Кохэй Кадоно - Бугипоп возвращается. Против Мыслителя: Парад (часть 2)

Асукая начало трясти. Он понял, что эта девочка гораздо собранней, чем он.

Как много она знает?

Или она тоже работает на него?

- Ты?.. – начал он, но затем что-то заметил.

Руки Суэмы были сложены на коленях, а пальцы дрожали.

Она напугана, но заставляет себя не подавать вида.

- Асукай-сенсей, что вы сделали? – спросила она.

- Почему ты хочешь знать? – ответил Асукай, пытаясь взять ситуацию под свой контроль.

- Потому что…

- Ты сказала, что вы были друзьями, но ты, несомненно, знаешь её не так давно. Ты не умеешь общаться с людьми. Фактически, чтобы найти её, мне надо разозлить тебя, - сказал он, возвращая холодный взгляд. Это всего лишь девочка. Она не заслуживает того, чтобы её бояться.

Он на секунду отвлёкся, у неё не было "цветка". Тот же тип, что и Котоэ. Такие, как они, никогда не симпатизируют друг другу.

Суэма не знала, что ответить.

Асукай продолжал напирать. – Ты очень умная девочка. Ты этим гордишься?

* * *

- Н-нет! – ответила я, чувствуя себя так, словно меня ножом в грудь ударили.

- Не могу поверить, что ты уважаешь таких, как Котоэ-тян. Особенно после того, как она изменилась. Ты просто не можешь разобраться в этом, так?

- Я… я просто…

- Тебе нужен ответ.

- Возможно, отчасти, но… - До этого момента разговор складывался удачно, но сейчас я оступилась, почва стала уходить из-под ног. Асукай Дзин словно видел меня насквозь.

- О, понимаю. Я не осуждаю тебя. Но за Котоэ-тян я волнуюсь больше, чем ты. Я признателен, что ты уделила ей время.

Я понятия не имела, что на это ответить.

- А-Асукай-сенсей?..

- Что?

- Вы правда…вы уверены, что ничего не можете сделать с её переменой? – даже по тону я понимала, что совсем не это хотела спросить.

- Я чувствую себя немного виноватым. Я уверен, тут есть и моя вина, - сказал он очень искренне. Словно действительно был хорошим парнем.

Но именно это меня и рассердило.

Это неестественно. Неважно, как это выглядит со стороны… он что-то скрывает.

- Может, это имеет какое-то отношение к картине? – пробормотала я, сама до конца не понимая себя.

- Что? – недоумённо спросил он. – Какой картине?

- "В апреле падает снег". Это же ваша картина… как я помню… - По большому счёту, я чувствовала, что что-то говорила. Если бы я замолчала и дала ему продолжить, то совсем потеряла бы контроль над разговором и уже не смогла бы ничего доказать. – Она - часть вас, к которой Кинукаве-сан так и не удалось прикоснуться. Вы разве не понимаете?

- …

- И-и она понимала, что не могла управлять этим чувством.

- … - Асукай никак не реагировал.

Что я пытаюсь сказать?

Неужели меня с самого начала увлекла эта школьница, которая сама не знала, что говорит?

Но я чувствовала, что права. Эта картина что-то говорит об этом человеке…

- Эта картина, - сказал Асукай Дзин.

Я бросила: – Ч-что?

- Ты её понимаешь? – спросил он очень слабо и тихо. Это позабавило меня.

Я щёлкнула языком. – Я не всё знаю, но эта картина… да. Знаю. – Если он сделал это намеренно, я тоже могу сказать, что думаю.

- Прошу тебя, говори, - сказал он. У меня возникло такое чувство, что он немного отступил.

- Я её ненавижу, - огрызнулась я, надеясь, что это его обескуражит.

Но он ответил легко. – Как грубо.

Он вывел меня из равновесия, но я не могла уступать. – Я ведь права? Вы правда хотели нарисовать такую картину?

