Дикая Тварь из Дикого Леса - Виктор Гвор

Собрание педагогического состава по организации приёма абитуриентов на следующий учебный год традиционно проводилось весной, на пятидесятый день после равноденствия[1].

И столь же привычно начиналась с речи ректора. Деранитон Кварит поднялся на трибуну, поприветствовал собравшихся и начал свой монолог с традиционной же фразы:

- Уважаемые маги, наша академия…

Говорил ректор без бумажки, красочно и интересно, и слушать его было одно удовольствие, но торжественные речи были слабостью Кварита, и если дать ему волю, то меньше, чем два часа Деранитон говорить не будет. Любит человек процесс, что тут скажешь!

Потому ровно через пять минут, когда прозвучали слова «наш дружный коллектив», ректор был прерван репликой Анжекатона Вазохета, старейшего члена преподавательского коллектива:

- Деран! Мы всё это прекрасно знаем! – ворчливо произнёс тот. – Давай, ты произнесёшь громкую речь перед поступившими абитуриентами. Если таковые будут. А сейчас определимся с тем, кого берём, кого не берём, и кто будет этим заниматься.

Вазохет был слабым магом, да к тому же бытовиком, зато являлся звездой первой величины в математике, вследствие чего возглавлял кафедру общего образования. Сухонький старичок с улыбкой на подвижном морщинистом лице при первом же общении располагал к себе даже отъявленных мизантропов. Этакий безобидный добренький дедушка. Хотя ни добреньким, ни безобидным Анжекатон не являлся. Ну и что, что бытовой маг! Бытовуха – она такая бытовуха! Достаточно посмотреть статистику убийств и других тяжких преступлений. Что там на первом месте среди причин и поводов? Вот то-то же!

Выступление Вазохета тоже было традицией. Каждый год «дедушка» прерывал ректора на одном и том же месте.

- Хорошо, - согласился Кварит. – Итак, кого берём… Не вижу смысла что-либо менять в нашей политике.

- Извините, - поднялась с места Мералинарда Потанская, средних лет моложавая дама с взглядом змеи, которым она словно пыталась заморозить собеседников. – Я предлагаю максимально ограничить, а лучше вообще отменить приём простолюдинов в академию.

Это тоже было традицией. Каждый год декан целительского факультета предлагала одно и то же.

- Каковы Ваши аргументы? – спросил Емериконтал Закнерот, декан боевого факультета.

Закнерот даже внешне был образцом бравого военного. Большой, крепкий, сильный, подтянутый. Всегда чисто выбрит, на одежде не одной складки, и ежик на голове идеален, ни одна волосинка не отличается от своих соседок даже на миллиметр. Идеальная внешность сыграла с боевиком злую шутку, наградив прозвищем «Сержант».

- У нас серьёзное заведение! – воскликнула Потанская. – У нас учатся дети графов и герцогов! В прошлом году к нам собиралась поступать княжна Сторская! Как можно допускать в столь изысканное общество неотёсанное быдло?!

- Решением Его величества, в академии не существует сословного барьера, - напомнил ректор.

- Да! Нет! – не унималась целительница. – Но! За всю историю академии ни один простолюдин, осквернивший чертоги науки своим немытым телом, не добился значимых успехов! Конечно, все наши выпускники не архимаги, в таком возрасте это невозможно! Но неблагородные сильно слабее среднего уровня! А после выпуска отправляются в свои деревни и совсем перестают развивать дар! Всё, пшик! Все мы тратим кучу сил на обучение выпускников, чтобы они поливали огороды! И это те, у кого открылся дар! А три четверти и вовсе уходят на боевой факультет! Доколе?! Протестую!

Потанская могла и не говорить всего этого. Как мы все уже поняли, собравшиеся выслушивали эту гневную речь ежегодно. И знали, что на самом деле причина нелюбви целительницей простолюдинов в том, что при присоединении к Райндору Пшекского королевства, род Потанских не сумел подтвердить своё дворянство (как, собственно, девяносто процентов остальных пшекских сахтичей). И, несмотря на многолетние старания, Потанские оставались простолюдинами. Только сама Мералинарда удостоилась личного дворянства, ибо целитель императорской семьи простолюдином быть не может.

- Чем Вас не устраивает боевой факультет?! – вспылил Сержант.

- Тем, что там учатся не маги! – парировала Потанская. – В магической академии самый большой факультет готовит не магов, а неизвестно кого!

- Мы готовим защитников отечества!

- Да готовьте ради бога! Отделитесь, создайте военное училище, наберите детей кухарок и сторожей, и учите! Мы два года учим безграмотный скот словесности и математике, чтобы он после этого маршировал на плацу и тыкал палками в соломенные чучела!

- Смею напомнить, - взял слово Кожутарий Голард, представляющий огненный факультет, самый многочисленный в академии после боевого. – Что именно простолюдины, за обучение которых платит казна, приносят нам две трети академического бюджета. И после выпуска бюджетники обязаны десять лет отслужить на благо империи. Тогда как обучающиеся за свой счет дворяне возвращаются в родные пенаты. И их дальнейшая деятельность, по большому счету, ничем не отличается от существования простолюдинов. От политых огородов хотя бы есть зримая польза!

Вмешательство огневика тоже было традиционным.

- Позвольте уточнить нашу систему, - прервал дебаты ректор. – Мы принимаем на первый курс всех желающих в возрасте четырнадцати лет. Дворяне принимаются без экзаменов, простолюдинам необходимо показать наличие минимальных знаний. Соискатели старше четырнадцати лет в случае успешной сдачи экзаменов принимаются на старшие курсы в соответствие с возрастом. Можно поступить на курс старше своего возраста. Младше – нельзя! Проверяются знания по словесности, математике, физическим данным. Начиная с третьего курса по боевой подготовке и наличию дара. Всё это отлично работает уже многие годы.

- Дурацкая система, - буркнула Потанская. – Зачем муштровать целителей на плацу?

- Эта система, - отреагировал Кварит, - позволяет достичь ровной наполняемости групп на всех курсах. С третьего курса места ушедших на боевой факультет заполняются дворянами, поступающими сразу на старшие курсы. Если других предложений нет, прошу голосовать. Мера «против», остальные - «за».

И вновь традиция не была нарушена.

- Перейдём к составу приёмной комиссии.

- Поскольку с первым курсом работают кафедра общего образования и боевой факультет, - поднялся Голард, – приёмом на первый курс должны заниматься они же. Председателем комиссии предлагаю назначить уважаемого Анжекатона, - Вазохет встал и поклонился, - а его заместителем по проверке физических данных - уважаемого Емериконтала, - Сержант вставать не стал, ограничившись кивком. – А помощников коллеги подберут на своих кафедрах.

- Нет возражений? – спросил ректор. – Единогласно! И последнее. Главам всех факультетов и кафедр необходимо установить дежурство по проверке дара у поступающих на курсы, начиная с третьего. Простите, без этого никак. Тоже единогласно! Объявляю собрание закрытым!

Деранитон Кварит уходил домой довольным. Да, собрание можно было и не проводить, общий протокол будет