Владимир Городов - Козыри богов(СИ)
- Реди! - позвал я. - Хватай лук, и ко мне!
Мы с Реди залезли на крышу последнего фургона: он - с луком, я - с автоматом. Оттуда было хорошо видно, что эскорт лад-лэдо, как только увидел приближающуюся повозку, сразу же ускоренно двинулся навстречу и, очевидно, получив приказ, бросился за нами в погоню. Сетрик пустил волов вскачь. Я не ожидал, что эти животные могут двигаться с такой скоростью. Однако стены дрогоута, бывшие так близко, не стали нам защитой: селяне, перепуганные появлением собачьих повозок, загодя заперли ворота и, вооружённые кто чем, маячили на стенах и сторожевых башнях. Времени на выяснение кто есть кто, кого можно пускать, а кого не стоит, не было.
- Гони дальше по дороге! - что есть мочи крикнул я Годо, который управлял первым фургоном и уже было придерживал вола, готовясь свернуть к дрогоуту.
- Сколько у тебя стрел? - спросил я у Реди, который уже стал на колено, изготовившись к стрельбе.
- Две дюжины.
- Плюс у меня дюжина патронов. Не густо. Действовать будем так: стреляем по собакам, лучше - по головной. Она упадёт, запутает упряжь, и повозка отстанет. Неплохо бы рассчитывать так, чтобы в повозку ещё врезалась другая, задняя.
Я поставил автомат на одиночные выстрелы и приготовился было стрелять из положения лёжа. Однако фургон так сильно трясло, что прицелиться было совершенно невозможно. А собачьи упряжки всё приближались и приближались. Тогда я поднялся и стал целиться, гася тряску за счёт подпружиненных ног. Пока я приспосабливался, Реди уже успел вывести из строя четырёх собак. Но повозки это задерживало ненадолго. Упряжь была приспособлена для войны: отцепить погибшую собаку было для возницы делом нескольких секунд. Я понял, что обойтись малой кровью не получится, и приказал Реди:
- По собакам - отставить! Бьём по...
В это время фургон так тряхнуло на попавшем под колесо камне, что нас обоих подбросило в воздух. Реди, стоявший ближе к центру, сумел удержаться на крыше, я - нет. Фургон просто уехал из-под меня.
Лететь было относительно высоко, хватило времени на то, чтобы развернуться в воздухе лицом к движению, сгруппироваться и грамотно упасть. Автомат из рук я не выпустил и после нескольких кувырков по земле уже стоял на колене, готовый к стрельбе. Повозки мчались на меня широким фронтом: над оскаленными собачьими пастями возвышались фигуры в рогатых шлемах. И я открыл огонь.