Хранители Тории: Город запретных желаний - Дарья Верескова
— И правильно наговоришь! — громко заявила Наоми, но Акеми лишь покачала головой. Ей сейчас было совсем не до этого.
— Рэй…
Саори тоже пошла на балкон вместе со мной, я даже постучала, разглядывая подругу через стеклянную дверь.
Что на неё нашло?
— Канна…
— Что?! — почти выкрикнула девушка, заметив нас.
Этот возглас привлёк внимание нескольких человек в квартире, которые сразу же обернулись в нашу сторону, и я поспешила закрыть дверь. На улице стояла невыносимая жара, и я не понимала, как Канна смогла провести здесь столько времени. Впрочем, судя по всему, вернуться обратно ей казалось намного хуже.
— Хеееей… — тихо начала я. — Слушай, что там случилось? Ты в порядке?
— Канна, может, стоит вернуться? Здесь, на жаре, точно не лучше, — Саори присела рядом с нами и попыталась прикоснуться к её плечу, но Канна лишь резко отвернулась.
— Почему… Почему она выходит замуж? Она же говорила, что не хочет, говорила, что ей до этого нет никакого дела, и Дан тоже так говорил. Они оба говорили, что это просто пустая трата времени. А сейчас я слышала, как в комнате обсуждали большую свадьбу за четыре миллиона иен.
— Ты так расстроилась из-за того, что Акеми сделали предложение? Но ты же сама скоро выходишь замуж… Мы очень рады и за тебя, и за неё, — я действительно не понимала, что происходит с Канной.
— Но мы не сможем позволить себе такую дорогую свадьбу, мы не работаем программистами! И как, по-твоему, мне должно быть от этого? — тихо, почти шёпотом, так, что я едва расслышала, произнесла Канна.
— Но ты расстроилась ещё до того, как услышала разговор о свадьбе и стоимости, — осторожно заметила Саори, явно опасаясь новой вспышки. — Канна…
— Я знаю, знаю, что отреагировала неадекватно! Думаете, я сама этого не понимаю?! — громко воскликнула она. — И при всех… При Окито! Что он теперь обо мне подумает?
— Канна… Почему? — я просто не знала, как спросить о том, что с ней происходит. — Что случилось? Я уверена, если мы объясним Акеми, что произошло, она поймёт. И Окито тоже поймёт, потому что любит тебя, а остальные… Ты, скорее всего, увидишь их всего два раза в жизни, сегодня и на свадьбе Акеми.
Мои слова её совсем не успокоили, однако само течение разговора, наше присутствие рядом и вопросы постепенно отвлекали Канну от случившегося. Она понемногу приходила в себя, хотя я всё ещё видела, как тушь текла по её лицу от жары и слёз, и Саори протянула ей зеркальце вместе с влажными салфетками.
— Просто… вы же знаете, как сильно я хочу замуж. Окито не вставал передо мной на колено, у меня даже нет видео, да и кольцо он купил намного позже, поэтому я так долго вам его и не показывала. Как будто у меня всё какое-то недостаточное… Почему у меня не может быть такого же красивого предложения, которому все будут радоваться?
На мой взгляд, её реакция всё равно оставалась чрезмерной, но кто знает, какие тараканы водятся у каждого из нас в голове? Я тоже скрывала собственные болезненные моменты, как, оказывается, и Акеми.
— Мы рады за тебя! — тут же принялась убеждать её Саори. — Даже если твоё предложение оказалось не самым романтичным, свадьба всё равно будет прекрасной, пусть на ней и соберётся совсем немного людей. Да даже если вы просто распишитесь, мы всё равно будем за тебя рады. К тому же Акеми ждала семь лет, а вы с Окито вместе всего несколько месяцев.
Произнеся это, они обе испуганно посмотрели на меня, потому что считали, что я тоже жду уже шесть лет. Я обязательно всё им расскажу — в следующий раз, по-моему, на сегодня этому празднику и без того хватило драмы.
— Нам нужно возвращаться, — тихо произнесла я, уже одурев от жары. — Саори, тебе, наверное, не стоит так долго здесь находиться.
— Я не готова, — сказала Канна. — Как я теперь посмотрю им всем в глаза? А Окито…
— Они поймут, и если Окито тебя любит, то сразу поддержит и никогда не упрекнёт. Давайте я хотя бы принесу воды.
— Ладно… — она тяжело вздохнула, осторожно промокая уголки глаз. — Я вернусь, но почти сразу уйду. Я не могу смотреть на Акеми. Просто не могу.
* * *
Мы с Саори решили дать Канне пару дней, но, по-хорошему, после этого ей всё-таки нужно было извиниться перед Акеми. Канна думала о том, что теперь подумают о ней гости, и совсем не задумывалась о том, как сильно ранила нашу подругу, зато Наоми и Акеми на фоне всего произошедшего тут же помирились.
Акеми не должна была чувствовать себя виноватой только потому, что могла позволить себе более дорогую свадьбу, и никто не требовал от Канны шикарного праздника, главное, чтобы она сама была счастлива.
Могли ли мы слишком сильно давить на неё вопросами о платье? И разговоров о кольце?
«Напиши мне, если захочешь встретиться. На этой неделе я могу во вторник и в четверг. Очень хочу увидеться перед командировкой», — написала я Канне.
Конфликты в группе — полный отстой, общий чат сразу умирает и становится… каким-то неловким. Почти никто в нём больше не отвечал, зато Наоми написала мне отдельно и спросила, не хотим ли мы с Оскаром снова сходить в качалку, а потом поужинать. Я ответила, что до моей командировки мы вряд ли успеем, и окончательно поняла, что дальше скрывать от подруг произошедшее просто бессмысленно.
Расскажу им при следующей общей встрече. Мысль о расставании теперь была куда менее болезненной, я уже немного привыкла, да и девочки вряд ли отреагируют хуже мамы. Скорее наоборот, поддержат.
— Как продвигается твой переезд? — спросил меня Джин через три дня, когда мы только пересекли ворота.
Меня не всегда сюда пускали, иногда я работала в полевой лаборатории, а иногда в главной, но я видела, что график понемногу меняли и перестраивали, явно предпочитая, чтобы я отправлялась вместе с Джином. Скорее всего, изначально они просто не верили в мою полезность.
С новой зарплатой, даже после того как я перевела деньги на штраф и оплатила последний месяц в старой квартире, у меня всё ещё оставались средства, хотя на новую квартиру их всё равно не хватало. Кроме того… из-за того, что я работала по контракту, почти все агенты требовали залог в размере двух месяцев проживания.
Итого — миллион двести тысяч только за то, чтобы въехать в новую