Роберт Джордан - Память Света
Он по-прежнему оставался близок к поражению. Они столкнулись с бесчисленным множеством врагов, дюжинами Повелителей Ужаса и даже кое с кем из Отрёкшихся. Приведя свои силы в эту гиблую долину, он захватил жемчужину земель Тёмного — его личную скамеечку для ног — ту самую чёрную гору. А сейчас ещё и солнце пропало, хотя Айз Седай заверили, что это пройдёт.
Попыхивая трубкой, Итуралде ехал верхом вдоль горного кряжа, окаймлявшего долину с севера. Да, он на пути к поражению. Но с такими ресурсами проиграет он красиво.
Проследовав вдоль гребня, он достиг уступа над проходом в Такан’дар. Лежавшая глубоко в сердце Проклятых Земель долина простиралась с востока на запад, где её венчал Шайол Гул, а на востоке находился проход. Добраться до места, где стоял Итуралде, можно было только после нескольких часов очень трудного восхождения — или за один быстрый шаг через Переходные Врата. Удобно. Идеальное место для осмотра его оборонительных порядков.
Проход к Шайол Гул представлял собой большой узкий каньон. До верха его стен с восточной стороны нельзя было добраться иначе, чем при помощи Врат. Через них Итуралде мог забраться наверх и взглянуть на каньон, достаточно широкий для того, чтобы по нему могли пройти плечом к плечу человек, может быть, пятьдесят. Превосходное бутылочное горлышко. А наверху он мог бы разместить лучников для обстрела тех, кто станет прорываться сквозь проход.
Подобно капле раскалённой стали, солнце в вышине наконец-то прожгло закрывавшую его черноту. Значит, Айз Седай были правы. Но во все стороны, словно желая поглотить всё небо, по-прежнему простирались клубящиеся чёрные грозовые облака.
Поскольку Шайол Гул лежал в Проклятых Землях, воздух здесь был настолько холодным, что Итуралде пришлось надеть зимний шерстяной плащ, а его дыхание обращалось в белый пар. Кузницы Такан’дара перестали работать, и укрывавший долину туман истончился.
Покинув устье каньона, Итуралде вернулся к сопровождающим его людям. Ищущие Ветер и прочие высокопоставленные представители Морского Народа стояли, облачённые в длиннополые куртки, которые они себе выторговали — разумеется, в ожесточённом торге — перед прибытием на север. Из-под курток виднелись их разноцветные одеяния. Эти яркие цвета и множество украшений на их лицах составляли странный контраст со скучными коричневыми куртками.
Итуралде был доманийцем. Ему по горло хватило сделок с Морским Народом. Если они докажут, что в битве они хоть вполовину так упорны, как в торговле, то он будет по-настоящему счастлив иметь их при себе. Они настояли на прибытии сюда, на самый гребень, чтобы у них была возможность внимательно осмотреть лежащую внизу долину и проход в неё.
Впереди стояла Госпожа Кораблей собственной персоной — Зайда дин Парид Чёрное Крыло. В чёрных коротких волосах этой невысокой темнокожей женщины было много седых прядей.
— Ищущие Ветер шлют тебе донесение, Родел Итуралде, — сказала она. — Атака началась.
— Атака?
— Несущий Бурю, — сказала Зайда, вглядываясь в небо, где грохотали и клубились тёмные тучи. — Отец Штормов. Он желает сокрушить вас силой своего гнева.
— Твои люди справятся с этим, верно?
— Ищущие Ветер уже противостоят ему с помощью силы Чаши Ветров, — ответила Зайда. — Будь иначе, он бы уже уничтожил нас всех своими бурями.
Она по-прежнему смотрела на небо, как и большинство её спутников. Не считая Ищущих Ветер, в распоряжении Итуралде было около сотни людей из Морского Народа. В основном они служили в командах снабжения, доставляя стрелы, еду и прочие припасы на четыре фронта. Похоже, особенно их заинтересовали паровые повозки, хотя Итуралде не мог взять в толк почему. Этим механизмам не сравниться с хорошей упряжкой лошадей.
— Противостоять самому Тёмному, шквал за шквалом, — сказала Зайда. — Об этом дне будут слагать песни.
Она посмотрела на Итуралде.
— Ты должен защитить Корамура, — строго сказала она, словно отчитывая его.
— Я исполню свою часть дела, — сказал Итуралде, продолжая свой путь. — Просто выполняйте свою.
— Эта сделка, Родел Итуралде, была заключена давным-давно, — выкрикнула она ему вслед.
Он кивнул, двигаясь назад вдоль гребня. Когда он проходил мимо дозорных, те салютовали ему. Что ж, эти не были айильцами. У него было много айильцев здесь, наверху, откуда они смогут воспользоваться своими луками. Бóльшую часть тайренцев он оставил внизу, где их копьям и пикам найдётся наилучшее применение. Они будут удерживать проход к Шайол Гул.
В отдалении запел айильский рог — сигнал от одного из разведчиков. Троллоки вошли в проход. Время пришло.
Он пустил коня галопом вдоль гребня прямиком в долину, король Алсалам и другие командиры поскакали за ним. Добравшись до основного дозорного поста, откуда благодаря удобной позиции можно было просматривать проход на несколько миль в глубину, Итуралде достал свою зрительную трубу.
В каньоне шевелились тени. Иногда ему удавалось разглядеть рвущиеся вперёд орды троллоков, доведённых до неистовства ударами плетей. На мгновение он вернулся в Марадон, наблюдая, как его люди — хорошие парни — гибнут один за другим. Отброшенные с укреплений на холме, сметённые с городских улиц. Погибшие при взрыве стены.
Один отчаянный шаг за другим. Постараться убить столько, сколько возможно, подобно обезумевшему человеку, орущему и колотящему дубинкой рвущих его на части волков в надежде забрать с собой в последнюю тьму хотя бы одного.
Рука, державшая зрительную трубу, дрогнула. Он заставил себя вернуться из прошлого в настоящее, к своим текущим оборонительным позициям. Казалось, что он всю жизнь сражался в битвах и неизбежно проигрывал. Это лишало сил. По ночам ему слышалось приближение троллоков. Фырканье, сопение, стук копыт по булыжникам. Воспоминания из Марадона.
— Спокойно, старина, — сказал подъехавший сзади король Алсалам. Его голос успокаивал. Ему всегда удавалось умиротворять других. Итуралде не сомневался, что именно по этой причине его и избрали купцы Арад Домана. Конфликт может разгореться нешуточный как на войне, так и во время торговли — доманийцы почти не видели разницы между двумя этими вещами. Но Алсалам… он был в состоянии успокоить даже обезумевшего от горя купца, потерявшего в море все корабли.
Итуралде кивнул. Оборона этой долины. Ему нужно сосредоточиться на обороне этой долины. Удержаться, не дать троллокам прорваться через проход и хлынуть в Такан’дар. Чтоб ему сгореть, он будет держать оборону месяцами, если это нужно Возрождённому Дракону. Если он потерпит поражение здесь, все прочие сражения — из тех, что ещё шли или уже закончились — окажутся бессмысленными. Пришло время применить каждую известную ему уловку, каждую стратегию, припасённую на крайний случай. Здесь любой миг задержки мог дать столь нужное Ранду ал’Тору время.