Последний перевал - Олег Дмитриев
Стараясь сохранять спокойствие, Максим направился в сторону входной двери, чтобы включить свет в коридоре. Руки скользили по стене, но выключателя не было. Он был уверен, что клавиши, включающие свет, должны быть здесь, он отлично знал квартиру и не мог ошибиться. Вдруг он услышал шаги, словно кто-то пробежал позади. Быстрый топот, буквально пять шагов и тишина. Вздрогнув от неожиданности и развернувшись на звук, он увидел окно в конце коридора. Получалось, что оно было напротив входной двери, а тусклый свет из него освещал кухонный стол и два стула. Кухня. По спине Максима пробежал холод. В квартире, в которой они жили с Ваней, напротив входной двери были ванная и туалет. Где он? В голове появилась нехорошая мысль, он знал одну квартиру с таким же расположением кухни, в которой он, пусть и давно, но часто бывал. Тревога начала сменяться страхом. Как он тут мог оказаться? Чтобы проверить свою догадку, он протянул руку к другой стене и нащупал выключатель там, где он и должен был быть в той квартире. Щелк! Под потолком загорелась тусклая лампочка, света от нее было очень мало, будто она светила через туман. Но этого света хватило, чтобы разглядеть коридор, дверь спальни, откуда он вышел, дальше по той же стороне вход в зал, напротив него дверь в ванную комнату, а прямо, напротив входной двери кухня. Это была ее квартира, квартира Гали. Только сильно обветшалая и потускневшая. Или, может, так казалось из-за тусклого света. Страх становился сильнее. А еще холод. Он начал мерзнуть.
С кухни донесся звук, словно кто-то перекладывал посуду. На ватных ногах охотник пошел туда. Он уже предполагал кого, а точнее что он там может увидеть. Ступая бесшумно, он подкрался к кухне, двери в которую не было. Зная, где должен быть выключатель, Максим протянув к нему руку и, нажав на клавишу, зашел на кухню. Тусклый свет, такой же как в коридоре, разлился по пустой кухне. Охотник выдохнул, а его тело расслабилось от того, что его худшее опасение не сбылось.
– Ее здесь больше нет! – раздался резкий шипящий крик у него за спиной. – Теперь я тут живу!
***
Максим проснулся в холодном поту. Его трясло от страха и холода, словно у него поднялась температура. Он замерз, хотя в квартире было очень тепло. Попытался встать, но не смог, сил не было совсем, тело было разбито, словно он не спал всю ночь, а разгружал машины с углем. В комнату забежал Ваня, на его лице было волнение.
– Ты опять кричал, – сказал мальчик, но увидев, что с Максимом все нормально, немного успокоился.
– Сон плохой приснился, – ответил он, удивившись своему тихому голосу.
На самом деле, парень уже привык к тому, что его приемный отец иногда так просыпается. Он знал, что сегодня Максим будет себя плохо чувствовать. Так бывало примерно два-три раза в месяц. На предложения сходить к врачу мужчина всегда отнекивался, говорил, что просто не выспался из-за плохого сна.
Сам же Максим понимал, что эти сны и то, что после них он чувствует себя очень плохо, не просто совпадение. В этих снах он всегда был там, в том мире, он снился ему. Но сегодня он первый раз кого-то или что-то встретил в этом сне. Кто-то обратился к нему. То, что живет в квартире Гали на той стороне. Интересно, а тем людям, которые живут сейчас в этой квартире, это существо как-то вредит, может ли оно приходить в наш мир через барьер? Если честно, это было для него не особо важно, просто нужно было чем-то занять себя, пока к нему не вернутся силы и он не сможет встать с кровати.
Подобное с ним происходило уже пять месяцев, и с каждым разом было все тяжелее по утрам. Если первый раз такой сон и состояние утром он списал на последствия пьянки в парке во время охоты, то все последующие разы он ни на что списать не мог.
На кухне Ваня уже готовил завтрак. Яичница, жаренная на сале с луком, была его любимой едой. Максим показал это простое и одновременно прекрасное по своему вкусу и питательности блюдо при первой совместной поездке в лес. С тех пор эта еда была обязательным атрибутом любой вылазки на природу, и дома мальчик часто просил его, а потом и сам начал готовить.
– Сегодня же Аня приезжает, – не отрываясь от сковородки, сказал парнишка.
– Да, верно, должна к обеду приехать, – садясь за стол, ответил Максим.
Анна была подругой охотника. Встретились и познакомились они много лет назад, как раз, когда Максим только начал охотиться самостоятельно. Она просто подошла к нему на улице и, посмотрев на него своими синими как мартовское небо глазами, сказала «Привет, я хочу с тобой подружиться». А потом у них был роман. Стремительный, яркий, головокружительный. Но в один из дней Аня сказала Максиму: «Все милый, мне надо уехать, не обижайся и не расстраивайся, мы еще встретимся». Охотник не был обделен вниманием женского пола и особо не обиделся, но очень удивился и немного огорчился. Аня ему очень нравилась. Сейчас, сравнивая ее с Надей, он понимал, что они полные противоположности. Надя была дикой кошкой, царапающейся, шипящей и не подпускающей к себе, но, стоило ее приручить, дать ей тепло и ласку, она спрятала когти и сменила шипение на мурлыкание. Аня же изначально было домашней кошкой, нежной, ласковой, мурлыкающий, но такой же как все кошки независимой, своевольной и «гуляющей сама по себе». Внешне Аня была немного пухлой девушкой, с округлостями в нужных местах, натуральной блондинкой с потрясающими синими глазами. И была в ней какая-то загадка, которую Максим не