Алексей Степанов - Сердце дезертира

Сталкер почувствовал себя дураком. Странно, но привыкнуть к этому чувству у него никак не получалось.

— Пошли! — распорядился Гоша. — Время дорого. Этот Абу непрост, может и воякам заплатить. Правда, они сейчас в панике… Но бережёного бог бережёт.

— И вообще я как сталкер не хуже Рябого, правда, Гоша? — Флер всегда искала покровительства у того, кто казался самым надёжным. — Ты же сам говорил, что он засранец.

— А кстати. Туалетной бумаги ты у Дезертира не взял?

Рябой рассмеялся с облегчением. Вроде бы всё шло как всегда. Значит, снова есть шанс вернуться. Обычная сталкерская жизнь, которую Периметр режет пополам. И та половина, что остается в Зоне, принадлежит ей навсегда. Потому и нельзя уехать, потому и замирает сердце каждый раз, как пересекаешь черту. Только в Зоне сталкер становится собой полностью.

Выехав за город и зайдя в лес, Дезертир первым делом проверил аппаратуру снова. Как он и ожидал, господин Абу позаботился о том, чтобы знать, где находится сталкер. Потратив полчаса, Дезертир избавился от маячка и закинул его в траву. Быть под контролем в этот раз совершенно ни к чему — люди могут только помешать. Сложнее будет выйти из-под контроля Зоны, но на этот счёт был свой план.

Аккуратно закидав машину еловыми ветками — вдруг ещё пригодится? — он поспешил к Периметру, куда, по его прикидкам, уже должны были двигаться Рябой с товарищами. Собственно говоря, Гоша и Насвай были Дезертиру совершенно не нужны, но и не мешали, а с ними у Рябого было больше шансов выжить. Не то чтобы Дезертир дорожил его жизнью, но и специально зла не желал.

Зона, как он и ожидал, расширилась очень незначительно. Всего-то несколько сотен метров. Но Выброс сопровождался атакой мутантов, появлением аномальных зон, и всё это — в условиях мощного пси-излучения. Военные покинули внутреннюю линию, исполосовали основную массу тварей огнём и теперь готовились заняться строительством. Новые ДОТы, новые минные поля, новые заграждения из колючей проволоки, новая внешняя линия, дороги… Дезертир каждый раз диву давался: сколько денег тратили люди на то, чтобы защищаться от Зоны. И всё — бесполезно.

Выброс закончился совсем недавно. Вертолётам ещё не дали разрешения на взлёт, патрули не выехали по новым маршрутам, зондеркоманды с собаками не прочёсывали леса. Совершенно спокойно, почти не прячась, Дезертир прошёл по перепаханной взрывами земле там, где прежде было минное поле, благополучно обогнул несколько новорожденных аномалий и, аккуратно перешагнув разорванные куски проволоки, покосился на ДОТ всего в сотне метров от себя. Обычно сталкеры так не поступают — бывали случаи, когда зомби забирались в них и по старой памяти вели огонь по всему живому. Но Дезертир развил — или это был подарок Зоны? — в себе странное, никак не называемое чувство. Он знал, что ДОТ пуст. Именно поэтому автомат покачивался за спиной: вокруг не было никакой опасности. Растерзанные огнём трупы монстров, полчища крыс, кое-кто недобитый, но опасности — никакой.

— Значит, ты ещё маленькая? — пробормотал Дезертир, двигаясь к месту встречи с Рябым. — Маленькая и слабенькая. А меня ты то ли любишь, то ли ненавидишь… Я вот тебя ненавижу, Зона. Может быть, по-твоему — это любовь?

Слева из воронки выбрался сильно изуродованный, но ещё опасный псевдогигант. Дезертир почти небрежно пристрелил его — при всей своей странной любви Зона представляла опасность и для него. Логики сталкер постичь не мог, но и не был уверен, что она вообще существует. Возможно, Зона ещё ребёнок и не может уследить за всеми своими тварями? В том, что она может их направлять осознанно, Дезертир давно не сомневался. Вот только говорить на эту тему не любил. Его и так многие считали ненормальным. Кроме того, с годами жизни в Зоне и около неё Дезертир стал относиться к сталкерам как к её части. Люди, связанные с Зоной, становились уже не просто людьми. А значит, могли рассматриваться как необходимые жертвы для достижения поставленной цели.

Оказавшись снова в лесу, но на этот раз истерзанном артиллерийским огнём, он надел на голову металлический обруч, проверил провода, идущие к закреплённым на поясе аккумуляторам, и включил прибор. Он стоил немалых денег и почти года «сверхурочного» труда знакомого научника. Теперь мозг Дезертира прикрывало облако пси-излучения, постоянно менявшее волну.

— Посмотрим, как ты теперь угадаешь, куда я иду! Лови меня, Зона, если сможешь.

Дальше следовало двигаться осторожнее: Зона всегда относилась к Дезертиру бережнее, чем к другим сталкерам, щадила его. Но теперь она не знала, где её возлюбленный, и игра шла по общим правилам.

Добравшись до малинника, возле которого их должен был встретить Дезертир, сталкеры были вынуждены принять бой: семья кабанов не захотела терпеть на своей территории людей и атаковала. Вылетевший из кустов здоровенный секач едва не добрался до Флер, и только длинная очередь Рябого спасла ей жизнь. Впрочем, и это бы не помогло, не оттолкни Гоша её в сторону. Мертвая тварь, ткнувшись покрытой пятнами и морщинами лысой мордой в землю, вспахала клыками глубокие борозды там, где только что стояла Флер.

— Стреляй, дура! — Гоша стрелял по малиннику.

Их оказалось около десятка, этих сильно изменившихся в Зоне животных. Тела мутантов сверкали большими проплешинами, зато в других местах длинная жесткая шерсть торчала во все стороны. К счастью, стадо не успело разогнаться как следует, и спустя несколько минут стрельба стихла.

— Начали! — возбужденно крикнул Насвай, меняя рожок. — Я раньше сразу после Выброса в Зоне не был!

— А я был, — сказал вечно мрачный Гоша. — Ничего хорошего нас не ждёт, поверь.

— Не унывай, жандарм! — почти попросил Рябой. — Мы не одни, а Дезертир везучий. Флер, ты в порядке?

Женщина судорожно сглатывала слюну, стараясь не смотреть на растерзанные пулями тела кабанов.

— Подождите минутку! Я забыла нос намазать. Не могу эту вонь переносить…

— Ой, какие мы нежные! — Гоша ткнул секача в бок, убедился, что он мёртв, и присел на тушу. — Я вот что думаю. Если Дезертир знает, как найти Шейха, то зачем ему мы? Он всегда ходит один. Бегает быстро, Зону знает… А от нас какой прок?

— Ну, как это — какой? — Рябой, сдвинув кепи, почесал затылок. — Три ствола. Ой, четыре, прости, Флер. Разве плохо?

— Хорошо, — кивнул Гоша, хотя выражение его лица говорило обратном. — Очень хорошо. Но Дезертиру никогда не нужны были чужие стволы. А теперь понадобились. Почему? Я вижу один ответ — он думает, что будет очень опасно. Большая драка. В которой мы будем его прикрывать, а он нас — нет, уж поверьте мне. Я этого гада понял.