Александр - Я остаюсь

    -Привет Ами, - Эсси почесала хорька за шею. Зверек легонько ухватил ее зубками за палец, а затем лизнул ладошку, узеньким длинным язычком. Признал.

    -Привет, - я тоже протянул руку, но клятый хорь вдруг вздыбил шерсть на загривке и угрожающе рявкнул.

    -Что за...

    -Спокойней, Ами не терпит фамильярностей, дома дашь ей кусочек мяса и она разрешит тебе себя погладить, а пока она признает только девочек. Правда Ами?

    Хорьчиха еще раз угрожающе рыкнула и потерлась головой о ладошку японки.

    -Ты ей передай, что если будет рычать, получит пинков, а не мяса, - возмутился я, не хватало еще, какая-то пушистая сарделька будет на меня клыки скалить. – Я здесь главный, понятно зверюга.

    -Не наезжай на девочку... – хором завопили Хатори и Эсси, а потом, к моему удивлению за зверушку еще вступился и Пак. – Она же еще к тебе не привыкла Алекс.

    -Все равно держите ее подальше от меня, все, закончили митинг в защиту животных, лучше за дорогой следите... – прекратил я прения, но решил по приезду попробовать подлизаться к Ами с помощью куска колбасы.

    Доехали без приключений, машины пятидесятников загнали на соседний склад, самих людей разместили к ангаре у корейцев. Хатори переехала ночевать к нам, Эсси не возражала, да и сама японка тоже, они похоже с моей женой стали симпатизировать друг другу. Наскоро помылись, перекусили, Пада, Соль и Сун, не смотря на продолжающиеся прения по поводу поста старшей жены Джонни, девушки обзавелись новыми царапинами и синяками, а у Пады был вырван порядочный клок волос, приготовили неплохой ужин. После чего все завалились спать, денек, особенно у пятидесятников выдался не из легких.

    Мы с Эсси немного повозились на диванчике, немного стесняясь Хатори,    девушка легла спать в нашей каморке на походной кровати, но потом плюнув на условности, первая это сделала Эсси кстати и сделали то, без чего уже не могли заснуть. Как мне показалось, японка не спала и внимательно на нас смотрела... ну и ладно, жалко что-ли, пусть смотрит... так даже прикольнее...

    -... ты же меня спасешь? Ну что тебе стоит... еще совсем не поздно... – бледная Анжелика жалобно смотрела на меня мертвыми глазами, находилась она в том же помещении, где и прошлый раз, только теперь лежала на спине закутанная в саван, на длинном черном столе покрытом черной атласной скатертью. Вокруг нее стояли мертвецы и молча тянули к ней опухшие, покрытые трупными пятнами руки...

    -Да что тебе нужно... – заорав во сне, я рванулся с постели и уже потом понял, что проснулся.

    Эсси испуганно дернулась, но я поцеловав ее, несколько секунд гладил по голове пока она опять не заснула.

    Сон... долбанный сон... подсознание фокусы выкидывает, нет так дело не пойдет, надо что-то делать, я побрел в душ и чтобы чем-то занять себя и отвлечься, морщась, не люблю это дело, побрился. На меня из зеркала смотрело лицо    взрослого мужика, гораздо старше чем я есть и с полностью отмороженным, с легким налетом сумасшествия взглядом. Взглядом человека увидевшего и испытавшего очень многое в этом мире...

    -Плохо спал? – Хатори тоже проснулась и сбросив длинную футболку стала под душ.

    -Да... – я невольно бросил взгляд на сильное блестящее от воды тело японки. – Как нога?

    -Уже лучше, хотя пару дней буду прихрамывать, не беспокойся, ты в душ идешь? Вода холодная как раз по твоему вкусу, - Хатори стала в сторону освобождая мне место.

    -Я позже... – предложение было соблазнительным, но я отказался, Эсси проснется и устроит второй апокалипсис. – Я пока кофе и чай сделаю.

    Пока закипал котелок с водой, я отрубил здоровый кусок ветчины и положил перед хорьчихой, терпеливо ожидавшей когда появится хозяйка из душа. Зверюга при виде меня опять вздыбила шерсть, но мясо мгновенно схватила и утащила в угол, где с утробным рычанием сожрала за пару секунд, потом    подошла поближе, умильно уставилась, блестя маленькими пуговками глазок и даже наклонив головку.

    -На еще... – я присел и протянул зверьку еще кусочек в вытянутой руке. Ами порыкивая осторожно приблизилась и стала есть прямо из руки, щекоча шершавым язычком по пальцам.

    -Ну вот и хорошо, а то рычать... – гладить зверушку я все же не стал, мало ли что у нее на уме, может и грызнуть...

    -Подружились? – спросила зевая Эсмеральда, поцеловала меня и пошлепала к японке в душ, через пару секунд раздался пронзительный визг, Эсси не терпела холодной воды.

    Я залил чай кипятком и поставил на таганок турку с кофе, у нас была кофе машина, но включать генератор не хотелось. Быстро поднялась пена, я перелил напиток в чашки, - две, теперь    с переселением Хатори к нам, кофе приходилось варить на двоих.

    Непроизвольно    рука протянулась к радиоприемнику и включила его. Сразу динамик разразился хриплой скороговоркой Анжелики...

    -... еще два дня... млядь, еще пара денечков и я покажу своим мозгам этот мир... как же здесь офуительно. Сашка ты урод... урод... урод... слушайте «Парк Горького» дебилы...

    -Тьфу ты зараза, - я от досады чуть не растоптал приемник. Я-то, причем. Ну не могу я тебя спасти. Не могу. Настроение сразу опустилось ниже плинтуса.

    -Девочки выходите... кофе на столе, - заорал я подозрительно затихшим в душевой девушкам, натянул брюки, взял чашку с чаем и прихватив дробовик вышел во двор.

    Все уже проснулись, женщины установили    походную плиту и вовсю кашеварили, кореянки под руководством Пака делали зарядку... интересно, это в качестве поощрения или наказания. Кореец нешуточно порыкивал на своих девушек, чем это они ночью провинились? Наверное опять передрались.

    -Доброе утро Алекс, - ко мне подошел Уоллес. – Как спалось?

    -Нормально. – буркнул я разговаривать не хотелось, а тут еще этот баптист... тьфу ты, пятидесятник с вопросиками. Какое твое дело как я спал...

    -Идем оружие и трофеи примешь, - предложил пастор и потер скулу, на которой расплывался здоровенная гематома. Все вчерашние узники бандитов были в той или иной мере покрыты отметинами, но держались бодро, даже улыбались. Парнишка который успел вчера побывать заложником, сидел в раскладном кресле с головой полностью замотанной бинтами, очумевшим взглядом, но вполне себе так бодренько наворачивал из большой миски кашку.