятно. Видимо, я наступил ему на любимую мозоль.
- Я прекрасно понимаю всю серьезность его проступков, товарищ полковник. - голос генерала оставался по тихим, но в нем проскользнули стальные нотки.
Полковник осекся и, попросив прощения, сел на место.
- Итак, продолжим. Что же нам делать с тобой, Влад Старков?
- Готов понести любое наказание. - зная, что отчисления мне не грозит, я мог немного побравировать и поиграть в героя.
- Что же, раз вы готовы ко всему, то и приказывать нет необходимости. - с некоторым облегчением ответил генерал.
Не придется приказывать? Я несколько смутился. Что же может быть настолько серьезным? Мне стало несколько не по себе.
- Прощу прощения, товарищ генерал, но хотелось бы прояснить, в чем же заключается мое наказание в таком случае?
- Вам все подробно расскажет он. - ответил генерал, указывая на мужчину в форме штурмовиков, но без каких либо опознавательных знаков. - Что же, раз все разрешилось, считаю заседание дисциплинарного комитета оконченным.
Все начали вставать со своих мест. Все, кроме генерала и загадочного мужчины.
- Старков, задержитесь на секунду, пожалуйста. - неожиданно попросил генерал.
Я остановился и подвинулся, освобождая проход. Полковник, проходя мимо, подарил взгляд, полный обещаний ужасной мести. Похоже, я нажил себе врага. И весьма влиятельного. Комендантские, или, иначе говоря, охранно-дисциплинарные войска, обладали ощутимой властью.
Подождав, когда все выйдут, генерал обратился ко мне по имени.
- Влад, присядь, пожалуйста, мне нужно серьезно с тобой поговорить.
Я удивленно вскинул брови, но послушался и молча плюхнулся на самый крайний стул.
- Я прощу прощения за этот, с позволения сказать, фарс. Но у меня, как у командира этой учебной части, есть обязанности, есть протоколы и требования которые связывают меня по рукам и ногам. Поэтому твой поступок необходимо было рассмотреть на заседании дисциплинарного комитета. Полковник Громов, Сергей Юрьевич, не дал бы так просто замять это дело. Ведь ты покалечил нескольких его ребят.
- А я думал, что они из штурмовой пехоты. - попробовал оправдаться я.
- Это личная рота Громова. Сергей Юрьевич - бывший штурмовик. Поэтому свою роту одевает и экипирует, как штурмовой спецназ.
- Аааа... - неопределенно протянул я.
- Итак, вернемся к тебе. Сразу скажу, что тебе одновременно и повезло, и ты капитально вляпался. Я хорошо знал твоего отца, поэтому спрошу еще раз - может тебя просто отчислить?
От удивления мои брови поползли вверх, с риском слиться с шевелюрой. Если он знает моего отца, то что, в его понимании, хуже отчисления. Меня же отец сгнобит.
- Василий Степанович, вы бы ему пояснили все, а потом уж переспрашивали. - вмешался в наш диалог незнакомец в форме штурмовиков.
Генерал посмотрел на него с осуждением, но затем тяжело вздохнул и снова перевел взгляд на меня.
- Итак, слушай. Когда до меня дошли слухи о том, что некий еще даже не курсант по фамилии Старков явился зачинщиком драки, на которую глазел весь центр, я сразу подумал, что это отпрыск Жени Старкова.
- Это еще почему? - я почувствовал, как мои уши алеют.
- Ну, твой ненаглядный папаша отличился точно так же. Правда, не на первый день. Устроил потасовку прямо перед строем с излишне крикливым сержантом. Не вылетел по счастливой случайности.
- Это по какой же? - во мне загорелось любопытство. Папа мне об этом не рассказывал.
- Ну. - протянул генерал, улыбнувшись - Он там отделал, кого только успел. Не смотря на чины и звания. Одним из попавших под раздачу был генерал Суворов, тогдашний командующий учебным центом. Немного своевольный был мужик, но хороший. Так вот, он сказал, что заставит юнца уважать старших по званию. А мне, как его заму и другу, потом признался по секрету, что очень уж хорош у твоего отца удар, да и дерётся до конца. Знатный должен выйти штурмовик.
- Ух ты. - восхищенно выдохнул я. Так оказывается, папин темперамент стал его благословением.
- Мы отошли от темы. Так вот, в тот же день у меня на столе лежала запись этого инцидента, и Громов сидел на ушах с требованием немедленно отчислить нахала. Я бы и отчислил, выбора не было. Громов не позволил бы замять инцидент. Но на записи я увидел странные вещи, и направил их в секретную службу. Вчера к нам приехал генерал Ильин, из отдела специальных операций при Разведывательно-Диверсионной службе Федеральных Войск. Он мне сказал, что готов заставить успокоится Громова, но при условии, что он переведет тебя из нашего учебного центра в центр подготовки РДС.
- Я готов! - с радостью воскликнул я. Ведь если это единственный способ не вылететь из армии, то им нужно обязательно воспользоваться. Папа хуже, по любому.