"Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Борисова Светлана

рассудил, что такой подарок ничем не хуже накидки. Посадив малыша за пазуху, он нырнул в переносной тоннель, и, как казалось, очень вовремя. Взрослый кассена, родитель малыша, опоздал лишь на мгновение. В ярости он стёр опустевший астероид в пыль, а затем вытянулся во всю свою пятидесятиметровую длину и, горюя о потере, беззвучно завыл. На тройной цепочке его глаз то и дело возникали розовые шарики; в невесомости они не разлетались и липли к его морде. Это было то, что в Эквилибриуме называли розовым жемчугом Междумирья. Он был настолько редок, что каждая такая жемчужина стоила целое состояние.

Так что самый ценный подарок Золотой император всё же упустил. Впрочем, если бы он знал, что розовый жемчуг — это слёзы кассены, то не стал бы дарить его любимой женщине.

Растроганная подарком Аэлла поцеловала дарителя, и так вышло, что метила она в щёку, а угодила в губы. Тем не менее поцелуй был чисто дружеский, во всяком случае, с её стороны; правда, чего не скажешь о Золотом императоре. В общем, для стороннего наблюдателя они выглядели как пара влюблённых голубков.

Скандал разразился страшнейший.

Уязвлённая в самое сердце Вифания рвала и метала — мужа в буквальном, соперницу в переносном смысле.

Аэлла поначалу оправдывалась, а затем не выдержала оскорблений и тоже вышла из себя.

Золотой император, как водится в таких случаях, чувствовал себя полнейшим кретином. Держа испуганно скулящего кассену, который бросился к нему, ища защиты, он растерянно смотрел на скандалящих женщин, не зная как к ним подступиться.

Когда Вифания превратилась в василиска, вознамерившись присовокупить Аэллу к галерее статуй своих соперниц, а та, в свою очередь, превратилась в Деву Ада, он понял, что дело приняло серьёзный оборот и больше медлить нельзя.

«Да чтоб вас!» — потеряно пробормотал властитель Фандоры и, собравшись с духом, вклинился между женщинами. Виновато улыбнувшись Аэлле, он схватил разгневанную жену и перенёсся домой.

Дома Вифания, естественно, не унялась. Шум и грохот стояли такие, что Ирина, посчитав, что это вражеское нападение, ворвалась к родителям с кэмом наперевес. Вслед за ней в комнату вбежали её паладины, в число которых затесался Нэхуель. Застыв у порога, все шестеро дружно раскрыли рты, глядя, как миссис Вейс без всяких затей, вооружившись одной лишь домашней туфлёй, лупит их обожаемого мистера Вейса.

«Ну-ка, все на выход!» — опомнившись, скомандовала Ирина. Оказавшись в коридоре, Эдик и Даша скорчились от беззвучного смеха. «Мелюзга! — фыркнула Кэт. — Вот чего ржём? Супружеских скандалов что ли не видели?» — сказала она, осуждающе глядя на юную парочку. «Не-а, не видели!» — отозвался Эдик, и оба расхохотались. «Реально недоумки!» — вздохнула Кэт. На её долю выпало столько родительских скандалов, что ей было абсолютно не смешно.«А ну кыш! У себя поржёте!» — прикрикнул Алекс на ребят. Парочка тут же испарилась, и он озабоченно глянул на двери, из-за которых раздалось совсем уж жуткое рычание. «Девчонки, давайте тоже по домам! Пока нам не перепало за компанию», — сказал он и, взяв Ирину за руку, тут же испарился вместе с ней. «Да нет проблем!» — вздохнула Кэт и, собравшись с духом, призвала магию. Хотя она выучила формулу переноса, но по-прежнему боялась ею пользоваться.

Алекс и Ирина, вернувшись в свои комнаты, дружно повалились на диван и расхохотались. «Нет, ты это видела? Мистера Вейса и тапком по голове! Нет у вас баб ничего святого!» — утирая слёзы, сказал Алекс, и Ирина в знак женской солидарности кинула в него подушкой.

Кэт, благополучно переместившись к себе, рассказала мужу о скандале у хозяев и Пименов, выспросив у неё подробности, с задумчивым видом покачал головой: «Миссис Вейс, конечно, женщина взрывного темперамента, да только я нюхом чую, что здесь дело серьёзное. Попомни моё слово!». Кэт заявила, что это обычный семейный скандал, но он остался при своём мнении.

Забытый всеми Нэхуель постоял в коридоре, а затем, памятуя, что хозяйка не разрешает пользоваться в доме магией, пошёл в свою комнату пешком. Запершись, он сел на стул и горестным взглядом уставился на стенку. Как все шолоицкуинтли, он был чрезвычайно предан Золотому императору и его обиду воспринимал как свою. Вот только обидчица была его женой и имела полное право наказать неверного супруга. Так что всё, что он мог сделать, это вместе со своим кумиром переживать его позор. «Нет, я всё понимаю! Но зачем же бить башмаком? Это же так унизительно!» — вскричал несчастный шолоицкуинтли и, подняв голову, тихонечко завыл.

«Глупый мальчишка! — ухмыльнулся Звёздный ветер, незримо наблюдающий за юным собратом. — Вот погоди, женишься, тогда узнаешь, что получить башмаком от своей скво, это далеко не самое худшее наказание».

***

Ближе к вечеру, узнав в чём дело, Ирина как могла утешила мать, и на следующий день помчалась утешать миссис Фьюстер. «Вот поганец!» — возмутилась она, обнаружив в Расомском поместье не кого-нибудь, а виновника разразившегося скандала.

Действительно, расположившись как у себя дома, Золотой император пил любимый шоколад и, судя по расслабленной позе и довольному выражению лица, совершенно ни в чём не раскаивался.

Подняв голову, Алконост хмуро посмотрела на приближающуюся сестру.

— Что тебе здесь нужно? Убирайся! Видеть тебя не хочу! — раздражённо выкрикнула она, когда Ирина подошла к павильону, в котором завтракала семья Фьюстеров.

— С добрым утром! — поприветствовала она сидящих за столом и улыбнулась Лотико, который отодвинул для неё стул. — Спасибо!

— Не обращай внимания на мою жену. Она сегодня не в настроении, — сказал он, лаская взглядом дорогую его сердцу гостью.

— А что, бывают дни, когда она в настроении? — поинтересовалась Ирина и Алконост наставила на неё кэм.

— Убирайся, пока цела!

— Ну-ка, прекрати! — рыкнул Золотой император и выразительно посмотрел на дочь, когда она не послушалась. — Забыла, каково быть смертной? Так я быстро напомню!

— Извини! — кэм исчез, и Алконост опустила голову.

Видя, что сестра молча роняет слёзы, Ирина встала.

— Извините, что побеспокоила. Вообще-то, я уже позавтракала, — она посмотрела на хозяйку дома. — Миссис Фьюстер, если вы не возражаете, я хотела бы поговорить с вами.

— Да, давай прогуляемся! — подскочила миссис Фьюстер, обрадовавшись, что есть повод сбежать от постоянно раздражённой невестки и взглядов мужчин: ласковых одного и обвиняющих другого. Укоризненные взгляды отца она уже не брала в расчёт, ей было не до них.

Пан вернулся домой именно тогда, когда