Огонь и вода (СИ) - Кальк Салма

- Я понимаю, Фиалка, что стихию не удержать. И что ты важная особа, судя по всему, а у важной особы непременно должны найтись такие же важные дела. Но если бы ты задержалась хоть чуть-чуть, то не пожалела бы.

- Я редко жалею о том, что делаю, - отмахнулась она. – Но так сталось, что сегодня я свободна где-то до трёх часов.

- А что потом?

- А потом мне нужно домой, взять вещи и торопиться на пятичасовой поезд.

- И куда уезжает прекрасная Фиалочка?

- В Лим через Экс.

- Эх, неблизко. Но знаешь, я тоже уеду, только завтра, и в столицу. Ты к кому?

- К отцу. Семейные дела.

- Вот и у меня они же, чтоб им там. Дядьку паралич разбил, а я – вдруг наследник. Надо понять, что за наследство, и в какую жопу его можно отправить.

Вообще маги из Легиона и вчера не стеснялись в выражениях. Катрин не то, чтобы никогда ничего подобного не слышала, это невозможно, но сама не пользовалась. Обходилась.

- А вдруг от него польза?

- Тоже может быть. Но пока сомнительно. И раз у тебя ещё есть время, мы будем проводить его с несомненной пользой, хорошо, Фиалочка?

Он мгновенно отбросил простыню и навис над ней – сероглазый, рыжий, довольный. Невероятно красивый. Она взглянула – и голову повело, прямо как вчера, хоть она сегодня и не пила ни капли, ничего, даже воды.

- Хорошо, Рыжик, - дотянулась и сама поцеловала его.

* * *

Рыжий Годфри прижал к себе изящное девичье тело, прикрыл глаза и только что не замурлыкал от восторга. Кто б знал, а? Когда вчерашний забег по барам завернул в «Бутылку», он и не думал, что они там осядут надолго, потому что в целом бар был так себе, даже не для магов – для простецов, не говоря уже – чтоб для бойцов Легиона. Но лейтенант Ральф по прозванию Сизый Голубочек – потому что очень уж любил поджечь что-нибудь, и чтоб до пепла – сказал, мол, то, что надо, пошли. А девку-мага можно потом в Рулетке найти.

Ну да, ну да. Рулеткой называлось приложение для телефона, через которое маги знакомились с магами – для одноразовой встречи или для отношений в течение некоторого времени. Когда получалось попасть в город – в увольнение там или вдруг в самоволку – искать кого-то специально было капец некогда, поэтому Рулетка – наш выбор. В Легион не берут задохликов, и встреча с любым – подарок для хоть какой выпендренной магички, даже не самой слабой. Потому что – всё одно слабее. И значит – не только удовольствие, но и польза, и значит – парням из Легиона не отказывают. В общем, девка на ночь и вправду не проблема.

Тем более, что ему и надо-то – реально на ночь. Ну, или на две, в столице потом выспится. Да, пошлёт всю родню, сколько их там есть, на хрен, и выспится. И только потом – дела. Он со службы вообще, или как?

Конечно, будь он правильный, то уже попрощался бы с парнями и пошёл типа вещи собирать. Но он – какой есть, поэтому ещё выпить, да, вон той вашей забористой дряни, зелёненькой, закусить есть чем? Лимон? Годится, сейчас сожрём. И что ещё, мясные чипсы? О, то, что надо. Что там? Простецы к магичке пристают? Так мы сейчас им объясним, что и как на этом свете!

Магичка была невероятно, ослепительно хороша собой. Стройная, ловкая, белокурая, загорелая, а сила в ней так и играла, прямо загляденье! Рыжий уже видел её краем глаза, изумлялся ещё – что она забыла в этом странном месте, но она, по ходу, пришла с друзьями. Только вот где те друзья-долбодятлы, почему не защищают? Она, конечно, весьма эффектно разлила в пространстве не меньше кубометра жидкости, но это ж крайний случай, зачем? Надо просто в рожу, а то и не в рожу, а припугнуть.

Собственно, припугнуть оказалось достаточно. Местные жители расползлись с полуслова, а девочка-фиалочка пошла с ними. Пить и танцевать. И как-то с ходу сложилось, что танцевала она с Рыжим, и ни с кем больше. Ох, как славно было обхватить её и вести в танце, беззастенчиво трогая сквозь тонкую ткань выпендренного платья – в таком ходят в офис суровые деловые мадам. Но Фиалочка – брошка у неё была в виде фиалочки – никак не походила на деловую мадам, а на очень даже мировую девчонку. И когда уже стало совсем невмочь, и хотелось не только целовать её, а пойти дальше, или, конечно, можно и целовать, но не только губы и шею, а ниже, что там у неё ещё, а выходило – что всё там есть, и какое надо, так вот, на прямое предложение она столь же прямо согласилась.

