Дэн Абнетт - Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I

Он выстрелил. Пуля ударила за мгновение до того, как Грульгор спустил курок. Короткоствольный пистолет был настолько маломощным, что его пуля лишь царапнула металл тяжелого болт-пистолета, но этого оказалось достаточно, чтобы сбить прицел командора.

Болт из пистолета Грульгора прошел на волосок от головы Гарро.

Грульгор отреагировал с немыслимой быстротой и с разворота метнул в денщика боевой нож. Клинок космодесантника по самую рукоять вонзился в грудь Калеба, а сила удара отбросила его на один из пультов управления оружейной палубы. На все это, начиная с выстрела денщика, потребовалось меньше секунды.

Кровь хлынула в горло Калеба, заполнила рот, просочилась в легкие, а в этот момент послышался еще один звук — отрывистый звонкий треск разбитого стекла.

Затуманенный взгляд Калеба отыскал тонкую струйку темного тумана, со злобным шипением поднимавшуюся над треснувшей колбой.

— Колба! — закричал Войен, отскакивая от своего противника.

Болт неудачного выстрела Грульгора вскользь задел хрупкий сосуд, и на стеклянной сфере образовалась паутина трещин.

— Уходим! — скомандовал он и потянул за собой Сендека.

Черный газ превращался в медленно поднимавшуюся зловещую пелену, звенящую, словно рой злобных насекомых. Грузчики, стоявшие ближе всех, уже начали раздирать ногтями незащищенную кожу, многих стало тошнить. Еще несколько секунд, и страшная дымка расползется по всей палубе.

Гарро поспешно окинул взглядом помещение и отыскал Калеба. Денщик, с кровавой пеной вокруг рта, не отрываясь смотрел на него.

— Господин! — закричал он, несмотря на клокотавшую в горле кровь. — Перед вами великая цель! Такова воля Бога-Императора! — Денщик, тяжело дыша, оперся на пульт. — Его рука коснулась вас! Император защитит!

Гарро, предупреждая Калеба об опасности, махнул ему рукой, но тот собрал последние силы и нажал кнопку аварийной защиты.

Под стальным потолком взвыли сирены, завертелись огромные шестерни, и толстые железные пластины стали опускаться к выемкам в полу. Гарро в броске пролетел под опускающейся заслонкой и по инерции прокатился к тому месту, где уже стояли Сендек и Войен. Один из людей Грульгора, воин по имени Мокир, тотчас бросился вслед за Гарро. Он опоздал на долю секунды, и под заслонкой прошла только верхняя часть туловища. Железная стена, словно массивная гильотина, обрушилась на космодесантника и рассекла его пополам, ломая керамит и кости.

Сердце Гарро билось о стенки грудной клетки, мощными ударами толкалось в горло. Фантомная боль терзала несуществующую ногу.

— Противовзрывной щит, — проронил Сендек и тяжело сглотнул.

Войен кивнул:

— Он спас наши жизни. Заслонка не пропустит вирус. Этот маленький человек пожертвовал собой ради нас и всего корабля.

Скрежет металла постепенно уменьшился, щит встал на место, и все замерло. Гарро поднялся, подошел к заслонке и приложил к ней руку. Металл оказался теплым, как свежая кровь: возможно, от начавшего в отсеке гниения уже поднялась температура. Он попытался выбросить из головы мысли о том, что происходит внутри, о разлагающихся телах, о вываливающихся внутренностях и потоках гноя. Попытался, но не смог.

Слова Калеба продолжали сверлить мозг. Теперь ему стало ясно, что голос, говоривший об Императоре и божественности во время исцеляющей комы, принадлежал Калебу. И вот верный слуга отдал свою жизнь в обмен на спасение господина.

— Передо мной великая цель, — пробормотал Гарро. — Какая цель?

— Сэр? — Подошедший Сендек был вынужден почти кричать, чтобы быть услышанным сквозь вой сирен. — Что ты сказал?

Гарро повернулся спиной к щиту.

— Очистить этот отсек! Скажи Гарье выпустить воздух в открытый космос. «Истребитель жизни» доберется до каждого контейнера и выпустит весь запас, но он не может существовать без атмосферы. Я хочу освободить от него корабль!

Войен кивнул.

— А тела, капитан? Они будут разлагаться, и…

— Оставь их, — бросил Гарро, едва сдерживаясь. — Нам надо двигаться быстрее, а не то мы к ним присоединимся. — Капитан угрюмо вернул Вольнолюбца в ножны. — Смерть собрала первую жатву.

На «Эйзенштейне», как и на «Стойкости», имелась своя обсерватория, расположенная в верхней части корпуса, перед самым капитанским мостиком фрегата. Но конечно, она была не такой большой, а когда в ней собрались несколько высоких и широкоплечих космодесантников, показалась совсем маленькой. Входные створки раздвинулись и впустили еще двух Гвардейцев Смерти, и при взгляде на них Дециус поморщился. Апотекарий Войен вошел в зал вместе с Сендеком, и выражение их лиц заставило Дециуса удержаться от слов. Он только оглянулся на сержанта Хакура, стоявшего поодаль с воинами своего отделения, и увидел, что старина Андус настроен не более оптимистично, чем вновь прибывшие.

— Мерик, что происходит? — спросил ветеран. — Мне срочно приказывают все бросить и отправляться сюда, никто ничего не говорит, а тем временем я слышу отдаленный вой сирен и обрывки матросских сплетен о выстрелах и взрывах.

— Не было никаких взрывов, — мрачно произнес Сендек.

— А где капитан? — спросил Дециус.

— Он будет здесь через минуту, — ответил Войен. — Пошел позвать кое-кого еще.

Очередной уклончивый ответ не удовлетворил Дециуса.

— Пока я был на мостике, с артиллерийской палубы поступил сигнал пожарной тревоги. Целый отсек в середине был заблокирован, значит, как доложил сервитор-контроллер, выведены из строя четыре пушечные установки. А потом я слышу тебя на вокс-канале с требованием провести там декомпрессию. Что произошло внизу? — Он повернулся к апотекарию. — Сначала ложа, потом Тарвиц, теперь еще и это. Я требую объяснений!

— Капитан все тебе объяснит, — сказал апотекарий.

— А что с Саулом Тарвицем? — вмешался Хакур. — Я слышал, он сейчас должен быть на «Андрониусе».

— Он сейчас в городе Хорале, если не сгорел при спуске на поверхность планеты, — все так же угрюмо пояснил Сендек. — Он нарушил присягу, угнал «Громовой ястреб» и направился к Истваану III. Лорд-командир Эйдолон отдал приказ о его уничтожении.

Изумлению Хакура не было предела.

— Это смехотворно. Ты, вероятно, ошибаешься.

Дециус тряхнул головой:

— Мы все были в рубке. Мы слышали приказ, но Гарро не повиновался. Он позволил Тарвицу бежать. — Молодой космодесантник все еще никак не мог смириться с происходящим, и действия командира сильно подорвали его доверие. — Это мятеж.

— Да, это так.