Владислав Жеребьёв - Я – обычный

Стараясь не слушать глухие удары тела об дверь, я подбежал к бюро и, схватившись за дальний край, начал воплощать свой гениальный план в жизнь. Сначала мебель решительно отказывалась хоть как-то отрываться от пола, но, благодаря моим невероятным усилиям, приподнимаемый край медленно, но верно пополз вверх. Стараясь не разжимать пальцев, я уперся ногой в угол, дело пошло существенно лучше, и, наконец, бюро встало на боковую стенку. Отлично, последнее усилие. Упершись в него руками, я что было сил толкнул чертову деревяшку, и та, о радость, накренившись, рухнула на пол, окончательно заблокировав дверь, выходящую на черную лестницу. В тот же момент прекратились и удары, и в офисе наступила противоестественная, звенящая тишина. Наконец, из дальнего конца коридора послышались торопливые шаги.

– Что там? – поинтересовался Леха, показывая на заблокированную дверь.

– Притих, – кивнул я, вытирая выступивший на лбу пот. – Понял, тварь, что уже не прорваться, и дальше пошел безобразничать. – Полицию бы вызвать, а то он там дел натворит. Что, ну что?

– Полиции не будет, – развел руками охранник. – Когда Алексей сообщил о хулигане на лестнице, я первым делом снова попытался связаться с центральным постом. Ничего не добившись, как и во все предыдущие попытки, я все-таки дозвонился на городской телефон ближайшего полицейского участка, но там мне лишь посоветовали смотреть новости и не показывать носа на улицу. Более приватный разговор, как вы понимаете, не состоялся.

– Новости, – хмыкнул я, – пошли тогда новости смотреть.

Единственный телевизор, использовавшийся для прокрутки презентаций, висел в переговорной генерального директора, находящейся за два кабинета до моего. Засиживаясь допоздна, мы с коллегами, бывало, включали огромную плазменную панель и смотрели по ней футбол или подключали игровую приставку, естественно без ведома вышестоящего руководства. Грех этот был небольшой, да и знали о нем все, так что смотрели на это сквозь пальцы. Дисциплина-то не страдает, а показатели растут, так чего футбол вечером не глянуть, если уже домой к началу матча не успеваешь.

– Мальчики, что там у вас? – Из кабинета с надписью «Отдел кадров» наконец показалась четвертая участница нашего действа, ведущий делопроизводитель Галина Вовк, выцветшая дама средних лет с былым отблеском стати, красоты и гармонии, а ныне серая мышь с татуажем вместо бровей и броским, но некрасивым макияжем. Мальчиками она называла всех, независимо от возраста и социального положения, и делала это настолько убедительно, что даже высшее руководство не находило что сказать. В конце концов, весь офис решил для себя негласным уговором, что для госпожи Вовк подобное обращение к коллегам позволительно, и все перестали обращать на это внимание.

– Псих какой-то, – Леха кивнул в сторону двери, придавленной массивным деревянным бюро. – Бошку в кровь расшиб, на людей кидается. Мы, от греха подальше, дверь на ключ закрыли, а Константин еще деревяхой привалил, так спокойнее.

– И правильно, – быстро закивала женщина. – Полицию уже вызвали?

– Вот с этим проблема, – вздохнул я. – Ни полиции, ни ремонтников починить единственный в нашем крыле доступный лифт, ни остальных сотрудников, судя по всему, не ожидается.

– Действительно! – воскликнула Галина. – А где все? Я с утра одна в отделе. Ни бухгалтерии, ни секретарей. Входящих звонков и факсов и то нет. Впрочем, звонили часа четыре назад, спрашивали какого-то Марка, но, похоже, ошиблись номером.

– Ошиблись, – тут же оживился охранник. – Марк это я.

– Мы, кстати, так и не познакомились. – Улыбнулся я и протянул седому руку. – Вы вроде у нас недавно? Я Константин, главный финансовый консультант компании.

– Да, вы правы, – смущенно улыбнулся пожилой, пожимая мою руку. – Два дня, только недавно устроился. Я же военный пенсионер, времени масса, а энергии и подавно. Решил вот подработать.

– Это Алексей, юрисконсульт, и Галина из отдела кадров, – поспешил представить я остальных. – Вроде бы еще кто-то был?

– Логисты еще, – напомнил Леха, – Семеныч сидит у себя в кабинете и в ус не дует. От пасьянса наверняка не оторваться.

– Надо бы позвать Петра Семеновича, – встрепенулась Галина, – он человек разумный, может, что-то толковое присоветует.

– Обязательно, – хмыкнул я, – вот вы и позовите, а мы тем временем в переговорную. Один замечательный полицейский настойчиво порекомендовал посмотреть новости, а мы как законопослушные граждане и налогоплательщики никогда не были глухи к представителям исполнительной власти. Айда за мной к телику!

Ключ от приемной уже по сложившейся традиции принес охранник Марк и, открыв дверь в вожделенное помещение, я щелкнул выключателем.

– Странно пахнет, – Леха потянул ноздрями воздух и сморщился, – как будто кошка сдохла.

– Ты нюхал дохлых кошек? – Как бы между прочим поинтересовался я, направляясь к большому черному прямоугольнику на стене.

– Включай, хохмач, – отмахнулся юрист и уселся в первое же попавшееся по пути кресло.

Быстро справившись с пультом, я принялся щелкать по каналам, но большинство из них транслировали серое шипящее месиво, и лишь на нескольких частотах еще бурлила жизнь.

Первая же картинка новостного репортажа заставила всех остолбенеть.

На экране появилась растрепанная девушка, с испачканным копотью и исцарапанным лицом. Глаза журналистки бегали, в них явно читался испуг, да и камера постоянно гуляла туда-сюда, будто оператор силился устоять на ногах. Сам репортаж велся с крыши торгового центра, куда, очевидно, приземлился вертолет телекомпании. Пилот, на заднем плане, даже не потрудился заглушить двигатели, так что слова девушки почти тонули в реве и завывании пропеллеров железной птицы со стилизованной единицей на борту.

«…тем не менее город оцеплен медицинскими кордонами по всему периметру, – кричала в микрофон журналистка. – Из основных рекомендаций министерства чрезвычайных ситуаций следует выделить основные. Первая – пить только бутилированную воду, исключив попадание в организм воды из канализации. Все порезы и открытые раны следует немедленно обрабатывать, не давая развиться инфекции. На улицу следует выходить только в случае крайней необходимости, исключив любой контакт с любым инфицированным или зараженным. Если у вас все-таки остался шанс покинуть населенный пункт, двигайтесь по окружному шоссе. Проезд по нему пока еще контролируется внутренними войсками, но вскоре и этот путь окажется недоступным.