- Я писал её не на продажу.

- Вы пытались уловить что-то запредельное. Верно?

- …

- Это на редкость одинокая картина.

- Ты первая, кто о ней так говорит.

- Я говорю то, что думаю. Неважно, как вы смотрите на картину, в ней нет ни намёка на художественный замысел. – Когда я успела стать лицемерным художественным критиком? Мои слова звучали неубедительно.

- …Понятно, - в конце концов, кивнул Асукай Дзин.

- О чём вы думали, когда писали её? – спросила я, всё больше думая, что я здесь делаю и к чему эта беседа.

- Зачем мы об этом говорим? – спросил Асукай Дзин, думая абсолютно также.

Я с трудом подобрала какие-то слова и составила из них ответ. – Потому что мы хотим помочь Кинукаве-сан. Поэтому я хочу знать о вас больше.

- Как это поможет тебе с Котоэ-тян? – Асукай Дзин всё это время смотрел прямо на меня. Не в силах больше терпеть его взгляд, я прервала зрительный контакт.

- Вы… уже сказали.

- Мм? О чём ты?

- О том, что это, и правда, меня к ней не приблизит. Но даже если бы я хотела стать с ней ближе, сначала мне придётся помочь ей. – Едва слова срывались с губ, я чувствовала боль в груди. Я почувствовала себя ужасно патетичной формой жизни.

Сама мысль, что мне нужна причина, чтобы просто быть ближе к какому-нибудь человеку, была самой печальной на свете.

Я вдруг обнаружила, что смотрю в пол и дрожу.

Надо прекращать.

Нельзя поддаваться Асукаю Дзину. Я никак не могу понять, чего я хочу от секрета Котоэ.

Асукай Дзин неожиданно спросил: - Ты хочешь быть в безопасности?

- Хм?..

- Хочешь знать, что я делаю? – Он посмотрел прямо на меня ничего не выражающим взглядом.

Он пронзил меня. Я не могла пошевелиться.

- Я пытаюсь изменить мир, - сказал он абсолютно серьёзно.

- …

- Я пытаюсь устранить изъяны в человеческих сердцах. И делаю это единственным известным мне способом… выращивая правильный тип цветов в их душах.

- …

Я помню, что когда Котоэ рассказала мне об Асукае Дзине, я ответила, не подумав: - Каждую ночь он куда-то уходит и возвращается весь в крови других людей? Звучит, как, ну, не знаю… как будто он – вампир или что-то вроде того.

А сейчас я поняла, что не в силах пошевелиться под его пристальным взглядом.

- Проблема баланса. Именно её я решал. Я "объединял" все виды людей. И, в конце концов, добился цели. Вот он, баланс; кроткое, умеренное "семя", которое можно вырастить без ущерба всему остальному.

- …

- У него нет формы, оно не поможет тебе в исполнении желаний… но оно позволит объединить все элементы. Идеальное "семя".

- …

- К счастью, я уже нашёл этот баланс. Я встретил "девочку", у которой он есть. Всё, что мне нужно – схватить её.

- …

- Я возьму у неё это семя и размножу на весь мир… "семя" даст корни, и до того, как люди это поймут, ни у кого в мире не останется изъянов. Чтобы достичь этого, мне придётся принести в жертву девочку, но это неизбежное зло.

- …

- В твоём сердце, кстати, тоже есть изъян. Ты ведь это понимаешь?

- …

- Если я скажу тебе, что его можно исправить?..

- …

- Что ты ответишь?

- Я… я должна… - Я слышу, как бешено стучит моё сердце. Бьётся так сильно, словно желает выскочить из груди. – Меня уже спас кое-кто другой! – выкрикнула я.

Асукай Дзин нахмурился. – Ох? Кто?

- Б-Бугипоп! – ответила я, прекрасно понимая, что говорю, как помешанная. Человек, который на самом деле спас меня, назвал это имя. Но неужели синигами действительно спасает людей?