Владимир Васильев - Прятки на осевой

— Эй, Кекс! — позвал Тараненко, возникая в дверях кабины. — Поди-ка сюда.

Кекс повиновался — отложил свои шмотки, встал и приблизился.

— Ну?

Тараненко посторонился, приглашая войти в кабину. Кекс вошел.

— Знаешь, что это такое? — Научник ткнул пальцем в один из многочисленных экранов.

Кекс присмотрелся.

— Похоже на датчик жизненных форм, — сказал он через несколько секунд.

— Он и есть, — кивнул Тараненко. — Гляди, это мы. А кто вот это — не знаю. Каких-то сто десять метров от вездехода.

Биосканер в кабине стоял стационарный, мощный, и экран у него был здоровущий, не то что портативка, вшитая в ПДА. Там, куда указывал научник, Кекс без труда различил шесть меток, опознаваемых прибором как люди, снабженные сертифицированным всевозможными околозонными комитетами оборудованием. Монстров в округе не наблюдалось, да и редко они забредали сюда, на самую окраину Зоны.

— Всю ночь рядом просидели, — сказал Тараненко задумчиво. — Наших тут нет, я узнавал. На радиозапросы не откликаются. Кто бы это мог быть, а? Мож, кто из твоих дружков?

— Может, — пожал плечами Кекс. — Мало ли кто может тут отдыхать?

— Сейчас мои ребята туда наведаются. — Тараненко повернулся и глянул в дверной проем — у внешнего люка торчали два полностью упакованных военсталкера. — Я хочу, чтобы ты сходил с ними. Если это наши, просто прогуляешься. Если ваши — поговоришь с ними, чтоб стрельбу сдуру не затеяли. Ты ж вроде сталкер в законе, а?

Кекс поморщился и пообещал:

— Поговорю.

Сталкер в законе, ага. Бандит ты форменный, пан Тараненко, а не научник! И лексикон у тебя бандитский. И, что характерно, так бывает со всеми, кто из ученых переквалифицируется сначала в администраторы, а потом и в ловцы финансовой удачи… Впрочем, не Кексу об этом с притворным гневом рассуждать, ибо сам злостно нарушает кучу законов и работает на тех же бандитов.

Озвучивать эти соображения вслух Кекс, понятное дело, не стал. Сходил, облачился в комбез и ботинки, прихватил маску и Неrstal и присоединился к громилам у входа.

Психу он шепнул: «Я сейчас!», а Тараненко объявил: «Готов!».

— Ни пуха, парни! — выдохнул Тараненко из кабины и открыл запоры люка.

Влажный воздух Зоны мазнул по лицу и ворвался в ноздри.

Вслед за военсталкерами Кекс выбрался наружу, ступил в скопившуюся на дне капонира лужу и сразу же натянул капюшон на самые глаза. Лило пуще вчерашнего.

Солдаты бочком прошли к выходу из капонира. Под ногами противно чавкало. Кекс, никогда не видевший военсталкеров вблизи, да ещё в Зоне, с интересом присматривался — как идут? Куда смотрят? Судя по всему, ребята дело знали. Не поперли дуром по прямой, отнюдь. Подозрительный лысый пятачок на пути аккуратненько обошли и в странную ямку по пояс глубиной соваться не стали — там трава какая-то ненормальная произрастала, светло-синего цвета, и Кексу ни она, ни сама ямка сразу же не понравились. Вряд ли это могли быть микроаномалии, но не понравились они Кексу, и все тут, — в ямке почему-то не было лужи, а пятачок-плешь выглядел неестественно ровным и гладким, словно блин шлифованного гранита. Вменяемый сталкер от подобных странностей держится подальше. Военные держались тоже.

Метре на шестидесятом Кекс разглядел впереди неплохо замаскированный тентик-палатку. И мысленно отметил два места рядом, где вполне могли прятаться молодцы с автоматами.

На восьмидесятом метре их окликнули:

— Эй, гвардия! Не пальните с перепугу, мы свои!

— Свои бывают разные! — ворчливо отозвался один из солдат. — Мож, назоветесь?

— Назовемся, не сомневайся! Только не тебе, а Тараненко! Осторожно там, мы выходим!

Показались два типа, экипированные примерно так же, как и военсталкеры. Потом из палатки вылез щуплый тип в здоровенном, не по размеру, шлеме.

А следом за ним — Покатилов. В камуфлированном комбинезоне, такой же кепке и тяжелых армейских берцах.

У Кекса натурально отвисла челюсть.

— Босс? — пробормотал он с изумлением. — Здесь?

— Захлопни пасть, Кекс, — сказал Покатилов ровно. — Муха влетит.

Кекс совладал с лицом и напоказ клацнул зубами.

— Тараненко на месте? — обратился Покатилов к воякам.

— На месте, — заверил один из них. — Провести?

— Проведи. Флэш, ты со мной. И вы двое тоже. А вы оставайтесь, если что — связь на восьмом канале.

— Да, босс, — кивнул один из остающихся.

«Стало быть, рации у них есть, — подумал Кекс. — И на запросы Тараненко они не отвечали с определенным умыслом. Чтобы наш визит состоялся, к примеру».

На обратном пути Кекс отметил, как Покатилов с подозрением покосился на все ту же ровную плешь чуть в стороне. Не утратил, стало быть, босс сталкерской сноровки! Зона, конечно, сильно изменилась за последние годы. Но основы сталкерского ремесла остались прежними. Если шастал здесь — на всю жизнь навыки въедаются, палкой потом не выколотишь.

Расплескивая лужу в капонире, добрались до входного люка, при их приближении предупредительно распахнутого. Покатилов первым уцепился за поручень, пару раз стукнул ботинками о ступеньку, сбивая налипшую грязь, и поднялся в отсек.

— Не ожидал увидеть вас здесь! — произнес Тараненко, едва Покатилов оказался внутри. — Совершенно не ожидал! Не страшно?

— Я, между прочим, в прошлом сталкер, — буркнул Покатилов. — Смею надеяться, не из худших, раз выжил.

— А нельзя ли узнать ваш сталкерский псевдоним? — поинтересовался Тараненко. — Или это тайна?

— Не тайна. Когда-то меня звали сталкер Лось. Полагаю, за телосложение. Пока Кардан не нарисовался, больше меня сталкеров просто не было. Даже Гупи был лохлипче. Так что трепещи, наука. — Покатилов повертел головой, оглядываясь.

У дальнего борта двое солдат как раз организовывали столик. Тараненко приглашающе повел рукой:

— Ну, что ж, добро пожаловать, сталкер Лось! У нас тут скромно, по-полевому, но кое-что всяко найдется.

Посреди стола уже возвышалась бутылка коньяку, а Середа сноровисто расставлял на подстеленные салфетки парадные стаканы из небьющегося стекла.

Покатилов с интересом воззрился на выпивку.

— От коньяку не откажусь. Но сначала, Максим, нацепи-ка какой-нить плащик и пойдем прогуляемся. Да без охраны.

Тараненко напрягся; это было отчетливо видно. Он лихорадочно что-то соображал и высчитывал в голове, а Покатилов с интересом наблюдал за ним, сузив глаза до едва заметных щелочек.

— Х-хорошо, — наконец согласился Тараненко. — Сейчас. Если вдруг что — нас прикроют огнем, тут пушечка отличная.

— Не боись, наука. Я ещё не забыл, с какой стороны у автомата приклад.