Иван Мак - Голубая Сфера

− Ты знаешь?! − удивилась Анлита.

− Конечно знаю. Я же крылев. Я сама могу стать лайинтой.

− Правда?

Ирмариса переменилась и Анлита ощутила перед собой лайинту.

− Боже, так ты…

− Нет, я не лайинта. Я крылев. И Энергию Пространства ты должна знать.

− Я ее не знаю.

− Но ты знаешь что она может сделать. Но ты мне не ответила. В них стреляют каждую минуту, а ты не хочешь дать им защиту?

− Я боюсь. Я боюсь, что они мне не поверят. Это же выглядит…

− Не говори мне, как это выглядит. Я и сама знаю. Я же тебе говорила, что людей надо кушать.

− Да ты!..

− Тихо-тихо. Ты что, не поняла?

− Что?

− Ты проводишь мутацию. Вот и получается, что ты их съешь.

− Да не съем!

− Вот глупая! Конечно не съешь. А эрт скажет, что ты их съела. И им ты скажешь после, что вот, мол, я вас уже и съела.

− Дурацкое слово.

− Точно дурацкое. Эрты дураки, не понимают, что для них это благо быть съеденными.

− Опять ты за свое.

− Ладно. Что будешь делать? Может, мне им рассказать это по секрету?

− Нет!

− Так боишься?

− Я же никогда так не делала.

− И мысли не возникало. Так и скажи.

− Я думала. Но я думала, что сделаю так только в самой критической ситуации.

− Опоздала ты с критическими ситуациями, Анлита. Теперича они все мои будут. Тебе не угнаться за энергией пространства.

− Хвастаешься?

− А как же? Ладно. Поживем увидим. Может, я и научу тебя чему. Хочешь?

− А ты спрашиваешь?

− Вон, командир идет. − Ирмариса махнула рукой и к ним подошел Аррон…

− И что? − спросил Аррон. − Она научила тебя чему нибудь?

− Научила.

− Точно?!

− Да уж куда точнее то?

− И ты знаешь эту самую энергию пространства?

− Я знаю ее основу. Знаю, как входить в это сосотяние, знаю как выходить. Знаю как делать простые вещи и все.

− А что так?

− А что? Они сами этому учатся всю жизнь. Ты думаешь, она эти кольца штампует как монеты? Это можно назвать изобретением. Настоящим изобретением, потому что ни у кого из крыльвов таких нет. Она вложила в них все свое умение.

− Как же получилось, что она сделала это за двенадцать миллисекунд?

− Материализация может происходить мгновенно. Двенадцать миллисекунд для этого процесса − настоящая вечность. Кроме того, это время ни о чем не говорит. Она могла думать над ними годами. Думала, пробовала, создавала, уничтожала… Думаю, они у нас у всех вовсе разные. Как разные картины у художника.

− Да. Это точно. − сказал Аррон. − И программы в наших машинах разные. У меня иногда возникает чувство, что эти машины ее дети.

− Глупое чувство. − произнес женский голос из машины Геракса.

− Почему глупое?

− Так записано в моей программе.

− Где это?

− Так записала Ирмариса. Если ты так решишь, сказать, что это глупость.

− Все равно. Она тебя создала, значит, она твоя мать.

− Она меня создала, это значит, она мой создатель. − ответила машина.

− А ты тогда кто для нее?

− Я машина, которую она создала. Она меня создала, а не родила. Думай что говоришь.

− По моему, наши машины подобного никогда не говорили. − сказала Анлита.

− В ваших машинах нет этой программы.

− Какой?

− Моей.

− А какие в наших?

− В ваших только управляющие системы.

− А у тебя что?

− У меня управляющая система и программа интеллектуального обмена.

− В смысле, что программа всей этой болтовни?

− Да. Программа болтовни.

− Ирмариса, случайно, не оставила мне какого нибудь послания в твоей программе? − спросил Геракс.

− Оставила.

− Какое?

− Читать при всех?

− Читай.

− Будь с ней поласковей.

Все тут же рассмеялись.

− Это все? − спросил Аррон.

− Все.

− Я разве с тобой не ласков?

− Ласков. Могу прокрутить запись…

− Нет! − воскликнул Геракс.

− Почему нет? − спросила Анлита. − Давай, покажи.

− Не покажу. − ответила машина.

− Почему?

− Приказ командира − закон для меня.

Силлин фыркнула и отвернулась от Геракса.

− А ты бы не фыркала, Силлин. − сказала машина. − Думаешь, он тебя не любит?

− Ты чего несешь?! − закричал Геракс. − Прекрати сейчас же!

− Э… Врагов поблизости нет? Вроде нет. Можно и поперечить.

− Ну, Ирмариса! Вот комик! − воскликнул Арнольд.

− Что же ты замолчала? − спросила Силлин.

− Тебе так и скажи. Он же мне все гайки пооткручивает.

− Аррон?.. − проговорила Силлин. − Ты так и будешь молчать?!

− А что мне говорить?

Силлин развернулась и хотела бежать. Она уткнулась в Анлиту и не смогла сойти с места.

− Пусти! − закричала она.

Анлита знаком показала Аррону что хотела сделать и он согласился. Силлин вырвалась и помчалась по улице. Анлита отправилась за ней и вскоре они обе скрылись за поворотом.

− Кто тебя тянул за язык? − спросил Геракс. − Боже мой, вот ситуация! Какая-то железка пытается любовь со мной крутить!

− Я не пытаюсь. − сказала машина.

− Ты уже крутишь? − спросил Геракс.

− Крутить то нечего. Обидел девчонку ни за что. Она же тебя любит.

− Да что ты в этом понимаешь?!

− Я ничего не понимаю. А Ирмариса понимала. Она тебя любила.

− Кто?

− Ирмариса. И я в твоей машине сижу как ее любовный подарок. А ты, балбес, ничего не понимаешь.

− Как она могла меня любить? Она же не человек.

− Ты не забыл что она тебе рассказывала о себе? Она не человек, не крылев, не ратион, не ливийская кошка. Она помесь нескольких разных видов. Понимаешь суть? Она может любить кого угодно.

− Тогда не велика и потеря, если ей все равно кого любить.

− Было бы ей все равно, она вышла бы за Шаронгера, который ей это предлагал.

− Ты издеваешься?!

− Я говорю то что записала Ирмариса. У нее было несколько мужей. Один из ливийских котов. Другой − чистокровный крылев. Третий − человек с одной планеты. Ливийский кот от нее отказался сам после двадцати лет жизни, крылев погиб в бою с эртами, а человек остался на своей планете, не пожелав никуда улетать с ней.

− Она думала, что я ее полюблю?

− Она поняла, что этого не будет и никогда больше не пыталась с тобой говорить на эту тему.

− А зря не пыталась.

− Это ты ей скажи, а не мне. Я только машина и больше никто.