Лишенные богов - Лиза Андерсон

– Как? – спросила Вик. Она не могла прочесть книгу заклинаний и не понимала звуков, которые произносила Сара.

– Первые ведьмы научились общаться с миром через универсальный язык, – объяснила Сара. – Это естественный способ передачи связей между состояниями материи. – Вик нахмурилась, не понимая. – Сосредоточься на камне, – посоветовала Сара. – Представь, как он образовался, какие у него составные части и структура на атомном уровне. Камни – самый простой материал для начинающих ведьм.

Вик наклонилась к столу и посмотрела на камень почти в упор. Она попыталась представить его части, как советовала Сара, но камень просто лежал перед ней, не реагируя.

– Не получается, – сказала Вик, чувствуя себя неловко.

Сара хмыкнула.

– Как Старейшина назвал тебя? – спросила Вик.

– Созданной, – ответила Сара и развела руки, как будто собиралась поклониться. – Я не родилась ведьмой, как твой брат и остальные здесь. Я была создана.

Вик покачала головой, не понимая.

– Это другой вид магии, – объяснила Сара. – Рожденные ведьмы общаются с природой через заклинания и ритуалы. – Она постучала по книге заклинаний перед собой. – Мне все это не нужно.

Прежде чем Вик успела задать множество вопросов о Саре, ее брате или том, как можно создать ведьму, раздался громкий звонок. Ученики начали вставать.

– Урок окончен, – сказала Сара, потянувшись и направляясь к выходу. Но у двери она остановилась и с хитрой улыбкой повернулась к Вик. – Пойдем со мной.

– Боюсь, не смогу, – ответила Вик, и, рассмеявшись, Сара вышла в коридор.

Вик огляделась в поисках брата, но Генри будто растворился в лабиринте коридора вместе с остальными учениками. Оставшиеся ученики пялились на Вик, не осмеливаясь нарушить тишину, и вскоре тоже покинули класс, оставив ее в одиночестве. Задумчиво посмотрев на камень, лежащий на столе, и ощутив холодок в сердце, она поспешила за Сарой.

– Как ты поняла, что я не ведьма? – спросила Вик, догоняя Сару в узком коридоре.

– Точно так же, как узнала твое имя, имя твоего брата и то, что сегодня ты явишься на занятия и собьешь с толку остальных новобранцев, – не оборачиваясь, ответила Сара.

– Макс тебе рассказал, – догадалась Вик.

– Макс предупредил меня. Сразу после того, как приказал всем членам Ордена и ученикам не причинять тебе вреда, – бросила Сара.

Вик на мгновение замерла, пораженная этой фразой.

– Прости, а они… они этого хотели? Хотели причинить мне вред?

– Орден не привык к участию людей в нашем деле. – Сара наконец остановилась и посмотрела на Вик. – А Макс просто хотел убедиться, что ни у кого не возникнет лишних соблазнов или подозрений.

– Почему? – выдохнула Вик. Мысль о том, что ее присутствие само по себе настолько разрушительно, что может спровоцировать насилие, легла тяжелым грузом.

Но Сара, казалось, уже переключилась на другую тему, словно читая лекцию:

– Ты знала, что примерно тридцать лет назад в Ордене действовал полный запрет на инициацию ведьм? Переломным моментом стали восьмидесятые. Именно тогда женщин начали принимать в Орден в действительно значимых масштабах. Состав Старейшин остался незыблемым: все те же белые старики, хранящие верность традициям. Макс среди них – исключение, подтверждающее правило. Единственный созданный колдун, получивший инициацию и место в Совете. Они до последнего сопротивлялись его вступлению, хотя он, безусловно, самый могущественный из них.

– Новобранцы смотрели на меня так, будто у меня две головы, – заметила Вик, поежившись.

Сара лишь коротко усмехнулась:

– Новобранцы ничего не понимают. Они видят в тебе только аномалию.

– Значит, старшие члены Ордена будут более благосклонны? – с надеждой спросила Вик.

Сара издала звук, нечто среднее между смехом и пренебрежительным фырканьем.

– Маловероятно. Макс хоть что-нибудь рассказывал тебе об орканах?

– Об «орканах»? – переспросила Вик, нахмурившись. – Разумеется, нет. Клянусь, для гения этот человек на удивление забывчив.

Сара искоса взглянула на нее, и в ее глазах промелькнула тень жалости.

– Орканы – это звери из Другого Мира. Монстры, выходцы из мифов и легенд, ползучие твари… называй их как хочешь.

– Как я хочу их называть… – эхом отозвалась Вик. Больше всего ей хотелось называть их «несуществующими», но от этой иллюзии она отказалась еще много лет назад.

– Мы охотимся на них, – отрезала Сара.

– Эту часть я уже слышала, – буркнула Вик. В памяти всплыли слова того мерзкого типа, подслушанные накануне вечером, и она вспомнила капли крови, стекающие с его клинка, когда он убирал его в ножны. Интересно, кого именно он прикончил вчера?

– Направо, – скомандовала Сара, увлекая ее вниз по очередной лестнице.

Вик с содроганием узнала восьмиугольную кладовую – то самое место, где ее грубо схватили прошлой ночью.

– Это оружейная, – пояснила Сара. – По сути, обычная прихожая, только с элементами насилия. – Она виновато указала на массивные стойки. – Старейшины не выносят, когда мы, появившись неведомо откуда, заходим через главный вход, оставляя на полу грязь и кровь, поэтому мы заходим сбоку и оставляем снаряжение здесь.

Вик остановилась, разглядывая арсенал. Факелы, закрепленные на уровне глаз, бросали дрожащие блики на грубый металл средневекового оружия. Сегодня здесь не было ни грязи, ни крови, которую она видела ночью. Вик невольно поморщилась, представив, как безмолвные слуги в балахонах оттирают эти клинки до блеска.

– Зачем вам столько видов оружия? – спросила Вик, указывая на разнообразие лезвий и наконечников.

– Не все умирает одинаково, – бросила Сара, наблюдая за тем, как Вик берет кинжал.

Клинок длиной с предплечье из холодного матового металла с тяжелой прорезиненной рукоятью идеально лег в ладонь. На мгновение Вик прикрыла глаза, представляя, как сталь входит в плоть чего-то безликого и чудовищного, а пальцы обжигает густая нечеловеческая кровь.

– Значит, твою маму звали Мередит Вуд? – внезапно спросила Сара.

Вопрос хлестнул, как плеть.

– Да, – отрезала Вик холоднее, чем собиралась.

Сара задумчиво перевела взгляд с оружия на стойках на кинжал в руках девушки.

– Твоя мать когда-то была Стражем. Ты правда ничего об этом не знала?

– Нет, – солгала Вик, демонстративно убирая кинжал в ножны.

Она не собиралась открывать Саре правду. Не могла признаться, что все ее «знание» – это обрывки историй, которые Мередит считала возможным доверить десятилетнему Генри. Однако Вик знала достаточно, чтобы бояться. Еще