Фантастика 2026-189 - Алекс Бредвик

Драконы немедленно пришли в себя и бросились бежать. Некоторые до последнего смотрели в небеса, где растворилась драгоценная гробница, но в итоге даже самым упорным пришлось проглотить свою горечь и помчаться на выход.

Стоило последнему участнику экспедиции вернуться в Империю Мириада Облаков, как дерево, портал в гробницу, резко посерело, высохло и сбросило все свои листья…

Мир, созданный прежним Божественным императором, был уничтожен; его сокровища исчезли.

Немного погодя, когда участников экспедиции окружили журналисты, они всё же пришли в себя и заключили, что в битве за сокровище юный Зао одержал безоговорочную победу. Величайший гений своего поколения добрался до последнего зала гробницы, сразил таинственного мастера формаций, — сомнений в его кончине быть не могло, ведь, по словам госпожи Неримы, их с Зао отделяла единственная дверь, и никто не мог сравниться по силам с великим дарованием и наследником Первого канцлера, — после чего подчинил её себе.

После этого Зао использовал зикурат, который неожиданно оказался гигантской летающей крепостью, способной перемещаться между мирами, чтобы скрыться в неизвестном направлении. Вероятно, ему нужно было время, чтобы принять наследие прежнего Божественного императора. На это могло уйти от единственного года до пары сотен или даже тысяч лет — для драконов на стадии Сакральной и Великой Мудрости срок это был совершенно незначительный.

В итоге все остальные участники экспедиции остались ни с чем или даже потеряли свои ценности, однако зла на Зао никто не держал. Одно дело — проклинать неизвестного мастера формаций, и совсем другое — великого гения, который своими силами заполучил сокровища и даже одолел ради них сразу трёх противников, которых называли сильнейшими на своей стадии.

Завидовать ему — всё равно что завидовать солнцу и луне. Это бессмысленно. Напротив, после такого блестящего выступления и грандиозного ухода со сцены у Зао появилось ещё больше почитателей, которые всерьёз предполагали, что однажды юный гений станет Божественный императором.

Изначально многие опасались, что битва за сокровища посеет семена вражды между Правителями и приведёт к политическому кризису — в итоге всё вышло в точности наоборот. Все они остались ни с чем, и на фоне общего горя в них стали зарождаться братские чувства.

Сперва один Правитель пригласил друзей в своё столичное поместье — утопить горечь в сиянии праздника, затем второй, а затем решили устроить полноценный пир, принять участие в котором согласилась даже госпожа Нерима, которая, в свою очередь, убедила господина Уро.

Вечером драконы распивали драгоценные вина, которые стоили как целые миры, временами поднимая бокалы за господина Зао. Они благодарили его за отмщение, которое он обрушил на проклятого мастера формаций.

В итоге никто не узнал, кем же тот был на самом деле, однако это было уже неважно.

Жизнь, даже та, которая длится десятки тысяч лет, слишком коротка, чтобы размышлять о мертвецах.

Сима уже приходилось наблюдать пространство между мирами, и теперь ему хватило единственного взгляда на синеватые вихри, которые изображали различные экраны, демонстрирующие происходящее за пределами зикурата, чтобы понять, где они сейчас находятся.

Сперва он даже заволновался: в коридорах пространства и времени можно было очень просто потеряться. Любой Император или Святой был в состоянии вырваться за границы конкретного мира, но попасть в другой были способны только Драконы Небесной Мудрости. Всем остальным просто не под силу было сориентироваться в запутанных лабиринтах мироздания.

Благо, тревога Сима развеялась всего через несколько секунд, когда он присмотрелся к формациям и понял, что на самом деле представляла собой гробница Божественного императора.

Оказывается, это был корабль — огромная небесная баржа, способная перемещаться между мирами, за навигацию в которой отвечали единственные в своём роде формации, созданные лично Божественным императором.

Сердце Сима забилось быстрее при осознании, что с помощью зикурата можно было попасть в совершенно любой мир во вселенной.

— … Даже вернуться в Небесные берега, — заметил он и повернулся к Лу Инь.

Девушка сжала губы. После их побега в Мир Драконов Лу Инь пыталась смириться с мыслью, что уже никогда не увидит свою бабушку, своих друзей, в том числе Мин Юй и Мао Хуа, Королеву Ледяного Сердца, свой первый дом и даже Секту Жемчужного Истока, с которой у неё были связаны не всегда приятные, но детские, а потому дорогие сердцу воспоминания.

Непросто отбросить собственное прошлое, и на душе Лу Инь неизменно нависала мрачная тучка — но вот в ней забрезжили проблески надежды и отразились в глазах девушки, которые впервые за долгое время вспыхнули тем невинным мечтательным блеском, который Сима уже почти забыл.

Он замечал, как Лу Инь пытается быть сосредоточенной и серьёзной, чтобы они могли преодолеть любую преграду на пути к своей цели — выживанию и, впоследствии, оживлению их дочери, Мэй, но всё равно немного соскучился по более светлой и неловкой стороне её характера.

Будет забавно посмотреть, как эту новую, серьёзную и суровую Лу Инь бабушка подрядит чистить картошку.

Впрочем, мысли эти Сима решил держать при себе. Да и не факт, что они действительно могли вернуться в Небесные берега.

Чтобы это проверить, Сима вызвал карту мироздания со всеми мирами, в которые можно было направить корабль. На главном экране посреди гробницы вспыхнуло более тысячи точек, как вдруг почти все они погасли, оставляя только реденькую горстку. Удивлённый, Сима стал разбираться, что происходит, и вскоре почувствовал, как внутри него всё похолодело.

Карту создали миллионы лет назад, и было бы не удивительно, если с момента её начертания некоторые миры оказались уничтожены. Проблема была в том, что исчезло больше 99 % всей вселенной. Это был не естественный процесс, но рукотворная разруха, и автором её был не кто иной, как нынешний Божественный император и его Канцлеры.

Мир людей, судя по карте, был ещё пока цел, но оставалось ему всего несколько лет. Когда все миры кроме единственного будут уничтожены, Божественный император предпримет очередную попытку обрести бессмертие.

Что если у него снова ничего не выйдет? Что он тогда будет делать? И как далеко заведёт его это безумное наваждение? Сима не знал, но уже сейчас, наблюдая за поредевшей картой мироздания, он мог представить себе масштабы разрушений, которые Божественный император учинил на пути к своей цели.

В любом случае для них действия Божественного императора были всё равно что природные катаклизмы для обыкновенного человека. Бороться с ними невозможно