Чарльз Шеффилд - Возрождение
Пока Хансу Ребке не довелось познакомиться со счастливыми обитателями богатых планет спирального рукава, он и не подозревал, что имеет какие-то проблемы. На его родном Тойфеле, где постоянно не хватало пищи и основных микроэлементов, большая голова и узкая грудная клетка были скорее правилом, чем исключением. Ханс хотел объяснить это Ларе и Бену, но потом решил не тратить попусту время. Может, просто процитировать стишок, который сложили в Круге Фемуса: «Сколько ж надо человеку в прошлых жизнях нагрешить, чтоб на Тойфеле проклятом в наши дни рожденным быть?» Впрочем, скорее всего эти двое все равно ничего не поймут. Поэтому капитан лишь пожал плечами и ответил кратко:
- В детстве меня считали нормальным и даже счастливчиком.
Новый корабль уже достиг полного размера и сейчас приобретал окончательную форму. Ханс осмотрел его от носа до кормы. Полностью пригодный для межпланетных и межзвездных перелетов, космический челнок вовсе не выглядел большим. Пожалуй, тесноват для четверых. Даже если они будут хорошо ладить Друг с другом. А подобное, как Ханс знал по опыту, случается редко.
Пора было сменить тему и поговорить о чем-нибудь, что позволило бы лучше понять характеры своих спутников.
- На этом корабле еще никто никогда не летал. Надо бы его как-нибудь назвать. У кого есть идеи?
Лара Кистнер молча взглянула на своего коллегу. Так, ясно. Уважает старших и склонна соблюдать субординацию независимо от собственной точки зрения.
Бен Блеш задумался.
- Я согласен, кораблю нужно имя. Только вам не кажется, что профессор Лэнг также имеет право голоса в этом вопросе? Я думаю, она должна участвовать в обсуждении.
Молодой человек давал понять, что не намерен идти на поводу у Ханса. Может быть, он хочет поспорить? Так или иначе, по дороге и без того будет, о чем поспорить, а пока лучше избегать конфронтации.
- О, я вовсе не хотел исключать профессора Лэнг из обсуждения. Мы ничего не собираемся решать, пока она не выскажется. Я имел в виду лишь предварительные идеи.
- В таком случае, почему бы не назвать его «Спасителем»?
Так… Выдал вариант почти не размышляя, причем предложенное имя достаточно много говорит о личности Блеша. У него, должно быть, сильно преувеличенные представления о масштабах миссии, которую должна выполнить их маленькая группа. На самом деле им требуются факты и только факты. «Спаситель»! Слава Богу, если удастся спасти самих себя и собранную информацию! Если Лара Кистнер будет подчиняться Бену только потому, что он старший, а сам Блеш начнет строить из себя мессию, то неприятности гарантированы. Да уж, учудил Джулиан Грейвс, когда назначил его главным: теперь советуй не советуй - молокосос будет слушать только самого себя.
Хорошо, придется поруководить из задних рядов - не впервой.
- «Спаситель»? Неплохо, - кивнул Ханс. - Интересно, что скажет профессор Лэнг?
Он прекрасно знал, что она скажет: ничего. Ей все равно. Лишь бы не мешали заниматься Строителями, со всем остальным Дари согласна. Ханс перевел взгляд на блестящий корпус корабля, который уже полностью сформировался. Надо осмотреть его и убедиться, что там есть все необходимое. А пока - улыбаться и кивать. После старта будет достаточно времени, чтобы поднять маленький мятеж. Да, сделать это, видимо, придется…
- Советник Грейвс выразился вполне определенно. Свяжитесь с ним, пусть подтвердит. Пока корабль не сядет на Ледяной мир, решения принимаю я.
- И все же я точно знаю, что он ничего подобного не планировал. - Бен Блеш стоял за креслом пилота, в котором сидел Ребка.
В голосе молодого человека чувствовался гнев. Ханс не стал оборачиваться.
- Я не совсем понимаю суть ваших возражений, Бен. Так или иначе через несколько дней мы прибудем на Ледяной мир. Я просто стараюсь получить как можно больше предварительной информации.
- Делая бессмысленный крюк для осмотра мертвой планеты? Это нам ничего не даст! Если я чего-то не понимаю, объясните мне!
А по-моему, все понятно. Планета, к которой мы летим, находится в самой середине зоны, которая в нормальной звездной системе такой массы была бы пригодна для жизни. Сейчас на этой планете жизни нет - она слишком холодная. Возникает вопрос: не было ли там жизни раньше? Может быть, даже разумной - до того, как звезда потухла и все вымерзло…
Характеры членов «зеленой команды» вырисовывались уже вполне четко. Лара Кистнер неплохо выполняла работу, но определенно не была сильной личностью. Она во всем соглашалась с «боссом», да и остальным особо не противоречила. Бену Блешу нравилось командовать. Свое мнение он высказывал категоричным тоном и сразу закипал, когда ему противоречили. Когда в конце первого дня полета к Ледяному миру Ханс Ребка объявил, что сначала они посетят другую планету, Блеш стал резко возражать. Однако Дари неожиданно встала на сторону Ребки. Впрочем, это было вполне объяснимо: Ханс слишком часто спасал ей жизнь, чтобы ему не доверять.
- Я не намерен это терпеть! - раздраженно заявил Блеш. - Посмотрим, что скажет Джулиан Грейвс. Он положит конец нашему спору.
Ханс молча смотрел на растущий диск планеты. С последним высказыванием он собирался согласиться. Грейвс наверняка положит спору конец: он всегда был перестраховщиком. Если есть хоть малейшая вероятность, что визит на мертвую планету увеличит их шансы на Ледяном мире, советник по этике поддержит его обеими руками.
Бен Блеш вышел - очевидно, чтобы послать вызов на «Гордость Ориона». И это в момент, когда на экране появляется новая неизвестная планета! Ханс в очередной раз убедился, что имеет дело с дураком. А как еще назвать человека, который больше заботится о своем авторитете, чем о шансах выжить? Что же это за команда экспертов такая, какой идиот ее собирал? Им бы провести пару недель на Тойфеле - в порядке тренировки! Одно знакомство с Ремулером-точильщиком, предрассветным ураганом, стоило бы целого года лекций их прославленной Арабеллы Лунд, которую так уважает Грейвс.
Все, хватит философствовать! Ханс сосредоточился на планете. Диаметр - четырнадцать тысяч километров. Плюс показания масс-детекторов - значит, под внешними слоями есть металлическое ядро. Тем более такое высокое магнитное поле… Гравитация на поверхности на пятнадцать процентов превышает стандартную - многовато, но вполне допустимо, чего нельзя сказать о температуре. Кислородно-азотная атмосфера с примесью аргона, однако, судя по спектрам, никаких признаков углекислоты и водяных паров.
Подробные снимки того, что лежало под застывшей атмосферой, можно было сделать лишь перейдя на низкую орбиту. Тем не менее высокая отражательная способность поверхности - характерный блеск можно было заметить даже невооруженным глазом - уже сейчас указывала на мощный ледяной покров. Чтобы определить его толщину и установить, что лежит ниже, требовались высокоточные радиолокационные измерения. Для этого надо было высадиться на планету, а значит, перелет на Ледяной мир откладывался по крайней мере на два дня. Ханс подозревал это еще до старта с «Гордости Ориона». Если планета теплая, снимки высокого разрешения можно сделать и с орбиты. Но там лед, и если вы хотите узнать, как поверхность выглядела до того, как замерзла, без посадки не обойтись… Впрочем, Ханс в любом случае собирался побывать на планете - новый мир нужно почувствовать, а этого не сделаешь, находясь в космосе.