Николай Степанов - Дар синего камня. Дилогия (СИ)

– Степаныч, я же предупреждал: не стоило мне работать утешителем в тот день, когда ребята пропали. Если она приняла мои слова слишком близко к сердцу, да еще фантазию подключила…

– А если бы она что с собой сотворила?

– Ох, уж эти женщины! Степаныч, вы женаты?

– Был, но мы давно разбежались из-за моей работы.

– То есть кое-какой опыт совместной жизни все-таки имеется? И как объяснить даме, что не время сейчас для шекспировских страстей?

– Нашел у кого спросить! Как заставить вражину землю жрать, я подсказать могу, а с бабами – уволь. У них все на чувствах построено! И когда надо, и тем более, когда не надо!

– И охота им осложнять жизнь и себе и людям? Да еще в такой момент! – Я снова набрал номер Людмилы. Телефон не работал.

– Кого вызваниваешь?

– Вы сегодня с ней утром общались. У девушки отца убили. Виктора.

– Ешь твою медь!!! Очень жаль. И мужика, и девицу. Как думаешь, с нами это связано?

– Понятия не имею.

– Как бы они до Михаила Федоровича не добрались. Нас прямо как волков обложили.

– Кстати, я сегодня говорил с генералом. Посоветовал в Москву не возвращаться.

– А он?

– Сказал, что как только пристроит внучку в надежном месте, приедет на помощь.

– Может, оно и правильно? Если Виктора больше нет, нам подмога нужна. Я так понимаю, разговор с очкариками у тебя не шибко хорошим получился?

– С какой стороны посмотреть… С одной – мне удалось «нечаянно» забыть там их телефон и все обошлось без заключения договоренностей. А в остальном… пощады от них ждать не стоит.

– Все настолько жестко?

– Их в принципе не устраивает сам факт нашего существования. В детали собеседник вдаваться не стал. – Я набрал номер Ильи. Его аппарат также был недоступен. Телефона Леры запомнить не успел и сейчас мысленно корил себя за невнимательность. – Может, у Маргариты спросить, где наш электронщик?

– Хочешь, чтобы я позвонил?

– Сам справлюсь.

– Слушаю, – раздался в трубке неприветливый голос.

– Рита, можешь определить, где находится Илья?

– Сам у него спроси.

– Он отключил телефон.

– Значит, не хочет, чтобы его тревожили, – пробурчала девушка.

– А может, его в этот момент убивают, а мы даже не знаем где.

– Недавно я именно так и думала об одном человеке, а потом нашла его в постели с развратной женщиной. Илья также имеет право на личную жизнь. Кто я такая, чтобы ему мешать?

– Ну если ты именно так ставишь вопрос… Извини, что потревожил по пустякам. Больше не буду.

Я отключил связь. Видимо, разговор отчетливо отпечатался у меня на лице. Майор покачал головой:

– Послала?

– Почти.

«Извини, Семен, веду себя как дурочка. Со мной, точнее, с моим даром, что-то случилось. Я потеряла способность определять местонахождение каждого из нас. Но Груневу передала, чтобы он с тобой связался».

– Ты чего застыл?

– Маргариту слушал. У нее проблемы с даром. Видать, защита от телепатии вытеснила ее способность определять положение ребят. Может, она из-за этого так расстроилась? – предположил я.

– Сходить к ней? – спросил Степаныч.

– Только не мне.

Звонок сотового заставил вздрогнуть.

– Наконец-то. – Я увидел на экране имя электронщика.

– Семен, ты как себя чувствуешь?

– Нормально, куда вы все запропастились?

– Людмила в тяжелом состоянии. Мы с Лерой в больнице. – Он назвал адрес.

– Что случилось?!

– Подрезали ее сильно. Большая кровопотеря…

– Ждите, я сейчас приеду.

– Что там? – заволновался майор.

– Людмила в больнице. – Резко поднялся с кресла, но был вынужден застыть на пару секунд – в глазах потемнело.

– Я с тобой.

– Возражать не буду.

Через полчаса мы бежали по больничному коридору. Перед реанимационной палатой увидели Илью с Лерой, а рядом мужчину в белом халате. Виноватое выражение его лица мне сразу не понравилось.

– Что с ней?

– Состояние крайне тяжелое.

– Она выживет?!

– Шансов очень мало. – Врач начал перечислять повреждения.

Я мало что смыслю в медицине, да и в анатомии мои познания крайне далеки от среднестатистических. Поэтому термины доктора пропустил мимо ушей. Мысли заработали совершенно в ином направлении, а когда хирург закончил свою путаную речь словами: «Она неумолимо увядает, как срезанный цветок», – решение было принято.

– Мне нужно зеркало и два человека в помощь.

– Вы куда? – остановил врач.

– К ней.

– Поверьте, вы ей ничем не поможете…

– Нет уж, поверьте мне вы! – я гаркнул так, что стал центром внимания всех, кто находился возле палаты реанимации. – Если сами спасти человека не можете, не мешайте другим! Где у вас зеркало?

Опешивший медик кивнул мне за спину.

– Илья, снимай – и за мной.

– Господа, я вызову охрану, – попытался вразумить нас хирург.

– Не стоит. – Майор предъявил удостоверение.

– В таком случае, снимаю с себя всю ответственность.

«Интересно, о какой ответственности могла идти речь, если он фактически подписал девушке смертный приговор?»

– Без проблем! – Я открыл дверь и направился к кровати.

Минута на определение места. Расположился на полу справа. Установил Илью с Лерой, указал, под каким углом держать зеркало.

– Постарайтесь его не дергать.

Доктор оказался прав. Ее цветок действительно увядал. Рыжие, как и ее волосы, лепестки медленно скручивались от краев к центру. И опять в моих ладонях не возникло покалывания.

«Ну, уж нет, милая, тебя я смерти не отдам, хоть она дерись. Я Виктору обещал за тобой приглядывать. И нечего тебе к нему спешить. Держись!»

Работа оказалась каторжной. Стоило выпрямить один лепесток и взяться за соседний, как исправленный скручивался снова. Руки начали накаляться уже после первого круга, а я снова возвращался к началу пути. Метод себя не оправдывал, нужно было придумывать что-то иное, ведь моя энергия не бесконечна.

«Только не паниковать! Способ есть, и я должен его отыскать!»

Выпрямив лепесток, решил заняться его шлифовкой. Только бы успеть! Руки буквально горели. В суставах появилась ломота. И все-таки он засиял! Ярким, ослепительным до рези в глазах светом, который не только приостановил процесс увядания цветка, но и благотворно сказался на состоянии соседних лепестков. Они медленно начали выпрямляться.

У меня открылось второе дыхание. Казалось, свет заставил ладони наполниться энергией, они в зеркальном отражении также загорелись золотым блеском, и мне больше не приходилось отвлекаться на построение защитной оболочки. Вскоре новый спасенный лепесток принялся за восстановление соседей на противоположном краю цветка.