Виктор Ночкин - Череп мутанта

— Да я уже все рассказал, Тебя заманили в пещеру, там ещё были скелеты, кости. Пса слепого, кстати, тоже поймали. как и тебя. Там, где ты видел Катьку, слепой пес почуял суку, понимаешь? Ну, кобеля эти мохнатые сами обрабатывавали, а тебя к самке контролерской поволокли, С матримониальными целями,

— Чего-о-о?

— Женить тебя хотели.

— Хромой…

— Уже раздевать начали…

— Хромой! Если ты хоть кому об этом скажешь, если хоть одно словечко… хоть одной живой душе… я тебя…

— А вот и напарник твой, — перебил Хромой, когда на тропе показался Химик. Он подбежал, ввалился в броневик, бросил контейнеры и приказал:

— Пригоршня, жми отсюда. Не знаю, уничтожил я их или только вход в пещеру завалил… Дерево на холме уж точно устояло! Жми, говорю. Хромой, а ты расскажи, что тебе известно об этих зеленых артефактах.

— Ничего мне не известно…

Вездеход взревел, разворачиваясь на полянке, и сталкер умолк. Когда машина покатила с холма, а мотор заработал ровнее, он продолжил:

— Я как раз о них и хотел с тобой посоветоваться. В отчетах особистов они называются «икс» и могут создавать Зону,

— Создавать? — Химик поморщился. — Что за чушь?

— Ну, не создавать, а имитировать, если хочешь. В сочетании с радиацией они дают такой эффект, что мутанты могут выжить за Периметром, если рядом эта штука. И кое-кому пришло в голову создать Зону-бис. Представляешь, что начнется, если…

— М-да-а… — Химик уставился на кристалл в своей руке, и лицо его стало каким-то очень… прагматичным, что ли? Шевельнув бровями, он произнес: — Интересно, а сколько этакий кристалл может стоить?

Пока «Малыш» катил к «Снежинке», у Пригоршни было время прийти в себя и заново обдумать приключения последнего дня. Вероятно, сталкер сделал вывод, что Химик сильно рассержен, и притих. А Химик увлекся изучением странных артефактов. Особенно его заинтересовал тот, что выскочил из кислотной вдовы. В конце концов он объявил, что этот образец отличается от зеленого кристалла, который дал ему Хромой, но наверняка имеет сходные свойства.

— Значит, отличается… — Хромой был разочарован. — А я уж думал, мы нашли источник этой дряни…

— То, что один раз получилось естественным путем, какой-нибудь член О-Сознания сумеет повторить, — предположил Химик. — Они, наверное, могут управлять аномалиями… По крайней мере, так говорят. Это просто случайность, что мы наткнулись на скопление подходящих аномалий. Да и то не вышло настоящего «икса»… Ладно, держи.

Хромой подставил контейнер, Химик положил туда кристалл из контейнера покойного сержанта Ярчука, добавил пару синих камешков из пещеры.

— Не возражаешь, если второй «икс» у меня останется? Покажу кое-кому… Возникла одна идейка.

— Подъезжаем, — бросил Пригоршня. — Я не буду у самой «Снежинки» останавливаться, там джип какой-то стоит. Может, долговцы, может, еще кто…

Когда он остановил вездеход, Хромой попрощался с попутчиками и отправился к развалинам скотобойни, спиной ощущая взгляд Химика, Двигатель «Малыша» взревел, набирая обороты, донесся хруст гравия под колесами, звуки стали удаляться.

Обращенная к дороге сторона старой постройки была покрыта сажей — здесь несколько раз горели автомобили. У стен «Снежинки» в разное время случались разборки со стрельбой, обгоревшие остовы техники после отволакивали в сторону, чтобы освободить место для стоянки, а гарь, покрывающая кирпичи, оставалась. На прокопченной поверхности выцарапывали всякие неприличные слова, их скрывали свежие слои сажи, но любители граффити не переводились.

Под черной стеной стоял джип с эмблемой «Долга» на дверце и на капоте. Мрачный водитель разгуливал перед машиной, поправляя ремень штурмовой винтовки, и зевал.

Хромой прошел мимо долговца. В здании было тихо и прохладно — нынче большая часть постояльцев в рейде, а те, что здесь, предпочитают торчать в баре. По полутемной лестнице сталкер спустился этажом ниже. Три пролета — и первая площадка, вход в бывшие морозильные камеры, теперь здесь бар. Лестница уходила дальше к машинным залам, где обосновавшиеся в «Снежинке» перекупщики оборудовали свои склады.

Лестничную площадку, и без того тесную, перегородили кирпичной стеной, за решеткой на стуле скучал охранник. Когда Хромой затопал по лестнице, боец зевнул, потянулся, передвинув на коленях автомат, лениво бросил:

— Проходи давай, не задерживайся…

Такие же порядки, как и в «100 рентген». К примеру, охране велено демонстрировать неприязнь. Хромой ухмыльнулся грозному стражу и нырнул в темный проем. Толстенная, с теплоизоляционными прокладками дверь бывшей морозильной камеры была распахнута настежь, ее запирали только вовремя выбросов.

В зале он огляделся. Под низкиим потолком мигали желтоватые даты, качалась змеевидные тени от провисающих кабелей — провозка самопальная. За стойкой скучал бармен; Бледный, как обыно, торчал в углу, за другими столами сидели шесть человек.

При появлении гостя бармен встрепенулся:

— Вот это он я есть. Хромой, у людей к тебе дело.

Из-за стола поднялись двое, долговец в тяжелом усиленном комбеэе черного цвета и пожилой мужчина с обычной снарягой цвета хаки.

— Хромой? — Старший протянул руку. — Я Константин Дроздовцев, можно Доза. Это Камышов из «Долга».

— Федор, — назвался Камышюв, — или Камыш. Присядем? Дело у нас.

Хромой взглянул на бармена, тот едва заметно кивнул, мол, все в порядке В заведениях вроде «Снежинки» барменам принято доверять, иначе кто бы стал в такие места захаживать? Тогда Хромой придвинул стул и сел за стол Дозы и Камыша. Перед ними стояли бутылка, открытые банки тушенки, лежал батон, нарезанный крупными ломтями. У сталкеров был приготовлен и третий стакан, Доза придвинул его Хромому, налил. Камыш открыл еще одну банку консервов.

— За встречу, — сказал Дроздовцев. — Хотя повод у нас того… грустный, в общем.

Хромой кинул на него короткий взгляд — на вид лет пятьдесят или немного больше, фигура кряжистая, но не грузная, седая бородка, глаза умные, Внушительный, в общем, мужик. И сразу видно — в авторитете.

Камыш, придвинув консервы Хромому, тоже взял стакан. Выждав немного, чтобы все успели закусить, долговец началразговор.

— Дело, прямо скажем, паршивое. Мы. конечно, незнакомы, но люди о тебе хорошо отзывались. — и Коваль, и Белый с «Агрогтрома»… В общем, решали к тебе с этом… с просьбой, короче говоря. Ночью ваш пост расстреляли. Шесть трупов, трое пропали.