В другой вечер Рыжий бы уже на ногах не стоял, если б столько выпил, а тут – хоть бы хны, ни в одном глазу. Бывает такое, когда силу надо куда-то деть срочно, она весь алкоголь и выжгла, так, лёгкое головокружение осталось. Потому он и наплевал, и усадил Фиалочку на мотоцикл, и сам сел, и они полетели через ночь – в его берлогу. Она так славно прижалась грудью к его спине, и дыхание её чувствовалось где-то там, на шее, а какие чулки у неё на ногах – так это лучше вообще не вспоминать, пока не доедем, иначе врежемся нахрен вон в то дерево, да-да, отвернуть в последний момент, и она тоже помогла, крутая. По ходу, ещё кому-то здесь силу некуда девать. Вот и славно, обменяемся.

В его мансарду летели, как на крыльях, раздеваться начали, едва заперев дверь. Ему стоило изрядных усилий не содрать с Фиалочки платье к хренам прямо там, потому что – зачем красоту портить, лучше – как она сказала – расстегнуть молнию. Молния была длинная, и стоило её это самое – и тоненькая тряпочка сама на пол соскользнула, показав кружевное бельё… и чулки.

Чулки он снимать и не стал, хотел сначала обтрогать. Подхватил её и утащил. Вроде, на кровати что-то постелено, когда там Луиза убираться приходила? Наверное, не слишком давно?

В общем, им было по боку, что там, на кровати, а не было бы кровати – так и пол бы сгодился, и стол, и что там ещё бывает. И Фиалочка не пищала и не возмущалась, а разом с ним вошла в такой охеренный резонанс, что держите меня семеро, и у вас ещё и не получится. И потом уснула – прямо у него под боком, уткнувшись носом в подмышку.

И вот теперь белый день, на часах – почти два, она сказала, что свободна до трёх. Можно ещё целовать её в каком-нибудь подходящем для того месте, а можно затолкать под душ, самому забраться туда же, и хоть арро гостью напоить, что ли. Больше-то всё равно ничего нет.

Фиалочка с восторгом согласилась на душ и арро, но в ванной поджидал облом из обломов – душ, к такой-то его матери, поломался и отказался выдавать воду. Из крана в раковину она вполне себе текла, а вот в душевой кабине – ни фига, ни капельки.

- Облом, Фиалочка. Но я сейчас посмотрю, вроде был таз, или ведро, или что там ещё. И полью на тебя сверху.

- А потом я на тебя? – рассмеялась она. – Нет уж. Починить не починю, но на раз – сделаю. И помоемся, как люди, а дальше ты уж сам разбирайся.

И поколдовала там что-то с тем душем, и вода полилась – всё, как надо.

- Ты… ты почему это умеешь? Ну, ты водница, я ещё вчера понял, а откуда душ?

- А у меня в дипломе написано, не поверишь, «специалист по магическому водоснабжению», - усмехнулась она. – Оттуда.

- Бли-и-ин, - восхищённо сказал Рыжий. – Девушка – маг-инженер?

- Вроде того, ага, - отмахнулась она. – Все мы приносим какую-то пользу и зарабатываем, так ведь? Пошли мыться, мне уже скоро убегать.

- Довезу, не переживай.

И они ещё очень славно размазывали друг по другу мыльную пену, и щекотились, и обливались этим самым душем, и вообще творили чёрт знает что. А потом он сушил ладонями её необычайно мягкие светлые волосы, а она убирала воду с пола и со стен.

И даже на чуток посидеть осталось время.

Уж конечно, её изумил его способ приготовления арро. А всё потому, что печка сломалась ещё в прошлом месяце, и кто б занялся её ремонтом. Хозяйка квартиры уехала куда-то в Арагонию, и только в мессенджере отписалась, что, мол, если он отремонтирует – то это в счёт аренды. А ему как-то некогда оказалось. И вот теперь он грел руками медную турку, а она смотрела на всё это с изумлением – сидя на единственной целой табуретке в его форменной чёрной футболке, ей та футболка была по размеру, как целое платье, даже не очень мини.