Земной Союз - Андрей Буревой

Немного пришёл в себя я уже сидя в кабине паровика, на выезде на прилегающую к Нансу магистраль. Обнаружив рядом не только безмятежную по обыкновению Эвелин и опять вольготно расположившуюся с задранными ножками предовольную Талли, но и вертящую головой по сторонам Тайшу с предвкушающей улыбкой на лице. И… у меня от вида этой умиротворяющей картины аж на душе потеплело.

А затем Талли решила воспользоваться тем, что мы тут, считай, одни, и с любопытством оглядев нас с Тайшей, с нескрываемым предвкушением произнесла:

— Так, давайте уже колитесь, что между вами произошло⁈

— Да ничего! — поспешила заверить её Тайша, покрасневшая сразу и бросившая на меня быстрый взгляд.

— Нет уж, меня не проведёшь! — негодующе фыркнула на столь жалкое увиливание от ответа Талли. — Я же вижу — между вами точно что-то произошло!

Но пунцовеющая Тайша упёрлась, категорически не желая колоться… Нет, так-то она, возможно, и готова была сознаться закадычной подруге, что у нас был секс. Просто прекрасно понимала, что этим дело не ограничится, и придётся тогда выложить и все подробности… раскрыв и подоплеку событий, приведших к нему, и непосредственно действия девушки — до сих пор бесконечно смущающие её!, которые вполне можно трактовать как сексуальное нападение!

Так что Тайша молчала как партизан! Несмотря на все попытки Талли развести её на откровенность. А Рыжая и довольна была! Найдя себе занятие на всё дорогу.

В обстановке эдакого тихого семейного уюта мы докатили до самых Шаенских предгорий. А там и до триста сорок восьмого эксита по шоссе добрались, свернув на площадку для отдыха, расположенную в живописной долинке.

— Ну вот мы и на месте… — удовлетворённо проговорил я, изучающе шаря взглядом по представшей перед нами вздыбившейся каменными обломками стене на предмет обнаружения несоответствий с оставшимся в памяти образом. И, наконец, с немалым облегчением вздохнул: — Вроде пока нас не было никто тут не шарился.

— В наше отсутствие завал не разбирался, — подтвердила мой вывод и Эвелин, явно сличив взятые из дампа памяти образцы с существующими.

— Какой же он большой… — с благоговейным ужасом глядя на каменный барьер пробормотала Тайша.

— А ты думала мы тебя просто так взяли? — тут же подколола её Талли. — Тут работать не переработать!

Собственно к работе, оборудовав стоянку, мы безотлагательно и приступили. В нашем случае, время — деньги. И затягивать с началом разбора завала нам было крайне невыгодно.

Согнав с прицепа «проходческий комбайн», Райли сразу направила его к внешней стене кратера образованного ударом тоннельника. И начала аккуратно разгребать его экскаваторным ковшом. Так чтобы затем вывернутые скальные обломки и мелкое каменное крошево можно было поддеть ножом-отвалом блохи, определённой в помощь, и столкнуть затем с края площадки, что так удачно для нас была для лучшего обзора немного вознесена над прилегающей долинкой. Фактически, достаточно дотолкать каменный хлам лишь до края площадки, а дальше он сам с шумом покатится вниз.

Дело пошло! Возможно, не так быстро как хотелось бы, но пошло! А там, как мы приноровились, так и вовсе стало отлично получаться. И появилась твёрдая уверенность в том, что до своей цели мы доберёмся.

Работа по расчистке завала велась нами сменами в течении всего светлого времени суток, длящегося сейчас по шестнадцать часов. И за какие-то четыре дня активного труда — техники в основном, нам удалось практически полностью убрать обращённый к нам край этого рукотворного кратера, засыпать его чашу, и добраться до основной части преграды. Где темп нашего продвижения заметно упал, по причине появления скальных обломков такой величины, что «проходческий комбайн» перед ними пасовал и их приходилось взрывать, раскалывая на более мелкие части. Высверливать отверстия ручными пневмобурами с полыми цилиндрическими свёрлами, закладывать в них взрывчатку и подрывать, отойдя подальше. Это всё отнимало время, а потому и замедлились мы прилично. Лишь на девятый день достигнув непосредственно скального массива. Ну тут у нас прилично так добавилось энтузиазма, особенно когда обнаружились остатки заваленного хода, ведущий вглубь скалы. Да и объём работ по удалению мешающих камней в целом значительно сократился. Пришлось же буквально по одному выковыривать их, образовавших плотную пробку, из рукотворного тоннеля. Пока… Пока, наконец, остатки завала на нашему пути не дрогнули, и не просели чуть, образовав заметную щель под практически отполированным при проходке сводом тоннеля!

— Ур-ря! — единодушно восторжествовали радужногривые, самые активные наши участницы «подрывных работ».

— Уря, уря, — подтвердил я, сам невольно улыбаясь. И… немедля погнал их за экранирующей плёнкой!

А затем мы Тайшей и Эвелин пролезли через образовавшуюся щель в помещение энергостанции. Достаточно быстро полностью заглушив её, свернув работу ИСУ и экранировав всё высокотехнологичное оборудование. Ну это мне показалось быстро, а так мы часа три провозились там, по словам остальных.

Остаток дня мы убили на окончательную расчистку тоннеля, ведущего в реакторный зал — чтобы можно было загнать в него, сдавая задом, оснащённую краном блоху. С прицепом. Тут у нас, благодаря тому, что ход оказался достаточно широк, прокатил самый простой вариант погрузки нашей добычи, и нам не пришлось мудрить с поочерёдным затягиванием на специально прихваченные с собой металлические «салазки» трёх с половиной тонных химических реакторов, с последующим выскиванием их наружу при помощи троса лебёдки.

Да, с самой тяжеловесной частью оборудования всё вышло прям чётко. Шесть коротких рейсов бронемашины, с последующей перегрузкой массивных агрегатов во второй прицеп-улитку паровика и дело, считай, в шляпе. Дольше с отключением энерговодов возились…

— Как-то это всё… — неопределённо-разочарованно протянули бандитки, что, сначала с азартом бросившиеся внутрь «схрона» дорогостоящей добычи, а потом — быстренько обежавшие всё и сунувшиеся даже в коммуникационный тоннель с кабелями — но и там не найдя ничего захватывающего дух!, далее просто неприкаянно бродили по помещению.

Уж не знаю даже, чего они такого эдакого вообще ожидали от напрочь обыденного реакторного зала…

— Ничего, в виде крупных цифр на счетах унивов всё будет выглядеть куда веселей! — рассмеявшись, подбодрил я их. И отправил на подмогу Тайше — переносить демонтируемое оборудование ИСУ.

Уже поздно вечером, славно потрудившись, мы уселись ужинать. В честь завершения работ — у разведённого на радость радужногривым настоящего костра. Который, впрочем, понравился абсолютно всем. Действительно прикольно оказалось посидеть ночью у него…

— Да, жители каких-нибудь далёких орбитальных станций нам могут только позавидовать… — неожиданно прозвучал в непередаваемо умиротворяющей атмосфере голос Энн Маккри, заворожённо смотрящей на колышущиеся лепестки пламени.

— Ага!