Ольга Швецова - Стоящий у двери

– Растут! Еще как растут. Летом замучаешься выдергивать, – отмер наконец «машинист». – Дорога – она прибыль приносит, следить же надо.

«Интересно, сколько же прибыли может принести аренда дрезины два раза в год?» – размышлял командир, но решил, что эти люди, скорее всего, работают не ради патронов, а ради самой дороги. Просто им, как и отряду, не сидится без дела. Дозу радиации на поверхности получают… Так взрослые же мужики, сами соображают, что делают.

Глюк по-прежнему наблюдал за небом в оптику, но скоро кружащаяся стая совсем пропала из виду за лесом. Одной угрозой стало меньше, но это еще не означало потери бдительности. Петь и плясать пока не с чего. Сталкеры немного расслабились и снова вспомнили о том, что среди них – толстокожих и прагматичных – затесался романтик. Командир прикрикнул на расшумевшихся бойцов и подозвал к себе Дениса. Веселье постепенно увяло, хоть повторных замечаний не последовало. Как-то скучно было уже отпускать шуточки, не видя реакции, а высовываться со скамьи, заглядывая за обширное тело командира, не вполне согласовывалось с субординацией.

– Валентин Николаевич… – Денис хотел поблагодарить, но мысль потерялась на полуслове, он опять не мог сосредоточиться. Да и за что? Если у командира уши в трубочку сворачиваются от того, как отряд вовсю изощряется в остроумии, то сам Денис ни при чем.

– Не слушай ты этих придурков. – Доронин почему-то погрустнел и вздохнул. – Думаешь, это они со зла? От зависти! – добавил он уже погромче, чтобы подвести итог обсуждению проблемы. Самому командиру тоже хотелось отпустить по поводу влюбленного Ромео какую-нибудь озорную шутку, но он, в отличие от более молодых и нечувствительных бойцов, сдержался, поставив себя на место Дениса.

– Не обращай внимания, Динька, – повторил он.

Разве плохо, когда при мысли о «милом образе» сердце стучит и вдруг замирает? Совсем не плохо. Грустно только…

– И как же вы дрезины гоняете даже без нормального оружия? – продолжал допытываться командир. Уж очень его интересовало, откуда взялись люди на железной дороге посреди пустого и почти безжизненного Подмосковья.

– Так наше дело – транспорт! А отстреливаться уж вы будете. Еще ни разу не видел каравана, у которого не было бы надежной охраны.

– Это тебе пока повезло… Слушай, может, вы мутанты какие? Или привидения, и нам только кажется, что дрезиной кто-то управляет?

– Не, я настоящий! – обиделся «машинист». – А про невидимый паровоз я вам рассказывал, вот уж настоящая загадка. И хочется его увидеть когда-нибудь, и страшно вдруг делается.

– Страшнее, чем посреди леса в хлипкой клетке разъезжать?

– А что вы все вопросы задаете? – парень явно не хотел отвечать. – Я ж не спрашиваю, куда вас черти носили? За товаром каким-то, видно. Теперь наши на заметку возьмут Жуковский, будем знать, что и там кто-то выжил.

– Так вы, значит, перепись населения ведете?

Такой разговорчивый вчера «машинист» сейчас почему-то отмалчивался, но Доронин свои расспросы прекратил. У всех свои секреты, может быть, дорожники скрывают базу, опасаясь, что кто-то их завоюет? Наверное, не стоило спрашивать об оружии, у этой базы слабая оборона, и поэтому они боятся чужаков. Вряд ли Альянс ими заинтересуется, такой дальний форпост ему не нужен. Впрочем, внешняя политика – это уже не командирского ума дело. Сейчас главной задачей было сохранить товар и людей, добраться до Электрозаводской, а там уж и до входа у Семеновской. Далеко еще до дома…

К сараю с дрезинами, где отряд был вчера, подъехали без приключений, и Дредд отсчитал остаток оговоренного платежа. Теперь только бы Лысого снова выпихнуть на черную равнину, блестящую спекшимся стеклом в лунном свете, – и порядок! Патронов оставалось еще достаточно, чтобы обороняться. Но победившим птера Глюку с Егором теперь уже остальные монстры казались мелочью, и на этот раз перед пустошью они обошлись только минутной заминкой, чтобы проверить оружие.

Пройдя Перово с его нескончаемыми запасными путями и ржавеющими рядами вагонов, командир перестал ждать появления второго лупоглазого шатуна. Наверное, все же спят зимой медведи. А вот летом здесь и медвежата появятся. Он уже рисовал в уме карту и помечал на ней, какой «зоопарк» предстоит увидеть каравану. Уж тут его в охрану никаким калачом не заманишь! Пусть молодые идут, такие, как Пищухин, которым силу девать некуда и жизнь не дорога. А он им, так и быть, расскажет, какое оружие больше пригодится, да на каком отрезке пути.

Опять послышался вой где-то в стороне. Собаки набежали? Против них никакое воинское искусство и стратегия не помогают, ничего, кроме шквального огня, эти стаи не остановит, потому что числом давят. А размножаются и растут, как шампиньоны на свином навозе.

Показались уже полуразрушенные градирни неподалеку от платформы Новая, соседствующей с Авиамоторной. Доронин задумался, почему же покойный Мухин к Калининской Конфедерации на станцию не заглянул? И не спросишь уже…

Снег впереди, казалось, потемнел, командир остановил отряд и отобрал у Глюка СВД. С непривычки он и не разглядел в ночной прицел четкую картинку, но множество светящихся попарно точек невысоко от земли трудно было истолковать неправильно. Собаки всегда жмутся к человеческому жилью. Даже если человек стал кормом.

– Самые мерзкие твари! Сколько на них патронов изведешь – шкура столько не стоит! Их шкура, в смысле, – продолжая оглядывать окрестности, он по старой памяти взглянул наверх: над рельсами еще возвышалась лестница перехода, провалившаяся посередине, но вполне целая по бокам. Левая часть показалась надежнее. – Обходим слева!

– Отсидеться думаешь, командир?

– Отсидишься тут… Этих гадов не пересидишь, им и свет дневной нипочем. Но если кто-то видит способ их обойти – я слушаю.

Доронину никто не возразил, потому что рельсы здесь были проложены в низине, и на насыпь пришлось бы лезть на виду у всей стаи. Вернуться? Можно, но где гарантии, что там не встретится стая побольше?

Между опорами автомобильного моста, как в большой конуре, расположились на ночевку несколько десятков собак. Несколько, по подсчетам командира – это не меньше пяти. Но и не больше, если они там не в три слоя спят. Да и вряд ли на этой территории есть другие, пищи на всех не хватит. На ржавую лестницу тихо не заберешься, но когда отряд окажется наверху, будет уже безопаснее.

Пока люди пробирались под прикрытием платформы, из-под моста доносилось только ворчание и поскуливание, но стоило первому сталкеру показаться на виду, как темная волна тут же с лаем хлынула вперед. Командир удержал Нарбекова: