Михаил Шухраев - Изнанка света

Но Кари сейчас совершенно не замечал этого.

— А знаешь, донорам, говорят, даже приятно. Да-да, можешь в том не сомневаться. Так что — как насчет добровольной сдачи крови? Вроде бы, в старину доктора кровь отворяли — специально в качестве лечения. Не попробуешь?

У Эрика не оставалось сил, чтобы подняться, да и поговорить по душам с этим типом. По душам — или по ушам. Этот Кари вполне заслужил хорошей взбучки. Более того — он на нее откровенно напрашивался.

Но неравная борьба истощала силы.

— Ну так что? Добровольно, значит, не хотим? Тогда придется добровольно-принудительно! Вот так!

Кари сделал почти неуловимое движение — и впился зубами в шею слабо сопротивляющемуся Эрику.

— Готово! — пробормотал он. Сейчас Кари выглядел совершенно ошеломленным.

Разумеется, сейчас речь о смерти «донора» не шла. Кари нужно было немногое — всего-то лишь удовлетворить инстинкт хищника. А то, что сопротивление было слабым, придавало всему действу еще более приятный оттенок.

— Ну вот, боевое крещение состоялось! — воскликнул Кари, оторвавшись от шеи вконец обессиленного хозяина квартиры. — Теперь ты — «донор»! Поздравляю!

— Ты — маньяк! Ты — опасный сумасшедший! — пробормотал Эрик.

— Ну с чего ты это взял?! Эх, надо было инициировать тебя, и ты стал бы вампиром! Кстати, и через Предел ходить быстрее бы научился. Ну да ладно, все еще впереди!

— Слушай, оставь меня в покое! — Голос Эрика звучал тихо и зло.

— Раньше думать надо было! Да и что тебе, чуть-чуть крови жалко? Экий ты жадный.

— Я пойду спать. А ты — делай, что хочешь! И учти… — Эрик не договорил, поднялся — это стоило усилий, и не прошел, а почти что прополз в соседнюю комнату, не забыв закрыть за собой дверь.

— Ну, как знаешь!

Эйфория уже начала проходить. Кари тщательно вытер рот, не забыл вновь накинуть иллюзорку. Посидел несколько минут в кресле. А потом он решительно поднялся и, миновав прихожую, управился со входным замком и хлопнул дверью напоследок.

Михайград,

ноябрь 1989 г.

Совещание могло бы окончиться еще быстрее, если бы не очередная новость, которую надо было предвидеть.

— Только что в здании Министерства обороны был ликвидирован один из снайперов «шербими», — тревожно говорил диктор. — Им были убиты трое охранников. Снайпер был окружен на последнем этаже, на предложение о сдаче ответа не поступило. Он либо убит, либо покончил с собой. По всей видимости, он проник в хорошо охраняемое здание через подземный ход.

— Ну, вот и ответ, вот вам уже не цветочки, а ягодки, — заявил Эйно. — Какой такой подземный ход, мы с вами от лично знаем. Знаем, что делать. Охранять. Следовательно…

Теперь никто и не думал с ним спорить. Все сидели, глядя на экран, словно бы пришибленные ужасом.

— Следовательно, немного меняем план. Часть из нас — по два сотрудника, не больше, — охраняет все важные здания. Их не так много. Почта, телеграф, телефон… — Эйно усмехнулся. — Сами представьте, какие именно здания. Людей у нас хватит. Прочие — охотятся за снайперами в Запределье. Это еще не все. Желательно, чтобы каждый направил сообщения своим — пусть шлют подкрепления. До завтра все равно вряд ли кто успеет, но постарайтесь. Скажите, что ситуация чрезвычайная. Хотя это будет слишком мягко.

— А вы куда? — несколько неуставной вопрос задал Дитрих. Кажется, он возглавлял отдел О.С.Б. в каком-то небольшом городке и считал себя почти равным Эйно по званию.

— Я тоже займусь охотой. На очень достойную дичь, — отрезал Эйно. — А теперь — небольшой вам сюрприз, — он встал и на секунду вышел за дверь, и тотчас же вернулся — не один.

— Представляю вам новый О.С.Б. Констанцы. Не умеют пока ничего, о Запределье узнают сегодня — от вас. Способности… Это плюс: есть у них способности и немалые. Так что прошу любить, беречь, обучать — и пусть они вас подстраховывают при охране.

— Где вы их набрали? — спросил венгерский маг, глядя на шестерых парней и двух девушек, стоящих напротив и внимательно вслушивающихся в идущий по-английски разговор.

— Здесь, прямо на площади. Было бы странно, если бы ребята с ТАКИМИ способностями остались вчера и сегодня сидеть дома. Конечно, у них все было заблокировано, но теперь… В общем, действуем. К тому же, город они знают уж всяко лучше нас с вами.

— Невероятно! Вы очень оперативны, герр Эйно. Только вот первый выход в Запределье… Сами знаете, как это бывает тяжело, — заметил Дитрих.

— А вот поэтому рядом будете вы, — не допускающим возражений тоном сказал шеф «Умбры». — Вы поможете им, они — вам.

— Русские всегда представлялись лихими ребятами, — усмехнулся Дитрих. — Но чтобы вот так…

— Боюсь, вы еще не до конца нас знаете. — Эйно улыбнулся. — Распределяемся по объектам, а я пока доложу нашим друзьям из Констанцы, что мы предпримем. Смотрите, как бы вас, господа, не приняли случайно за снайперов!

Редрик посмотрел на ребят, которых собрал Эйно. Лицо девушки показалось смутно знакомым. Ну, еще бы — ведь это та самая официантка из гостиницы, которая смертельно испугалась, что пролила тарелку на важных иностранных туристов.

Да, пролить тарелку она, видите ли, испугалась. А прийти на площадь, где стреляют, где творится кромешный ад — это ничего, в порядке вещей.

Бывает ведь и такое: трусость и храбрость — понятия очень относительные. Один готов полезть на амбразуру, а поговорить со своим начальником по душам — боится, ну просто ни в какую! Другой — по жизни не боится ни бога, ни черта, а вот случилась какая-нибудь по-настоящему кошмарная ситуация — и готово, хвост поджал…

Ребята стояли молча, сосредоточенно глядя на сотрудников О.С.Б. Скорее всего, они даже отдаленно не понимали, что сейчас предстоит. Видимо, решили, что революционный Совет дает им какое-то особо важное задание. Собственно, так оно и было.

— Вы уже все слышали? Несколько снайперов проникли в правительственные здания, и теперь…

— Конечно, слышал, — быстро проговорил Эйно. — Еще полчаса-час — и они возьмутся за нас всерьез. Точнее, взялись бы. По подземному, говорите, ходу? Я вам этот «ход» продемонстрировал.

И вы поможете нам?

Эйно обратил внимание, что Василэ Шеху выглядел больным. Слишком большая ответственность на него свалилось, слишком тяжело было бы просто браться за руководство разоренной страной. Но теперь эта страна еще и превращается в осажденную крепость.

«Пожалуй, тут без небольшой энергетической подпитки не обойтись, — подумал Эйно. — Воздействие, на самую малость. Надеюсь, товарищ Роман меня простит за вмешательство…»