Вольфганг Хольбайн - Тор. Разрушитель

Нет, описать это впечатление было невозможно. Что-то мешало Тору присмотреться, словно следы ускользали от его восприятия, как он ни пытался их разглядеть.

Повернувшись, он наткнулся на взгляд Бьерна и вопросительно поднял брови, но ярл лишь с довольным видом покачал головой.

Отряд скакал час или два, постепенно сворачивая на север. Они не отдалялись от горной гряды, но и не подъезжали к ней слишком близко. Пару раз со скал падали сосульки, а потом скатилась целая лавина, которую пришлось объезжать. Горы не везде были столь отвесными, как у Пути Богов, и временами Тор проезжал мимо мест, где, казалось, можно было легко подняться наверх, но всякий раз подъем преграждал либо неприступный выступ скалы, либо обрыв.

— Вы уверены, что нигде нельзя перебраться через эти горы? — поинтересовался Тор.

— Видишь ли, тут, внизу, иногда кажется, что это возможно. — Бьерн покачал головой. — Но перехода нет. Многие пытались найти его, однако еще никому это не удалось. А некоторые из тех, кто предпринимал такие попытки, больше не возвращались.

— В этих горах живут чудовища, — сказал воин, ехавший чуть поодаль.

— Ты их видел?

— Никто из тех, кто сталкивался с ними, не выжил, а потому не мог рассказать нам об этом, — с серьезным видом заявил парень.

Тор чуть не прыснул от смеха и даже не стал спрашивать, откуда этот юноша вообще знает о чудовищах.

— Возможно, сами эти горы — чудовища. — В глазах Бьерна плясали озорные огоньки. — Но мы следим за ситуацией. Тут повсюду часовые. Вон, например. — Он махнул рукой влево.

Возле скал виднелось какое-то сооружение, но до него было еще слишком далеко, чтобы разглядеть строение более тщательно и понять, зачем его здесь возвели.

Но даже подъехав поближе, Тор все равно не смог разгадать его загадку. У массивной башни обрушилась верхушка, поэтому определить изначальную высоту сооружения было трудно. Постройка показалась Тору древней и непривычной, но в ней угадывалось и что-то знакомое. С подветренной стороны стену башни замело снегом, с другой же виднелся низенький домик, крытый сланцем. Судя по печной трубе дома, его построили намного позже, чем саму башню.

— Это сторожевая башня, — ответил Бьерн на еще не заданный вопрос. — Одна из нескольких. В некоторых из этих сооружений мы разместили своих часовых, и эта башня не исключение.

— Хотя вы чувствуете себя в безопасности за этими… Скалами Богов?

— Это не означает, что мы стали легкомысленными или глупыми. Безопасность нужно обеспечивать.

— А кто построил эту башню? — Тор подозревал, что не получит ответа на свой вопрос.

— Этого никто не знает. Эти сооружения уже стояли здесь, когда сюда пришли первые поселенцы, занявшие долину Мидгард.

— Башен много?

Бьерн махнул рукой вправо, где заснеженная долина сливалась с серыми небесами.

— По меньшей мере с полдюжины. Все они полуразрушены, ведь им сотни лет. — Ярл пожал плечами, показывая, что ему неинтересно говорить на эту тему. — Но мы приехали сюда не для того, чтобы полюбоваться башнями.

«Кто бы мог подумать!» — молча ухмыльнулся Тор.

— Вон, посмотри! — Бьерну пришлось повысить голос, чтобы перекричать завывания ветра.

Глаза у Тора слезились, и он с трудом мог увидеть то, на что показывал ярл. Только через некоторое время он разглядел какую-то тень, тянувшуюся по заледенелым скалам у полуразрушенной башенки и исчезающую в белой пелене метели.

— Расщелина?

— Да. Когда не идет снег, ее видно лучше, — сказал Бьерн.

— И ты поставил часового в этой башне, чтобы приглядывать за проходом?

— Двоих. — Свериг, подскакав к ним на коне, остановился. — И они оба исчезли. Вместе с лошадьми и всеми пожитками.

— Может, они просто сбежали? — Тор и сам понимал, насколько глупо прозвучали эти слова.

— Ну да, ведь местность тут такая чарующая, да и погода просто великолепная, так почему бы им не отправиться на прогулку? — фыркнул Свериг.

— Мы привели с собой псов, способных найти тело даже под снегом. Обыскали все в округе, — продолжил Бьерн, не став обращать внимания на колкости своего помощника.

— Но никого не нашли, — прорычал Свериг.

— Видимо, кто-то забрал трупы, — сказал ярл. — Точно так же, как и тела тех воинов у Вороньего перевала.

— И кто бы это мог быть? — прошипел Свериг, опуская ладонь на рукоять топора.

— Если у тебя есть ко мне какие-то претензии, Свериг, то почему бы прямо об этом не сказать? — Тору казалось, будто что-то шевельнулось в его сознании, пытаясь заставить его отвечать не только словом, но и делом.

— У меня? Претензии? — фальшиво изумился Свериг. — У меня к тебе нет претензий. Но мне кажется, что у тебя возникли кое-какие проблемы, в первую очередь, с самим собой. Ты ведь даже не знаешь, кто ты на самом деле. — Он улыбнулся, покрепче сжимая топор. — Или знаешь, но не хочешь говорить нам?

Top едва сдерживался.

— С чего ты взял?

— Это ты мне скажи!

— Свериг, прошу тебя. — Вздохнув, Бьерн с укором посмотрел на забияк. — Мне кажется, у вас возникли определенные трудности в общении, но сейчас неподходящий момент, чтобы разбираться с ними.

— Неподходящий момент? — возмутился Свериг. — А когда, по-твоему, момент будет подходящим? Когда он расскажет своим дружкам, как до нас добраться?

— Ну все, хватит! — Улыбка сползла с лица Бьерна.

Свериг, развернув коня, вновь направился к своим спутникам.

— Что он имел в виду? — удивленно переспросил Тор.

— Почему бы тебе самому у него не спросить? — огрызнулся Бьерн. — Можете договориться о встрече и устроить дуэль на снежках. Думаю, вам обоим не повредило бы хорошенько остыть.

— Я задал тебе вопрос.

Бьерн вздохнул, так ничего и не ответив. Повернувшись в седле, он обвел рукой заснеженную равнину.

— В другое время года здесь очень красиво.

Красиво? Тор видел здесь лишь поля, переливающиеся всеми мыслимыми оттенками белого. То там, то сям на фоне снега проступали какие-то светло-серые очертания, но отсюда невозможно было разобрать, что это. Еще Тору показалось, что с юга движется снежная буря, но она была еще слишком далеко, чтобы вызывать опасения.

— По-моему, тут чересчур холодно, чтобы наслаждаться зрелищем, — заметил Тор.

— Да, ты прав. — Бьерн почему-то обрадовался этим словам. — Холодно. Очень холодно. В этом-то и состоит проблема.

— А еще тут чрезмерно холодно, чтобы устраивать подобные игрища.

— Хотел бы я, чтобы все это было лишь игрой, друг мой. — Бьерн опять повернулся к долине. — Видишь там лес и речку?