Хранители Тории: Город запретных желаний - Дарья Верескова

Было немножко стыдно, что медкомиссия на работе знает о моём самом сильном страхе — за будущее детей и возможные проблемы с беременностью. Наверное, даже думать о подобном глупо.

У меня сейчас не было парня, даже в самом зачаточном состоянии.

— Чтобы пробить гематофолликулярный барьер яичников, нарушив саму структуру фолликулов, нужны тяжёлые цитостатики, агрессивная химиотерапия или радиация. А что у нас? Классические средства из арсенала анестезиологии и психиатрии, просто комбинированные в малых дозах. То, что вас так сильно трясёт на откате — это естественная реакция вегетативной системы на отмену. Рецепторы восстановятся, придут в норму. Стоит пройти трёхмесячный курс очищения — и вы сможете спокойно забеременеть, родить абсолютно здорового ребёнка.

Убеждали они хорошо, вот только я совершенно ничего не понимала из того, что они говорили. Это, мягко говоря, не внушало доверия, потому что им выгодно было отправить меня за ворота на том же коктейле из медикаментов, что давали Джину, или чуть меньшем.

— Можете расписать все эти препараты? Я отнесу список врачу и узнаю, как действует каждый из них и как они работают вместе, — я потёрла виски, понимая, что если задержусь здесь ещё хоть немного, то вообще не смогу работать из-за обилия тяжёлой информации.

— Вы не имеете права рассказывать кому-либо о том, что происходит на вашей работе, — тут же сурово нахмурился медик.

За его спиной охранник даже сделал шаг ко мне, но я лишь покачала головой:

— Я уважаю условия контракта и никогда их не нарушу. Всё, что вы описываете, звучит законно, неужели нельзя просто спросить об этих медикаментах стороннего специалиста?

Если они ответят «нет», значит, точно дурят меня с этими лекарствами, и… в таком случае я даже не знаю, что будет с моим будущим. Без работы, денег и жилья.

Секундная пауза, пока медик, сузив глаза, следил за мной. А после — кивок, подтверждающий, что да, я имею право спрашивать. Я не сдержала глубокого выдоха, вызвав у них лёгкие улыбки — атмосфера в медицинском отсеке сразу стала куда менее напряжённой.

— Ты сегодня в обычной лаборатории, завтра выходной, послезавтра полевой выезд, — Дитер Барон подошёл ко мне сразу же, как только я приблизилась к блоку, ещё до того, как я успела оставить телефон в раздевалке. — И вот, прочти, подпиши, если хочешь поехать, осталось три места.

Поехать куда?

Спросить я не успела — мой эксцентричный начальник ушёл, оставив меня готовиться к смене, и я в последний раз заглянула в экран телефона.

«Да, приходи сегодня», — мамино сообщение пришло только сейчас, хотя я заранее предупредила её о смене. — «Только у меня гостит Чизуо».

Я лишь шумно выдохнула, решив, что пойду завтра сразу после работы, пусть даже там будет тётушка Чизуо. Вдвоём они, скорее всего, ещё сильнее попытаются давить на мой возраст и пугать перспективой остаться одной, но моего мнения это никак не изменит. Тем более всё, что я рассказываю маме даже по секрету, она всё равно тут же пересказывает тётушке, уж лучше я сама.

«Приду завтра с утра, у меня смена началась», — ответила я.

В лаборатории сегодня почему-то оказался и Юсэй, хотя обычно я встречала его только в полевых лабораториях. Стоило мне войти внутрь, он проводил меня долгим подозрительным взглядом, как и Эмико, сидевшая совсем рядом с ним. Я вернулась к своему месту и услышала их тихий шёпот, но, когда обернулась, они уже развернулись к своим компьютерам. Эмико сегодня была как-то особенно принаряжена — на ней красовался нежно-розовый платок, который, если честно, совсем ей не шёл. Он подошёл бы кому-то более юному, с более романтическим образом, вроде Аски.

— Поздравляю, Рэй, — произнёс Кихиро, сидевший сегодня рядом со мной, и я только недоумённно нахмурилась. — Прочитай имейлы.

Неужели?..

Да, в письмах очень сухо, без лишних подробностей, сообщалось о моём переводе в операционную ветку, и о присвоении восьмого ранга — даже выше, чем у Юсэя. Я прикусила губу, сдерживая улыбку.

— Не будем терять времени. Уверен, здесь не полевые условия, так что закроем все задачи, — хлопнул в ладоши Юсэй, вновь беря на себя командование и роль «менеджера»

Дитер, наш настоящий менеджер, в это время беседовал о чём-то с охранником европейской внешности — мне на мгновение показалось, что они обсуждают футбол. О том, что Юсэй его тихо подсиживает и забирает обязанности, Дитер вообще не беспокоился.

— Да, Юсэй! — тут же поддакнула Эмико, заработав его благодарный, почти любующийся взгляд. Остальные тоже сразу принялись за работу, будто только и ждали команды. Они привыкли к подобному — привыкли, что кто-то распоряжается с уверенным видом, и обычно это люди на руководящих постах.

Надеюсь, Эмико не влюбилась в Юсэя — он, по-моему, на десять лет моложе её, да и женат вдобавок.

Сделав глубокий вдох, я развернула бумагу, которую мне чуть раньше отдал Дитер.

<…>

Уведомление о командировке (Лондон, объект «Митреум»)

Кому: Оперативный состав, полевые хемоинформатики (Ранг 3+)

Цель: Оценка стабильности ИЧР приграничной зоны Лондона, выявление оптических каналов связи с Приграничьем (Слой 1) в условиях плотной исторической застройки.

Для подтверждения участия подпишите эту форму в течение трёх суток после получения.

<…>

На командировку я согласилась, конечно — возможно, потому что всю жизнь мечтала, что благодаря рабочим поездкам можно будет одновременно путешествовать. Эти мысли очень наивны, как правило, в командировках люди проводят всё свободное время на работе, за исключением выходных, и никаких нормальных путешествий там не запланировать.

Но в Лондоне я никогда не была, а организация обещала перелёт бизнес-классом. Шутка ли — я в жизни бизнесом не летала.

К сожалению, Юсэй тоже отправлялся с нами. Причём ему, если верить остальным, это приглашение передали одному из первых, чуть ли не лично — на настолько хорошем счету он был у начальства. Это почему-то ужасно бесило, хотя я и понимала, что мне стоит поучиться у него некоторым качествам.

И почему он хемоинформатик? Человеку с его складом характера больше подошла бы работа в продажах или любая другая должность, где ценится умение завязывать контакты.

Сразу после работы я отправилась к маме. В свою коморку, в которой мне, возможно, придётся прожить больше месяца, возвращаться особо не хотелось — место не отличалось уютом. Единственное, что утешало — мысль о том, что я могу спокойно купить