Владимир Городов - Козыри богов(СИ)
- Колоду сюда положи, - я постучал пальцем по дорожному сундучку, на котором мы расположились было играть.
- Зачем? - Кори вскинул брови в довольно натуральном недоумении, только чуть побледневшее лицо выдавало его.
- Пересчитать хочу.
- Что ж, пересчитывай! - лэд обиженно пожал плечами и шлёпнул колоду на сундук. Я взял её и не спеша принялся перекладывать карты.
- Ой, ты смотри-ка! Одна упала! - изобразил удивление Кори, глядя себе под ноги.
- Ещё раз упадёт - дальше пешком пойдёшь, - предупредил я. - Сдавай!
Волей-неволей пришлось лэду играть честно. А я... А я и не играл, просто наказывал мошенника. Спустя пару часов кошелёк Кори изрядно полегчал, а сам он, утратив былое веселье, отказался от игры и всё оставшееся время грустно сидел у окошка, отсутствующим взглядом следя за проплывающими мимо пейзажами.
В дрогоут Фуоли прибыли под вечер. Здесь караван остановился на ночёвку, а мы отправились дальше пешком. Привратные стражники смотрели на нашу четвёрку как на сумасшедших: виданное ли дело - выходить за стены дрогоута Божьей Столешницы на ночь глядя? Ведь любому ясно, что ни до какого поселения добраться мы уже не успеем! Старший стражник попробовал было воззвать к нашему благоразумию. Я поблагодарил его за заботу и заверил: мы знаем, что делаем.
Уже вскоре к нам присоединился Асур. Я поймал себя на мысли, что восхищаюсь поведением пса: он, как ангел-хранитель, появляется именно в тот момент, когда его присутствие необходимо, а когда оно нежелательно, бепса не видно и не слышно.
Чтобы сократить путь, мы двинулись не по торговому пути, а наискось, на юго-запад, ориентируясь по клонящемуся к закату солнцу, по пути собирая под редкими деревьями сухие сучья для костра: ночи уже становились прохладными. И лишь только светило коснулось горизонта, мы стали на ночлег, развели костёр.
Как только стемнело, ночные хищники не заставили себя ждать. Крысобаки повылезали из своих логовищ, где они весь день скрывались от солнечных лучей, и подняли заунывный вой, волнами перекатывающийся по всей Божьей Столешнице. Мои спутники напряглись. Руки мужчины и бепо почти непроизвольно легли на рукояти оружия. Ти испуганно прижалась ко мне.