Александр Абердин - Русский бунт - 2030

Посидев за губернаторским столом ещё несколько минут, он с улыбкой встал и вышел из кабинета. Постояв в огромном зале, служившем во дворце предбанником губернаторского кабинета, Максим с удовлетворением отметил, что спать ему не хочется, а потому бодрой походкой направился к лифту. Во дворце было немноголюдно и тихо. Почти все бойцы полка «Титаник», который уже стали называть не только гвардейским, но ещё и президентским, находились в парке и, используя каждую его дорожку, мощёную камнем, и все площадки и лужайки, тренировались, оттачивая боевое мастерство. В наставниках у них недостатка не было. Полк «Титаник» был укреплён специальным десантно-штурмовым батальоном специального назначения, в котором одна рота и вовсе полностью состояла из бойцов-псиоников. Этот термин появился недавно и быстро вытеснял все остальные, такие, как экстрасенс, индиго и человек с паранормальными способностями. Полком «Титаник» командовал Борис Бойцов, ДШБ его младший брат Владимир, а девушки-стратеги, когда-то наводившие отряд подполковника на лагерь, в котором он когда-то мотал срок, стали его коллективным начальником штаба.

«Титаник» был не совсем обычным полком, так как его численный состав насчитывал две тысячи четыреста пятьдесят бойцов и офицеров. Весь полк передвигался на «БМП-3», практически лёгких танках, имел мобильную огневую поддержку из тридцати новейших танков «Т-95» и восьмидесяти боевых машин поддержки танков. Имелась в полку и воздушная поддержка в виде двадцати восьми вертолётов огневой поддержки «Ка-56». Остальные полки повстанческой армии были ничуть не слабее, но сильно разнились по своему численному составу. Суматоха первых двух дней привела к тому, что повстанцы понесли пусть и не такие уж большие, но всё же обидные и горькие потери в людях. Всё это уже было в прошлом, хотя времени прошло совсем ничего. Друзья Максима по «Комитету триста сорок» только теперь оценили то, что он отложил начало восстания почти на три года, потребовав во что бы то ни стало изготовить для повстанческой армии шестьсот тысяч комплектов защитно-маскировочного обмундирования. Получив сведения о потерях, подполковник Первенцев отдал приказ не пускать в бой ни одного солдата и офицера до тех пор, пока тот не будет экипирован в новый маскировочный боекостюм из наноброни и не освоит тактический шлем.

Прошло всего десять дней с начала восстания, а они уже довели численность повстанческой армии до шестисот тысяч солдат и офицеров, экипированных так, как это не снилось ни одной армии мира. Правда, мало кто знал, что каждый маскировочный боекостюм в комплекте с тактическим шлемом стоил почти столько же, сколько стоит новая модель «Мерседеса» — восемьдесят тысяч евро, а всего на восстание было потрачено почти семьдесят миллиардов евро. На это ушла львиная доля денег, заработанных финансистами «Комитета триста сорок» и изъятыми у некоторых типов, грабивших Россию в прежние времена. В повстанческой армии уже шла ротация. Из неё после нескольких дней боёв возвращались домой те деловые, кому было больше тридцати пяти лет. Их место занимали не только солдаты и офицеры действующей армии, но и те люди, которые с оружием в руках служили прежнему режиму, но тем не менее не были замешаны в кровавых преступлениях. Коснулось это и полка «Титаник». Из него торжественно проводили на гражданку почти триста бойцов, дошедших вместе с Гроссмейстером Чкаловым до Оренбурга.

Благодаря расширителю сознания и уколу здоровья, они за эти дни основательно окрепли и хотя знаний в их головах не прибавилось, тем не менее поумнели, так как мозги у них стали соображать быстрее. «Сыворотка здоровья» хотя и не преображала организм, всё же за счет эффекта мобилизации внутренних ресурсов ощутимо омолаживала людей, но для этого требовалось усиленное питание. В этом плане действие расширителя сознания было куда основательнее и вот что удивительно, розовый батальон с голубой каёмочкой сделался самым настоящим оплотом морали и нравственной чистоты. Голубые перестали быть таковыми, а вчерашние шлюхи вели себя так, словно снова стали девственницами. Ни одни, ни другие не желали уходить на гражданку до тех пор, пока Россия не будет освобождена полностью и внешние враги окончательно поймут, что теперь эта страна уже никому не по зубам.

Именно в смешанный батальон и направился подполковник Первенцев, чтобы заняться с ними рукопашным боем и побегать в тактическом шлеме по парку. Вскоре им предстояло брать штурмом Астану и снова превратить её в Целиноград. Исконно русские земли должны снова стать таковыми, прежде чем Россия сможет найти окончательное решение русского вопроса. После этого президентскому полку предстояло брать штурмом Москву. В «Титанике» все знали об этом и потому каждая свободная минута использовалась его бойцами для того, чтобы повысить свои боевые качества. Тактический шлем позволял это делать с минимальными затратами времени, мощностей полкового суперкомпьютера хватало и потому бойцы не снимали их даже в столовой. Что же, это только радовало подполковника Первенцева. С такими бойцами можно было смело идти в бой, они не струсят и не побегут при виде врага. Они навалятся на него с такой силой, что он сам станет спасаться бегством.

Максим прекрасно размялся за те два часа тренировки, которые ему удалось выкроить после интервью. В половине седьмого, когда на Восточном побережье США была поздняя ночь, к нему подошел широко, даже гланды видно, улыбающийся командир полка «Титаник» и сказал:

— Дядя Максим, тебе нужно срочно вернуться в кабинет. Американцы созрели и выйдут с тобой на связь с минуту на минуту. Наши связисты уже всё подготовили, а девочки даже погладили твой мундир.

Подполковник Первенцев вернулся в кабинет и узнал, что времени у него в запасе ещё минут сорок пять, пятьдесят. В Овальном кабинете шла нешуточная грызня. Президент США не хотел первым звонить руководителю русских повстанцев, которого какая-то английская дура назвала президентом. Он пытался переложить эту обязанность на своего госсекретаря, но тот упорно отбрыкивался, говоря, что ему просто нечего сказать русскому разведчику, сумевшему организовать такой грандиозный военный переворот. Остальные господа, приглашенные в Овальный кабинет, включая министра обороны и директора ЦРУ, были с ним полностью согласны, но президент не сдавался. Это дало Максиму возможность принять душ, надеть отутюженный мундир с орденскими колодками на груди и после этого ещё и поговорить чуть более четверти часа с парнями и девушками, детьми своих старых друзей, собравшимися в губернаторском кабинете. В половине восьмого Белый дом вышел на связь с Оренбургом и вскоре подполковник Первенцев увидел на большом экране Роберта Стюарта. На экране поменьше он видел весь Овальный кабинет и расстановку сил в нём. Американский президент, слегка кивнув, поприветствовал его: