Владимир Лосев - Охотник

— Мужская одежда ей, похоже, не нравится, — произнес Воислав. — Женщина же…

— Я это предусмотрела, — девушка вытащила еще один сверток. В нем оказалось небольшое платье. Маше оказалось оно в самый раз, после того как его надели на шишимору, та немного попрыгала на коленях у Вадима и успокоилась.

— Это то, что надо, — Волк встал. — А теперь, парень пошли, суй Машку в клетку и поехали.

— Куда?

— Познакомлю тебя кое с кем.

Крот сунул мару в клетку, причем та особо не возражала, сразу завернулась в тряпку, которую Вадим ей положил и, похоже, уснула.

Ехать пришлось недалеко, остановились возле длинного серого здания, рядом с которым стоял десяток машин, некоторые из них были очень дорогими.

— Ведешь себя скромно, — сказал Слава. — Говоришь только тогда, когда я кивну. Клетку с нечистью оставь здесь, а то могут неправильно понять.

— Что это за место?

— Спортзал, только не совсем обычный, в нем учат многим полезным умениям. Если судить по машинам, которые здесь стоят, сегодня тут тренируются охранники и телохранители. Идем.

— А я что делать буду?

— Познакомлю тебя с тем, кто нам дает задание и прикрывает в случае неприятностей, а они периодически бывают.

— Но я еще не решил, буду ли заниматься охотой.

— И что? Знать-то должен, кто у нас этим заведует. Идем.

Они вышли из машины, зашли в здание, прошли по длинному коридору и вошли в небольшую комнатку, на ней висела табличка, которой было написано: «Тренерская». Внутри сидело пятеро мужчин, каждый за своим столом.

Увидев Волка, они заулыбались и поприветствовали его. На Вадима посмотрели без любопытства, Воислав представил его, потом тренеров, но Крот имена не запомнил, вел себя, как ему было сказано — скромно и тихо.

— Шеф здесь? — Слава кивнул на дверь, на которой было написано: «Главный тренер».

— Заходи, только учти он сегодня не в духе.

— Разберемся, — Волк толкнул дверь и они вошли в небольшой уютный кабинет. За большим столом сидел высокий худой мужчина и пил чай из пиалы — травяной, если судить по запаху.

— Привет! — произнес Воислав, кивнул Вадиму на стул, а сам прошел к столу, взял чайник, налил себе чаю в чашку и сел. — Люблю твой чай.

— Обнаглел окончательно, — пробормотал мужчина, глядя на Крота. — А это кто?

— Мой новый напарник.

— Значит, вместо Сергея, — мужчина встал, подошел к Вадиму и подал руку. — Дмитрий Сергеевич Хронов, народ обзывает меня Хароном. Ты можешь звать Дмитрием, естественно не при подчиненных.

— Харон? Это кажется из греческой мифологии? Перевозчик душ?

— Грамотный, — Дмитрий вернулся обратно за свой стол в кожаное кресло и продолжил пить чай. — Рукопожатие крепкое. Имел дело с единоборствами, если судить по разбитым костяшкам и характерным движениям. Занимался недолго, научили всему, чему смогли, ушел, потому что не было прогресса. Нервная система подвижная, но устойчивая. В принципе — неплох, но и не очень хорош. В последнее время качается, набирает мускулатуру, причем довольно быстро — видимо использует препараты. Думаю, взял ты его не просто так, для этого есть какая-то причина. Какая?

— Характеристика правильная? — Волк повернулся к Кроту. — Ничего Харон не перепутал?

— Все почти так, — кивнул Вадим. — Чтобы заниматься единоборствами по-настоящему, нужно быть фанатиком, а я не такой. Мышцы не качаю, сами растут, следовательно и стероидами не пользуюсь. Только не понимаю, как все это можно понять по моему внешнему виду?

— На то он и Харон, чтобы видеть то, что для обычных людей скрыто, это он еще глаза не закрывал, тогда бы еще кое-что добавил бы.

— И все-таки? — Дмитрий допил чай и налил себе еще. Кроту даже не подумал предложить, похоже, это чаепитие несло в себе особый смысл, ему пока непонятный. — Что в нем не так?

— Я с ним столкнулся дважды и оба раза на него нападали. Сначала собаки. Стая. Если бы не я, разорвали бы. Руководил стаей наг. Во второй раз, не поверишь — выкормыши нагов пытались сожрать.

— Любопытно, — Харон нахмурился. — Он невезучий такой или есть другая причина?

— Глаза закрой и сам поймешь.

— Интригуешь? — Дмитрий прикрыл глаза, посидел там пару минут, потом снова открыл. — Если ты про оберег, то вижу, что штука редкая и очень ценная. Он оказывает на этого парня воздействите.

— А я о чем?

— Понятно, — Харон вздохнул. — Ты уж нас извини, что мы о тебе в третьем лице говорим, привычка у нас такая всех обсуждать, кто в наш круг попадает, причем не за глаза, чтобы понятно было. Итак, у тебя Вадим три странности: одна — то, что у тебя на груди висит оберег редкой силы, я таких сам никогда не видел, только слышал, вторая — то, что ради тебя наги выползли из-под земли, а они этого не любят, возможно, оба этих явления как-то связаны. Третья — то, что у тебя растут мышцы, если верить тебе, то сами по себе. Это обдумать надо. Ну а в целом, Волк прав, есть в тебе странность.

— Не одна, — улыбнулся Волк. — Их много.

— Что-то еще я упустил? — Харон удивленно поднял одну бровь. — Если так, рассказывай.

— В первую с ним охоту мы напоролись на василиска…

— Что?! Да их уже никто лет двадцать не видел, к тому же сейчас зима, а они существа теплолюбивые.

— Вот именно, — Волк налил себе еще чаю, — На второй охоте шишимора сама к нему в руки пошла.

— Да, ладно тебе! Шутишь?

— Если бы, сам с отвисшей челюстью хожу, он эту милую девицу дома теперь у себя держит.

— Да, беру свои слова обратно, придется ему чаю налить, — Дмитрий налил в чашку чай и поставил на стол. — Садись ближе, мил человек, чаю выпей. Я его так просто не раздаю, для того чтобы его выпить, нужно очень меня удивить. У тебя это получилось. Похоже, ты и на самом деле шкатулка с сюрпризом.

— И что это значит? — Вадим сел на стул рядом со столом и попробовал чай. Пах он замечательно, но на вкус был почти никаким, правда, после первого глотка внутри что-то отозвалось: то ли энергии прибавилось, то ли настроение стало чуть лучше.

— Пока не знаю. Шкатулки бывают разные, у Пандоры тоже была такая, результат ты наверное знаешь…

— Ага, всем плохо стало.

— Вот и о том же. Только для дураков мир случаен, а умные в этом не уверены. Лишь глупцы думают, что завтра будет так же, как сегодня, а те, кто поумнее, в этом сомневаются. Мир меняется каждый день, и не все изменения в нем хороши. Трудно жить во времена перемен, а они происходят постоянно, отсюда вывод: жить всегда плохо, но иногда особенно скверно. Резюмируя, что-то в тебе, парень, не так. Несешь ты в себе нечто мне непонятное, думаю, и сам этому не рад.