Терра. Часть 1 - Маргарита Боулес

Позавтракать мы решили прямо в парке на морозце. Отец напевая вел машину, мама узнавала, что я пишу и скоро ли она сможет посмотреть итог. Когда мы подъехали, то едва успели урвать свободное место: оказалось, что мы не единственные, кто додумался провести утро на свежем воздухе.

– Тьфу ты, опять как в консервной банке, даже мороз их дома не удержал, – ворчал немного папа, паркуя машину, а мама хохотала. – Куча-мала!

В лесопарке действительно было многолюдно, все в зимних лыжных костюмах, кто-то с коньками под мышкой торопился на каток, который искусственно залили в коробку в центре, а вокруг по всей территории парка обустроили несколько лыжных троп и невысоких горок. Мы решили сначала подкрепиться в беседке, разложили мамины вкусности на деревянный стол, разлили чай и кофе по кружкам. Пар заклубился от горячих напитков и запахло кофе, лимоном и кленовым сиропом.

– Знаешь, Скай, кто искал тебя вместе с нами? – невзначай бросил отец. Он потирал руки и чуть пританцовывал. От мороза у него раскраснелись щеки.

– Не представляю, – покачала головой, надломив бровь, и полила сироп на панкейк.

– Грегор прилетал из Лондона, когда узнал, что ты пропала. Три месяца пробыл, помогал, организовывал поисковые операции.

– Очень нас поддерживал, – поддакнула мама.

Я вытаращила глаза с искренним недоумением. Мы не виделись больше десяти лет, с тех пор как Грегор улетел в Англию. Там и остался.

– Может, тебе стоит позвонить ему? Поблагодарить… там… за помощь? – Папа смотрел вдаль, старательно делая вид, что почти не заинтересован. – Грегор хороший мальчик.

– Мальчик? – Я тяжело вздохнула и рассмеялась. – Этому мальчику скоро двадцать семь лет, но так да, уверена, что замечательный.

– Я слышала, что сейчас он переживает тяжелый развод.

– Сказочник разболтал? – испытующе посмотрела на маму. – Вы поддерживаете общение?

– Случайно встретились в молле, разговорились. – Она грела руки о кружку. – Он посетовал на неудачи внука.

– Ну так что, Скай? Набери ему.

– У меня и номера его нет, – отмахнулась и поставила точку. – Нам не о чем говорить.

Мы сменили тему и, доев завтрак, отправились кататься. Пришлось вспомнить, как управлять лыжами и палками и двигаться вместе правильно, чтобы не просто топать, а ехать по тонким проторенным дорожкам. Спустя круг я уже поднаторела. Папа вообще резво управлялся с лыжней, подгонял маму и мило подбадривал. Вместе они со стороны смотрелись очень гармонично, их любовь пережила годы бытовухи, несколько смертей и потерю дочери – неудачи и невзгоды лишь сплотили их сильнее. В современном мире возможна такая любовь? Не книжная, а настоящая? Которую проносишь бережно сквозь года, дорожишь каждым мгновением вместе, просыпаешься и засыпаешь в объятьях друг друга? «Существует» , – пело сердце, отбивая неровный ритм, стоило только вспомнить о муже. Я так по нему скучала… «Аиррэль, будь ты здесь, я бы точно уговорила тебя пойти на каток, научила кататься на коньках. Лыжи слишком просто для тебя, согласен?»

В итоге мы сделали несколько кругов, а затем, совсем осмелев, добрались до горок и пару раз съехали с папой, мама не решилась на такую авантюру. Я вновь вспомнила, как мы катались вместе с Аиром, как я визжала на виражах самых высоких гор, пока ветер и снег летели в лицо, и хохотала, а он рулил нашими санями.

– Ты улыбаешься, – заметил папа. – О чем призадумалась?

– О ком, – ответила я и, оттолкнувшись, заскользила вниз.

Через пару часов, оставив меня сторожить вещи, родители ушли к ларькам, возле которых кучковался народ с кофейными стаканчиками, хот-догами, плюшками, рогаликами и всякой вкусной выпечкой. Оттуда тянулся головокружительный аромат, который даже заглушал преследующий меня всюду смрад Нижнего мира. Я сняла лыжи с ног и села на скамейку у аллеи. Вскоре родители скрылись за поворотом.

Стало тише, голоса слышались дальше. Создавалось ощущение, будто люди разбежались как мыши, почуяв крупного хищника, с коим маленьким грызунам никогда не справиться.

Я подставила лицо неспешному снегопаду, ловила руками снежинки и оглядывала странно притихший парк, когда услышала знакомый голос:

– Как жизнь, путешественница?

Вздрогнув, я увидела приближающегося демона в костюме. Лацканы его пиджака переливались изумрудным бархатом, пуговицы на черной рубашке отливали алым, на его губах красовалась нахальная улыбка, а на голове царил творческий беспорядок – как и всегда! Он так не вписывался в картину человеческого мира, выглядел инородным предметом, которого здесь быть никак не должно.

Наверное, я его сшибла. Так обрадовалась, что в первое мгновение забыла, как зла. Налетела, повисла на его шее со счастливой улыбкой на лице, а потом с запозданием ко мне пришло… понимание.

– Велиал! – Тут же я вспомнила, что он сделал, и всадила кулак ему в челюсть. – Сукин сын!

– Ауч!

– Скотина! – Я продолжила его мутузить. Мы повалились на снег, я села сверху и молотила его варежками, что-то лепетала и не заметила, как начала реветь. Удары стали медленнее, мягче, так что спустя пару секунд я скорее гладила. Зачерпнула снега с дорожки и бросила в его лицо. – Почему?!

– Смертная. – Он обхватил меня за шею и притянул к своей груди. Лицом я уткнулась в его пиджак. – Тсс, знаю, знаю. Можешь еще раз меня побить. Я не против.

– П-поч-чему ты не прих-ходил? Брос-сил меня-а!

– Это сложно объяснить.

– Ты мог бы явиться ко мне. Я т-так п-просила! К-каждый день, к-каждую ночь.

– Я знаю, Скай.

Велиал помог мне встать, подвел к скамейке и усадил. Я вцепилась в его руку, боясь, что он исчезнет. Демон сел рядом.

– Аир? – Дернула его за манжет и, всматриваясь в глаза, ждала ответ. – Как он? Что с ним?

Велиал подбирал слова, и я начинала нервничать. Чувствовала нарастающий жар и ком внутри живота: предчувствие беды.

– Ты явился не просто так?

– Нет, – ответил он. – Я за кольцом. Аир ждет Суда.

– Боже, нет! – Я начала задыхаться, горло скрутило