Сергей Вольнов - Zona Incognita

Визг поднялся дичайший. Спасибо шлему, не то оглох бы. Плоть срывается с места, бросается на меня и получает очередь в упор. Скотина валится на землю, и её начинает так зверски колбасить, так она активно выбрыкивает конечностями, что я запрыгиваю на бак от греха подальше. Живучая какая попалась!

Придётся не жалеть боеприпасов. Вот бы мне сейчас лучемёт, очень кстати пришёлся бы! Вмиг располовинить тушу или четвертовать.

Изрешетив этот кусок вонючего мяса, топаю дальше, выискивая местечко, чтобы притулить «пламя». И только-только достаю артефакт, чтобы водрузить его на живописную корягу, как вдруг слышу громкий треск ветки за спиной. Спокойно оборачиваюсь. Стоят за спиной пятеро, на меня таращатся и на хреновину явно непростую в моих руках, естественно. Обалдеть, как это они незаметно ко мне подкрались?! У моей чуйки отгул, что ли, внеплановый?.. Закидываю артефакт обратно в рюкзак и поглаживаю пальцем тригер своего «Грома».

Бывалый сталкер среди них лишь один, остальные — новички, чуть ли не первоходки, по всем признакам. Туристы, короче говоря. Притом бывалый разит не просто «перегаром» опыта, а прямиком… в мозги мне пытается залезть! Вот и ответ на вопрос, какого чёрта меня врасплох застали. Настоящий потенциал. Ещё и чем-то вроде теневого режима умеет пользоваться. Я ошибался, думая, что в этом периоде времени настолько мощными способностями ещё никто не обладает… Что за тип такой талантливый?!

А тип стоит и смотрит, ствол не наводит, но обе руки, ко всему готовые, крепко держат легендарный «винторез». Один молодчик из компашки ведомых хочет было направить на меня свой АК. Но сталкер-проводник ладонью опускает ствол его автомата к земле и тихонько советует:

— Зелёнка, ежели не хотишь, чтоб тебе твой же «калаш» в жопу засунули, не размахивай им, как членом в борделе.

По всему видно, наш человек. И нафарширован достойно для своего времени — «пушки», броня, и… детектор. Новейшей для текущего года модификации, блин. Трещит-пищит, заливается от моей коллекции известных и неведомых артефактов, наполнившей рюкзак. Эх, браток, откуда ты взялся на мою голову! В этом периоде времени, уже далеко не начальном, но до чёрных событий двадцать шестого года и образования Предзонья ещё ух как не близко…

Привет, земеля. Мы к селу гребём. Ты, я гляжу, оттудова. — Он изучающе присматривается ко мне. — Через пустырь шёл? Весь комбез в репяхах… Подкинь инфу, как там чего. Через руины можно просочиться? Или лучше туда не рыпаться?

Ага, сейчас я ему карту нарисую. Ишь какой хитрый. Отвлекает, зубы заговаривает. Он ещё не знает, как толковать свои необычные ощущения, но его латентная чуйка наверняка готова заорать от тревоги.

Э-э, да то ж я не тут в бурьян влез, в посёлке и не был, — вру, не краснея, — а где шёл пролеском, везде пипец, куда ни сунься, на каждом шагу засада.

Сталкер подходит ближе.

Не умеешь ты врать, браток, — криво ухмыляется он мне, как будто мысли прочитал, — я не первый день по Зоне бегаю, меня все знают и брехунца не заправляют. Бо не фиг, различу я враньё. А вот тебя, сколько ни ходил тут, ни разу не видел, а должен был, тёртый ты уж больно. И откель у тебя столько артефактов? Случайно нашёл, горкой сложенные? А ты не шатун, часом?

Испытывает или провоцирует? Плевать. Некогда мне тут с ним этикет разводить.

Нет у меня ответов для тебя, — говорю я холодно, одновременно шагаю вперёд, подхожу к нему почти вплотную, — иди с миром, человече, притворись, что не видел меня никогда. Мой тебе совет добрый.

Хамишь, значит.

Топай-топай.

А в рыло?

Легко. На!

Отвешиваю ему прикладом в челюсть и вскидываю винтовку. Дульный компенсатор при этом упираю ему прямо в лоб.

Скажи своей зелени, чтобы пушки на землю побросали, а то мозги те враз высажу. — Между нашими глазами, кажется, электрическими искрами разряды гнева пробивают.

С-смелый ты, с-сучонок, када с-со с-стволом, — вытирая кровь с подбородка, буквально шипит он.

Был бы ты один, без этих пацанов, я б из тебя голыми руками говно повыбивал, — огрызаюсь.

Докажи, трепло! Пацаны тя не тронут, даже вдруг замочишь меня. Слыхали, чего я сказал?! — кричит он своим туристам.

Первоходки испуганно кивают головёнками и поспешно закидывают оружие за спины.

Что ж, рукопашка в моём случае — идеальный выход из деликатной ситуации. Убивать потенциально чуйствительного совершенно не входило в мои планы, тем более такого сильного! К тому же урок из нашей встречи он наверняка извлечёт. Скидываю рюкзак, кладу наземь, винтовку сверху пристраиваю, отстёгиваю пояс с «вторичкой». Противник тем временем поднимается на ноги, делает то же самое и… насмешливо говорит мне:

Масочку-то скидывай. Иль боишься, что физию шибко подпорчу?

В открытых противостояниях я этого предпочитаю не делать, но… формулировка исключает варианты. Если я не открою лицо, то по-любому буду выглядеть трусом. В таком случае какой смысл в этом поединке? Пристрелить их всех, и дальше, дальше.

Ни слова не говоря, открываю лицо.

Он пристально смотрит. Узнавания в глазах не заметно, и то хорошо. Не встречались раньше, точно.

Становимся друг напротив друга, кулаки сжимая, и понеслась!

Вымотаю здоровяка вначале и набуцкаю по репе, пока ноги его не подкосятся, дяде это лишь на пользу пойдёт. Немного поиграю с ним, только аккуратно, не показывая, что работаю в малую долю реальной силы… Пропущу для приличия пару ударов. Один — есть, в корпус! Второй — в скулу! Ох, тяжела твоя рука, мужик. Ну, теперь держись!

Жмущиеся в сторонке пацаны ахают, охают, свистят, подбадривают своего «папу». Кретины, нельзя ж так шуметь в Зоне… Вот мой нечаянный противник существенно сдаёт после моей очередной связки, апперкота и крюка левой. Краем уха слышу предложения молодежи грохнуть меня очередями из автоматического оружия. Блин, за этими вояками ещё следить надо! Так что, махаясь со сталкером, и с молодняка глаз не спускаю.

На том и погорел… Не уследил, блин! Увернувшись от очередной атаки не слабо помятого противника, ставлю ему подножку. Какого чёрта, спрашивается? Я ему даже пинка не дал, почему же он не упал, а наоборот, подскочил?! Не то слово! Бедолага уже ласточкой влетает меж двух акаций…

И только сообразив, что громкий хлопок издало ничто иное, как «трамплин», я понимаю, насколько позорно лоханулся.

Здорового мужика аномалия отшвыривает буквально на ту самую экзотическую корягу, на которой я хотел «пламя» оставить. Да так неудачно швыряет, что толстая ветвь пробивает туловище насквозь, и нанизанный сталкер удивлённо, непонимающе смотрит на деревяшку, торчащую у него из груди. Аккуратно между бронепластинками комбинезона проткнуло навылет… Всё, не жилец дядя.