Фантастика 2026-189 - Алекс Бредвик

А вот кого они не собирались щадить ни при каких обстоятельствах, так это…

— Кстати говоря, а где Хэнь Шань?

Стоило ему назвать это имя, как Лу Инь поджала губы. Именно Хэнь Шань была виновата в смерти их не рождённого ребёнка. Храм Тысячерукой Бодхисаттвы тоже был не без греха, однако в данном случае он выступал скорее в качестве инструмента в руках Хэнь Шань, нежели главной действующей силой.

Сима предвкушал момент, когда снова её встретит… Однако, как это часто бывает с вещами, в которых ты уверен, что произойдут они именно сегодня, его ожидало большое разочарование:

— Её нет, — сказал Ван Ганле.

— Где она?

— Исчезла.

— В каком смысле «исчезла»?

Сперва Сима показалось, что он ослышался — но нет. Гениальная наследница Храма Тысячерукой Бодхисаттвы и величайшее дарование Восточного региона, если не сказать всего мира, Хэнь Шань действительно пропала без вести.

Случилось это немногим после Битвы пред Белыми Вратами, хотя назвать точное время было невозможно. Просто в один момент Хэнь Шань погрузилась в глубокую медитацию, а затем её аура пропала. Девушка растворилась, как будто её и не было вовсе. Единственное, что от неё осталось, это высокое зеркало в человеческий рост, которое обнаружили в её комнате для медитаций.

Разумеется, Храм Тысячерукой Бодхисаттвы устроил поиски, сам Солнечный Бодхисаттва взялся за это дело, это был большой скандал, однако все их усилия оказались напрасны.

Хэнь Шань так и не нашли.

Сима придерживался того мировоззрения, согласно которому за всё в этой жизни приходится платить. Поэтому он всегда платил по долгам и следил за тем, чтобы ему платили остальные.

Покорив Храм Тысячерукой Бодхисаттвы, Сима и Лу Инь направились в прежнюю резиденцию девушки, уютный домик с красивым садом, и стали методично разбирать всех своих старых обидчиков и благодетелей. Опять же, Сима не был особенно мстительным человеком, у него не было под рукой длинного списка всех тех, кто «не правильно» на него посмотрел, поэтому конкретно врагов у них было немного.

Королей Запретной и Бесконечной Бодхисатвы, которые охотились на учениц Секты Ледяного Сердца, он передал Нинь Гуанлин и выбросил из головы. Он был уверен, что новоявленная Императрица подберёт им подобающее наказание. Так и случилось. Она не стала их убивать, но превратила в ледяные статуи и заявила, что намеревается использовать как предмет интерьера в своей новой секте — колонны, например, которые будут поддерживать ледяные своды своими обмороженными головами.

За Короля Туманной Бодхисаттвы, который постоянно ставил им палки в колёса и пытался разлучить, попросил Ван Ганле, так как они были старыми знакомыми. Впрочем, старик согласился, что совсем его прощать тоже было неправильно и предложил не убивать его и не лишать культивации, а запечатать на тысячу лет без возможности культивировать, чтобы он мог подумать о своём поведении. Сима нашёл это наказание весьма подходящим и согласился.

Следующими на очереди были Небесные руки и Семнадцать пальцев, хотя и не все. Многие из них ничего не сделали Сима или даже в своё время помогли. К числу таких относился старик Хао Жун и мальчик Ву Сан. Их решено было не трогать. Но вот другие напротив заслуживали самого сурового наказания. Например: старуха Цинь Цзи.

Последняя чуть ли не плевалась ядом, когда её привели на суд, и смотрела на пару горящими от ярости глазами.

— Мерзкие твари, вы ещё поплатитесь! Я знаю, что это обман. В этом заключается тайная сила Чёрного клана, я знаю, вы всех обманули, но вы поплатитесь, вы за всё…

У Сима не было ни малейшего желания слушать её бредни. Тем паче, что наказание было уже определено. Он махнул рукой, и старуха немедленно потеряла свою культивацию на стадии Манифестации. Её морщинистое лицо скривилось от боли, когда на неё обрушилась вся тяжесть её возраста, а ещё спустя пару секунд она исчезла. Не погибла, нет. Просто Сима переместил её на одну из улиц города, на который она вот уже много столетий не смотрела иначе, как с вышины птичьего полёта. Теперь же ей предстояло в нём жить, жить, будучи обыкновенной смертной старой женщиной. Без семьи и без родственников, которые могли бы ей помочь, полагаясь только на саму себя.

Как долго она так продержится? Неизвестно. Может, у неё найдётся сила духа, и она уже сегодня попытается утопиться в ближайшей речке, а возможно и дальше будет влачить жалкое и бессмысленное существование.

В любом случае его это уже не волновало.

Наконец последней в списке обидчиков была Цзинь Суаньмо, та самая посланница из Храма Тысячерукой Бодхисаттвы, которая забрала их из Жемчужной провинции. В её отношении Сима испытывал смешанные чувства. С одной стороны, она пыталась его убить, что было немного неприятно; с другой, делала она это ради Лу Инь, в отношении которой проявляла нечто похожее на настоящую заботу.

Может ли её это оправдать? Ни в коем разе. И всё же Сима не хотелось быть слишком жестоким, и он бы не был, если бы не одно Но.

Как только Цзинь Суаньмо прошла в комнату, Сима спросил её:

— Ты знаешь, где сейчас Хэнь Шань?

Высокая женщина посмотрела ему в глаза и ответила:

— Нет.

— Как думаешь, её можно выманить, если пригрозить тебя убить?

— Нет, — снова, ещё более сухо повторила Цзинь Суаньмо.

Сима беззаботно кивнул:

— Ладно. Ты всё равно можешь пригодиться, поэтому посиди сотню лет с Туманным Бодхисатвой, — сказал юноша и лёгким напряжением воли переместил её в темницу.

У него было несколько мыслей о том, как вытянуть из неё информацию про Хэнь Шань, но это подождёт.

Разобравшись со всеми своими обидчиками, Сима сделал перерыв и приступил к более приятному процессу, а именно стал награждать людей, которые ему в своё время помогли.

Первыми в очереди, разумеется, были «Прекрасный Принц» Яо Мин и Принцесса Лазурного Архипелага Синь Файлу.

Первый помог ему на экзамене, а вторая спасла ему жизнь, когда их отправили с экспедицией в Пурпурную пустыню.

— Давно не виделись, братец Сима, — ещё в дверном проёме улыбнулся Яо Мин.

— Даже не представляешь себе насколько, — ответил Сима и между делом отметил,