Трихорн уменьшается - Флоренс Пэрри Хайди

First published by Holiday House Publishing, Inc., New York

Text © 1971 Florence Parry Heide

Illustrations © 1971 Edward Gorey

An Edward Gorey ® licensed product. Published under license from The Edward Gorey Charitable Trust. All rights reserved.

© Ш. Мартынова и М. Немцов., перевод, 2025

© Издание на русском языке. ООО «Издательский дом «Самокат», 2026

С Трихорном происходило что-то очень странное.

Первым делом он заметил, что не достаёт до полки у себя в чулане, хотя раньше ему это всегда удавалось: на этой полке он держал свои шоколадные батончики и жевательную резинку.

Потом он заметил, что одежда становится ему слишком велика.

– У меня брюки все растягиваются, что ли? – сказал Трихорн своей маме. – Я всё время о штанины спотыкаюсь.

– Какая жалость, дорогой, – ответила мама, глядя в духовку. – Очень надеюсь, что кекс не осядет.

– И рукава у рубашек мне теперь ниже пальцев, – сказал Трихорн. – Поэтому рубашки у меня, наверное, тоже растягиваются.

– Подумать только, – промолвила мама Трихорна. – Просто ума не приложу, почему этот кекс не всходит как надо. Вот у миссис Абернейл кексы всегда удаются. Они всходят всегда.

Трихорн пошёл прочь из кухни. Он запнулся о штанины, которые, похоже, в самом деле становились всё длиннее и длиннее.

Вечером за ужином папа Трихорна сказал:

– Да сядь же ровно, Трихорн. Тебя не видно из-за стола.

– Я вправду сижу ровно, – ответил Трихорн. – Выше не получается. По-моему, я уменьшаюсь.

– Жалко, что кекс у меня не очень удался, – сказала мама Трихорна.

– Он очень славный, дорогая, – вежливо произнёс папа Трихорна.

Трихорн уже не видел из-за края стола.

– Сядь ровнее, дорогой, – сказала мама Трихорна.

– Я вправду сижу ровнее, – ответил Трихорн. – Просто я уменьшаюсь.

– Что, дорогой? – спросила мама.

– Я становлюсь меньше, – ответил Трихорн.

– Если хочешь сделать вид, будто уменьшаешься, это пожалуйста, – сказала мама Трихорна. – Главное, не за столом.

– Но я вправду уменьшаюсь, – сказал Трихорн.

– Не спорь с матерью, Трихорн, – сказал папа Трихорна.

– Он действительно выглядит как-то помельче, – сказала мама Трихорна, глядя на Трихорна. – Может, он в самом деле уменьшается.

– Никто не уменьшается, – сказал папа Трихорна.

– Ну а я уменьшаюсь, – вымолвил Трихорн. – Посмотрите на меня.

Папа посмотрел на Трихорна.

– Эге, да ты уменьшаешься, – сказал папа Трихорна. – Взгляни, Эмили, Трихорн уменьшается. Сейчас он гораздо меньше, чем был раньше.

– Ох, батюшки, – вымолвила мама Трихорна. – Сначала кекс, а теперь ещё и это. Не одно, так другое.

– Я же говорил, что уменьшаюсь, – сказал Трихорн и ушёл в гостиную включить телевизор.

Трихорну нравилось смотреть телевизор. Он лёг перед экраном на живот и стал смотреть одну из своих любимых передач. Всего любимых передач у него было пятьдесят шесть.

Когда начиналась реклама, Трихорн обычно слушал, как между собой разговаривают мама и папа: если же они беседовали о чём-нибудь скучном, он слушал рекламу.

Теперь же он слушал маму и папу.

– Он в самом деле становится меньше, – сказала мама Трихорна. – Что будем делать? Что скажут люди?

– Подумаешь, они просто скажут, что он становится меньше, – ответил папа Трихорна. После чего на миг задумался. – Интересно, нарочно ли он? Просто чтобы выделиться.

– Зачем бы ему выделяться? – спросила мама.

Трихорн начал слушать рекламу.

На следующее утро Трихорн оказался ещё меньше. Его обычная одежда теперь была слишком велика, не надеть. Он рылся у себя в чулане, пока не отыскал какую-то прошлогоднюю одежду. Она тоже была велика, но он её всё равно надел, подвернул штанины и закатал рукава, а затем спустился к завтраку.

На завтрак Трихорну нравилась овсянка. Хотя больше всего нравились коробки от овсянки. За едой он всегда читал на коробке всё, что на ней написано. И всегда отправлял заказ на всё, что, как утверждала коробка от овсянки, можно заказать.

В коробке в чулане Трихорн хранил всё, на что отправлял заказы с крышек коробок от овсянки. У него там были головоломки и особые кольца, фонарики и портреты всех президентов, и портреты всех бейсболистов. И были там у него картинки, которые можно вставить в рамочку, чего он никогда не делал, потому что они ему не слишком уж нравились, и были там у него всевозможные игры, авторучки и модели.

Сегодня на коробке от овсянки нашлось очень особенное предложение – очень особый свисток, который способны слышать одни собаки. У Трихорна собаки не было, но он решил, что славно иметь свисток, который слышат собаки, пусть даже и не слышит он сам. И даже если собаки не смогут его услышать, славно иметь свисток, просто чтоб был.

Он решил съесть всю овсянку из коробки, чтобы сегодня же утром отправить заказ на свисток. Мама никогда не разрешала ему отправлять заказ ни на что, пока он не съест всю овсянку.

Трихорн заполнил пустые места для имени и адреса, а затем пошёл брать деньги из свинки-копилки на кухонной стойке, но не сумел до неё дотянуться.

«Я вправду становлюсь меньше», – подумал Трихорн. Он взобрался на стул и достал свинку-копилку, а затем вытряс из неё монетку в десять центов.

Его мама мыла холодильник.

– Ты же знаешь, как мне не нравится, когда ты забираешься с ногами на стулья, дорогой, – сказала она. После чего ушла в гостиную вытирать пыль.

Трихорн поставил свинку-копилку в нижний кухонный ящик.

«Так я смогу достать её, каким бы маленьким ни сделался», – подумал он.

Он нашёл конверт и приклеил на него марку, а затем положил в него монетку десять центов и крышку коробки от овсянки, чтобы отправить по пути в школу. Почтовый ящик стоял рядом с автобусной остановкой.

До автобусной остановки идти было трудно, потому что с ног его постоянно спадали ботинки, но он добрёл