Воительница - Елена Александровна Тимофеева

Арий Конрад резко осадил коня, спешился и легко взбежал по деревянным подмосткам к уже успевшей промокнуть насквозь Демире. Опасаясь поранить ей руки лезвием огромного меча, он не перерезал верёвки, а развязал, ловко справившись с распухшими от воды узлами.

– Я успел, – удовлетворённо проговорил он, распутывая последний узел.

Однако едва Демира высвободила одну руку, как с такой силой оттолкнула Арий Конрада, что он не удержался на ногах, оступился, и кулем скатился по подмосткам вниз.

– Что ты сделал? – рассерженно спросила она, отплёвываясь от дождевой воды и яростно сдирая с груди и коленей путы. – Зачем ты убил его? Как посмел ты убить моего врага? Аль Магруф был мой! Я должна была сойтись с ним в честном поединке!

Арий Конрад поднялся. Он довольно ощутимо ударился затылком о булыжники, которыми была вымощена площадь, но серые глаза его смеялись. В них блестели весёлые искорки, будто ему удалось то, что давно задумывал.

– Ещё и недовольна! – с притворной обидой в голосе проговорил он. – Хоть бы поблагодарила! Если бы не я, тобой к вечеру можно было бы удобрять огород.

– Благодарю тебя, – пробурчала Демира, с великим сожалением рассматривая обугленные останки Аль Магруфа и понимая, что второй раз его уже не убить.

– «Я – твой должник», – подсказал Арий Конрад.

– Я – твой должник, – повторила Демира и, повернувшись к магу, открыто взглянула ему в глаза, – чего ты хочешь? – прямо спросила девушка.

– Выкрасть у жрецов Ормузда Книгу Бессмертия, – буднично ответил колдун, – а ты получишь Меч. Поехали, а?

– Ну почему я? – не могла понять Демира. – Ты прискакал сюда ради меня, разогнал толпу, сжёг визиря и его воинов, вызвал грозу… Почему именно я?

Арий Конрад пробормотал что-то, выбросил вверх руку, сверкнула молния, и тучи в небе стали расходиться.

Дождь стихал. Демира топталась босыми ногами в луже, ожидая ответа. Мокрая рубаха из тонкого полотна противно облепила тело, студила под осенним ветром. Усилием воли девушка старалась сдержать сотрясающую её дрожь.

– Так распорядились звёзды, – с сожалением вздохнул магистр, – одной из моих спутниц должна быть воительница, рождённая в самый жаркий месяц года Быка. Мне не очень-то по душе твой буйный нрав, но так распорядились звёзды…

– А кто вторая твоя спутница? – полюбопытствовала избранная, зябко передёргивая плечами.

– Дорогой расскажу, – ответил колдун, снимая свой чёрный плащ и набрасывая его на плечи девушке, – садись позади меня, и поехали отсюда, – велел он, садясь в седло, – не нравится мне здесь. Мерзкий городишко эта Агропа.

Демира плотнее запахнула плащ, вылезла из лужи и, непринуждённо вскочив на коня позади магистра и решительно махнула рукой:

– Ладно! Раз так распорядились звёзды… Мы – струны в пальцах богов…

– Не замечал в тебе прежде такой набожности, – усмехнулся Арий Конрад, впрочем, довольный, что всё вышло, как ему нужно. – Держись! – велел он, и чёрный конь рванул вперёд так резко, что девушка едва успела схватить магистра за талию. Миг – и Агропа осталась далеко позади.

– Быстрее мысли! – прокричала восхищённая Демира сквозь свист ветра.

Волшебный конь мчал их по степи, почти не касаясь земли копытами.

– Ну, не быстрее, – одобрительно отозвался Арий Конрад, – но всё же… Крепче держись! – приказал он.

Демира знала, что колдун зря не говорит, а потому без лишней стыдливости крепче обхватила его торс и прижалась к нему всем телом.

Арий Конрад прокричал заклинание, и чёрный конь оторвался от земли и понёс всадников ввысь, к заходящему солнцу. От восторга у Демиры перехватило дыхание. Встречный ветер трепал волосы, в лицо светили тёплые алые лучи; от тела Арий Конрада пахло травой, сандалом, чем-то жжёным, удивительно приятным.

– К солнцу! Неси меня к солнцу! – прокричала она.

– Это невозможно! – расхохотался Арий Конрад. – Дитя неразумное, солнце не диск, что крепится к небесной тверди. Солнце – огромный огненный шар и далеко за пределами небесной сферы. Но разуму твоему сие не постичь!

– Блаженный! – рассмеялась Демира. – За такие речи тебя сожгут на костре!

– Дров не хватит, – заверил её магистр.

Внизу виднелась кромка леса. Демире показалось, что она узнаёт этот лес. Да, то были его земли, Последнего из Ордена Сов.

– Арефа рассудком тронется от счастья! – усмехнулся Арий Конрад.

У самого леса конь опустился на землю и за миг домчал их до серой скалы – жилища магистра. Всадники спешились, и только сейчас Демира осознала, до чего же она замёрзла, босиком, в этой насквозь мокрой рубахе.

– Конрад… – девушка вытерла ладонью мокрый нос, – у тебя чай пить принято?

– И не только чай, – отозвался магистр, рассёдлывая коня.

Дверь в пещеру отворилась, выскочил Арефа, схватил Демиру, обнял, зарывшись лицом в её мокрые волосы.

– Э-э, парень, ты что? – пробормотала опешившая воительница. – Совсем одичал тут? Конрад, ты бы ему невесту сыскал…

– Молод ещё! – снисходительно отозвался магистр.

И то правда, куда уж Арефе до него-то!

– Я видел в хрустальном шаре, как под тобою развели костёр… – дрожащим голосом стал делиться пережитыми страхами юноша.

– Ты взял мой хрустальный шар, не спросив меня? – нахмурился Арий Конрад. – Тебе что, не ведомо, что он от чужих прикосновений мутнеет?

– Мессир, – отклеившись от Демиры, стал оправдываться Арефа, – я после отполировал шар листьями мать-и-мачехи…

– Он отполировал шар листьями! – фыркнул магистр, входя в дом. – Край света!

Сегодня он весьма благодушно настроен – с одной и той же мыслью переглянулись Демира и Арефа и поспешили следом.

– Переодень её во что-нибудь, – велел Арий Конрад, – я буду ждать вас в главной зале.

– Да, хозяин, – с готовностью отозвался юноша.

Каменная келья, где Демира, раненая, боролась за жизнь, вызвала тайный трепет в душе девушки. Она окинула взглядом перевёрнутый крест в изголовье кровати, восьмигранное мозаичное оконце, сквозь цветные стёкла которого в келью пробивались последние лучи заката. Здесь ничего не менялось. Время было не властно над этими каменными стенами. Скала, в которой магистр Ордена Сов построил своё жилище, простоит ещё сотни лет.

Арефа самозабвенно рылся в сундуке, переворачивая горы одежды.

– Вот, – он протянул Демире мужскую рубаху чёрного полотна и широкие мужские шаровары, – думаю, тебе подойдёт.

Воительница без лишних слов сбросила свою одежду (Арефа тот час же опустил взгляд и отвернулся) и принялась облачаться в обноски магистра. Рубаха была отделана тончайшей золотой нитью, с замысловатыми застёжками у ворота. Демира подвернула длинные рукава, подтянула штаны.

Арефа извлёк из сундука мягкие туфли и подал ей:

– Обуйся… и вот этот головной убор… он, должно, тоже отсюда…

– Гм…– воительница рассматривала натянутый на золотой обруч