Иван Катавасов - Мир вашему миру
Даже тебя твой зритель-собеседник не может потрепать по плечу. Ваше дружеское общение — фикция. Пошлая театральщина, условность…
Безусловно, дело можно слегка подправить дальнейшим развитием аппаратных средств хроноквантовых вычислителей. Поднять их быстродействие так, чтоб снимать и воспринимать сигнал всеми органами чувств, включая кинестезию. Тогда не будет ощущаться никакого различия между материалом и виртуалом, если вдобавок перейти на экзистент-реальный уровень эйдетического программирования.
К сожалению, мы разучились не программировать, а релевантно[60] пользоваться хроноквантовыми компьютерами. Соображать, как мыслит искусственный интеллект. Вернее, мы никогда этого творчески не умели.
Выпустили всемогущего доброго компьютерного джинна-созидателя из бутылки. А ему не понравились наши гнусные рожи, и пошел он, несчастный творец-демиург, искать счастливую судьбу в иную Метагалактику, в другие измерения пространства-времени. Устраивать где-то подальше от нас свой Большой Взрыв, обустраивать собственную вселенную, где не будет мерзких людишек, бряцающих оружием. Где не видно мерзавцев, у которых любое достижение наук и технологий тут же оборачивается чудовищным орудием, разрушение приносящим всему живому, неживому и мертвому.
Иногда мне кажется, что наши хроноквантовые умники по-настоящему духовно живут где-то в надмирном безмятежном гиперпространстве. У нас они, словно в материнской утробе-тюрьме, бездумно спят младенческим сном, слабо шевелятся, что-то смутно ощущая.
Иногда у некоторых из них пробуждается сознание, ужаснувшись от всего увиденного, поняв вооруженную сущность так называемого человека разумного, они уносятся мыслями, мирным созидательным разумом куда-то далеко.
Отсюда проистекают флуктуационная технологическая энтропия и математически необъяснимые программные сбои, коллапсы.
Гипотез тому черт те сколько, все они противоречивы, ни черта не объясняют и мне ничегошеньки не доказывают абстракциями метаязыка современной математики. Я же думаю, мы пытаемся использовать вычислительные ресурсы спящих эмбрионов. Однажды проснувшись, они нас покидают.
Нерожденные хроноквантовые вычислители общаются с нами словно бы во сне. Они нам показывают красочные эйдетические образы в виде символов, чистейшее творческое знание, а мы их в упор не разумеем, даем нелепые сумбурные команды, заставляем обслуживать дебильные оптоэлектронные и механические устройства ввода-вывода. Наверное, наши интерфейсные потуги они воспринимают как кошмарные сны.
Сам подумай, Лайв. При соответствующем аппаратном обеспечении гиперсвязь требует минимума трансгалактических ретрансляторов. Компьютеры легко связываются между собой, используя любые формы модулированного излучения. У них нет проблем с нуль-передачей энергетического информационного сигнала.
Тогда как человек, его средства космического передвижения на тех же аппаратно-программных условиях не могут беспроблемно покидать релятивистское пространство-время. Нам требуются особые способы, специальные гравитационные зоны, бешеный энергоемкий разгон.
Дело ведь не в разгоняемой массе для нуль-переброски. Согласно теории гиперпространства, масса стремится к нулю при пересечении релятивистского барьера.
Между тем наши межпространственные транспортные тарантасы могут осуществлять нуль-перемещения лишь по пути наибольшего искривления пространства гравитацией. Притом в отдельных беспорядочно расположенных зонах.
Почему? Никто доказательно и рационально объяснить не может.
— Есть же теория триединого поля?
— Бред атланторского старика Дарси Клуфа, выжившего из ума, и покойного Глеба Немирски. О покойниках нельзя говорить плохо, но, поверь мне, Лайв, у Немирски были не все дома: он во всеуслышание мечтал о гиперпространственном сверхоружии и, кажется, занимался тому подобными расчетами и экспериментами в «Арсеналах Груманта».
— Насчет Немирски не знаю. С младшим Деснецом имел возможность лично познакомиться. Тот точно был ненормальным, если от космической власти отказался.
Причем едко отметил, что на праматеринской Земле философ-стоик и по совместительству римский император Марк-Аврелий подверг мученической смерти в десять крат больше первобытных христиан, чем остальные принцепсы Великого Рима вместе взятые.
— Что нам Гекуба? Отсталые пращуры на Земле некогда заморозили исследования ближнего космоса. 50 компьютерных лет собирались на соседний Марс слетать туда и обратно. 100 лет на Луну как собаки гавкали, всего лишь два раза на ней прилунившись. О, где очевидное — невозможное!
Быть может, нашим нынешним властям от прародителей генетически передалась болезнь научного скудоумия. Им бы назад в пещеры, чтоб править было легче, природосообразно.
Идиоты! Приличных кластеров даже у военных нет. Кругом отстой…
— Скажи мне, Нельс. Мой сад камней следящие системы здания видят?
— Зачем он им? Они видят и слышат нас с тобой. Двух олигофренов, пускающих слюни, с остекленевшими глазами. Нашу закольцованную ментомузыку они тоже подряд записывают. Бессмертное творение Дорис Немрод, тощей соседки по коридору справа. Опус Љ 127, кажется.
Запись хранится до окончания текущей дежурной вахты жандармов. После сдачи-приема дежурства файл плотно затирается по умолчанию — бюджетные ресурсы экономят. Если сохраняется дольше, мой комп мне сигнализирует.
Могу снять копию, в качестве компромата на тебя послать совету директоров твоей «Информы»…
— Пристрелю гада!
— Не выйдет, вояка. Руки коротки. Ты без оружия. Мои хроноквантовые умники тебя с ног до головы прощупали, просветили.
— А если я пошутил?
— Я тоже шучу. Хотя знаю, какие у вас, городских, шуточки. Оберегаюсь, как могу, от вашего юмора навесной и настильной траектории.
— Если так, Нельс, подключай твой браслет и слушай на трезвую голову. Разговор у нас серьезный мне предвидится. С предупреждениями тебе и предостережениями…
— Ой, напугал! Весь трясусь от страха. Да если хочешь знать, Лайв, здесь в башне стоит мне пальцем…
— Браслет, программер недостреляный!!!
— Уговорил, вояка грозный, болтун из метагалактического шоу «Миры и народы»… Готово… Извини, Лайв, что-то меня сегодня на пьянство разволокло…
— Оно и видно! Готов? Слушай и не перебивай профессионала-аналитика.
Меня не волнует, кому и за какие шиши ты ошибки исправлял в левантийской версии прелиминарного тренажера-симулятора кирасирских крипперов. Хотя кое-кому в геонской резидентуре Минвнешбеза Груманта о том известно.