Александр Маркьянов - Законы войны

Слово «наводчик» — обычно использовалось снайперами, так назывался второй номер снайперской группы. Кстати, шесть человек — теперь это новый состав снайперской группы специального назначения как раз на флоте. У армейских снайперов команда — четыре человека.

— Так точно.

— Давай.

Сашка угнездил рацию.

— Антарес, Антарес, выйдите на связь.

— Антарес на связи — связь была прекрасно, видимо поддерживалась мощным передатчиком с авианосца — доложитесь.

— Я Медведь — три, Медведь — три. Фаза один завершена, Фаза один завершена…

— Антарес принял. Медведь — три, мы видим вас. Можете начинать движение, дорога перед вами свободна.

Путник или беспилотник. Однако.

— Вас понял, Антарес, движение начал. Обмен по необходимости.

Порт — Карачи, конспиративная квартира

22 августа 2016 года

Дисплей — так теперь называли штабную доску с планом операции — организовали прямо там, поставив у стены большой лист картона. Удобно — к нему можно и прицепить что нужно иголкой или английской булавкой, и рисовать маркером можно.

Сейчас спецназовцы собрались у карты. Борецков был с ними, это было не его дежурное время. Конечно же, квартира была расположена не рядом с самой целью и снята была заранее. Появление в районе цели шестерых бородачей с громоздким грузом — самый верный способ все слить к чертовой матери…

Нищий, знающий и балуджи и русский — прикрепил к листу картона фотографию среднего размера. Сашка узнал одно из фото, которое было сделано им.

— Наша основная цель, господа… — сказал нищий — штаб-квартира организации «Проповедь и джихад». Организация создана в две тысячи третьем году при прямой поддержке британских спецслужб. Легальное прикрытие Деобанда и побочная ветвь организации Талибан. Цель — направление на русские территории и территории, находящиеся под контролем русских лиц, желающих вести священную войну — джихад.

Организация проводит вербовочные мероприятия в лагерях беженцев, среди небогатых местных жителей, которым просто некуда деть своих детей. Она содержит лагеря, где они проходят четырех или десятинедельное обучение, затем снабжает их документами и оплачивает проезд к месту ведения джихада. Если сравнить силы, ведущие священную войну против нас с обычным предприятием, то «Проповедь и джихад» — это отдел кадров этого предприятия.

Нищий говорил негромко и уверенно.

— После того, как территория Карачи отошла Российской Империи по бисмарскому урегулированию — британские спецслужбы развернули действие этой организации в обратную сторону. Раньше, тогда когда все это принадлежало Британской Индии — они вербовали людей здесь и вывозили на другие территории с целью участия в войне. Здесь уже в шестидесятые годы прошлого века проживало больше ста миллионов человек, господа, многие — в ужасающих условиях — есть из кого выбирать, есть, кому предлагать рай и семьдесят две девственницы. Теперь это центр, занимающийся подрывными действиями уже в Афганистане и на принадлежащих нам территориях здесь. Вербовка теперь происходит в Египте и некоторых странах африканского континента. В связи с этим, господа, наша цель — не люди, но компьютеры, находящиеся в здании, точнее — их жесткие диски. Как выглядит жесткий диск и где он находится — каждый из вас знает, равно как и то, как правильно достать его из компьютера.

— Господин капитан, вопрос… — сказал один из бородачей

— Слушаю.

— Господин капитан, неужели они не стерли диски?

— Конечно, стерли, и не один раз. Но у нас есть технология, позволяющая восстанавливать записанное на жестком диске компьютера, даже если это давно стерто. Так что, господа, мы должны принести эти жесткие диски, а дальше — уже не наши проблемы, ими будут заниматься другие люди, в другом месте. Еще вопросы?

— Пределы применения силы? — спросил другой спецназовец

— Любой вооруженный человек является противником, даже если он и не стреляет в тебя. Это ясно?

— Так точно.

— Но по сторонам не стрелять. Жертвы среди мирняка нам не нужны. Это тоже ясно?

— Так точно.

— Идем далее. Исходная точка нашего выдвижения…

Поручик Борецков сидел в машине, в своем «Датсуне», припаркованном дальше по улице. Он не был водителем, у спецназовцев флота были три собственные машины. Сейчас — его задачей было подстраховать их. В случае появления машин полиции — он должен был устроить затор на дороге и смыться. Для этого — он должен был перекрыть дорогу «Датсуном» и кое-что сделать с машиной, после чего смываться. Он переоборудовал машину… что-то вроде противоугонки. Вынул деталь, прямо из салона… и местные полицейские будут долго думать, а почему это внешне целая машина ни хрена не заводится…

То, что флотские предпочли проводить операцию сами — ему не понравилось, но и не удивило. Между флотом и армией всегда существовали крайне напряженные отношения. В среде спецназовцев был хорошо известен скандал, который произошел в семидесятые по совершенно казалось бы обычному, будничному вопросу. Террористы впервые захватили судно… возник вопрос, кто его должен штурмовать. В море понятно, флот, а что если судно в порту или террористы приведут его в порт? Армия заявила, что если судно пришвартовано в порту — значит, оно уже связано с землей, и главные становятся они. Флот ответил, что где бы оно не находилось, судно есть судно, и тот факт что оно пришвартовано — ни на что не влияет. Спор по этому поводу длился несколько лет.

У него был пистолет, который он привез в город сам — и спецназовцы дали ему автомат. Обычный с виду короткоствольный «Калашников» — но вместо цевья у него зачерненная труба, внизу рукоятка. С глушителем, причем под стандартный патрон — очень удобно. Магазины — шесть штук — он держал в переметной сумке через плечо, разгрузку одеть было нельзя.

План операции был довольно простым, и штурмовать предполагалось с двух направлений. Двое должны были атаковать с крыши и четверо — снизу. Проникнуть в здание — предполагалось под видом правоверных, пришедших выяснить, как там насчет джихада. Для того, чтобы ошеломить находящихся в здании — предполагалось использовать светошумовые гранаты, причем массово — у каждого из спецов их было по шесть штук. По данным разведки — в здании было от восьми до двенадцати человек, оружия открыто не было ни у кого. Если оно и есть — оно в каком-то сейфе или контейнере, до него надо было добраться — а спецназовцы твердо решили не давать противнику такой возможности.