Дэн Абнетт - Крестовый поход на миры Саббат: Омнибус

Держась ближе друг к другу, семь Призраков пошли по руслу через пожары.

Они одолели не больше сотни метров, когда солдат Куу внезапно предупреждающе поднял руку. Костяшки его пальцев украшали грубые изображения черепов и скрещенных костей.

— Слышите это? — спросил он. — Лазерный огонь!

Выстрелы Корбека прогремели над погрузочной площадкой. Двое инфарди свалились с бортов грузовика. Еще один остался лежать в кузове, уронив ящик, который тащил.

Враги начали отстреливаться почти немедленно, вытаскивая оружие из мешков или хватая прислоненные к стене лазганы. Сверкающие лазерные лучи и жужжащие пули стали лупить по стене укрытия Корбека.

Полковник не отступил. Перепрыгнув через гору камня, он побежал по периметру площадки, стреляя от бедра. Еще один инфарди схватился за горло, опрокинулся навзничь и сполз в кузов одного из грузовиков.

Пуля царапнула Корбека по ноге. Лазерный луч срезал верхний карман штанов.

Он прыгнул в укрытие за колонной.

Стало неприятно тихо. В пропахший гарью воздух вплелась кисловатая медная вонь лазерных выстрелов.

Корбек лежал, пытаясь успокоить дыхание. Он слышал, как движутся вокруг враги. Один из инфарди обошел колонну, и полковник выстрелил ему прямо в лицо. В ответ по колонне ударил залп, и танитец пополз по каменному проходу. Деревянные панели на стенах разлетались в щепки и горели в воздухе.

Слева обнаружилась дверь. Корбек перекатился к ней и вскочил на ноги. Руки у него тряслись. В груди болело так сильно, что он едва мог думать о чем-то еще.

Помещение оказалось подобием кабинета. Здесь имелись полки для книг и большой письменный стол с отделениями. Пол завален листами бумаги, некоторые дрожали от сквозняка, врывавшегося в маленькое разбитое окно, что располагалось высоко в дальней стене.

Выхода отсюда не было. В это окно можно было просунуть разве что кулак.

— Фес меня раздери… — пробормотал Корбек, проводя рукой по щетине. Он перевернул тяжелый стол и скорчился за ним, положив оружие на край и целясь в дверь.

Батарея лазгана была полна всего на треть. Это было старое, видавшее виды оружие имперского образца, с дугообразной металлической скобой, скреплявшей приклад. Эта скоба упиралась Корбеку прямо в ключицу, но он справился, вспомнив все, чему учил его снайпер Ларкин.

Фигура в зеленой шелковой робе промелькнула мимо двери, слишком быстро, чтобы Корбек успел сделать точный выстрел. Луч угодил в дальнюю стену. Еще один враг мелькнул у проема, выстрелив из мелкокалиберного пистолета. Пули прошли высоко над головой полковника и попали в книжную полку. Корбек сделал лишь один выстрел в грудь инфарди, и того отшвырнуло прочь.

— Не на того напали, ублюдки! — взревел полковник. — Надо было прикончить меня, когда у вас была возможность! Я снесу башку любому, кто сунется в эту дверь!

«Надеюсь, у них нет гранат», — подумал он.

Еще один инфарди нырнул в проход, дважды выстрелил из лазгана и отпрыгнул обратно. Недостаточно быстро. Выстрел Корбека не прикончил его, но попал в руку. Полковник услышал вопль.

Теперь из-за косяка высунулся ствол лазгана, из которого принялись стрелять вслепую. Два выстрела пришлись в край столешницы, и Корбек пригнулся за импровизированной баррикадой. Он выстрелил в ответ, и вражеский лазган исчез.

Но теперь он почувствовал кое-что новенькое. Едкую химическую вонь.

Жидкий прометий.

Инфарди притащили огнемет.

Гол Колеа щелкнул пальцами и трижды быстро махнул рукой. Маквеннер, Харджеон и Халлер быстро перебежали вправо, вдоль лавки каменщика. Домор, Раффлан и Гаронд метнулись к зиявшей дыре прохода на погрузочную площадку, ведущей на узкую заднюю улочку. Куу направился вперед, прыгнул на край бадьи под водосточной трубой и по ней перебрался на покатую крышу.

Колеа с Дорденом последовали за солдатами. Треск лазерного огня и частые выстрелы внутри здания были слышны даже сквозь рев надвигавшейся танковой атаки со стороны холма, оставшегося за спинами гвардейцев.

Домор, Раффлан и Гаронд ворвались в двери, открывая огонь. Они столкнулись с полудюжиной инфарди, удивленно обернувшихся навстречу смерти.

Маквеннер, Харджеон и Халлер проломились через большие окна со свинцовыми переплетами и выстрелами срезали трех инфарди.

Куу устроился на крыше у слухового окна и начал одну за одной снимать цели внизу.

Колеа прошел через боковую дверь, дважды выстрелив в инфарди, попытавшегося сбежать этим путем.

Дорден с благоговейным ужасом наблюдал за слаженной работой Призраков. Это была ошеломляющая демонстрация отточенности действий, которой славился Танитский Первый-и-Единственный.

Зажатые сразу с трех сторон, враги паниковали и гибли один за другим. Стоявший здесь грузовик завелся и, буксуя тяжелыми колесами, начал выбираться с площадки. Домор и Раффлан перекрыли ему путь, выстрелами из лазганов изрешетив кабину. Гаронд обстрелял грузовик сбоку.

Дыры с рваными краями украсили корпус. Ветровое стекло разлетелось вдребезги. Грузовик пьяно вильнул, сшиб штабель ящиков, ожидавших погрузки, и с тошнотворным хрустом проехался по скорченные трупам двух инфарди.

В самый последний момент Раффлан и Домор отскочили в стороны. Грузовик на полном ходу вылетел на боковую улочку и врезался в стену противоположного здания, обломки которого погребли его под собой.

Раффлан и Домор вернулись на площадку, присоединившись к Гаронду, а затем к Колеа и Дордену. Солдаты передвигались плотной группой, простреливая места, где дым блокировал видимость.

Дорден почувствовал, как бешено бьется сердце. Он ощущал себя уязвимым, но исполненным ликования. Быть частью всего этого… Смерть была несчастьем, а война — жестокой работой, но было и что-то иное. Удовольствие оказалось столь острым и так тесно сплетенным с ужасами, к которым он питал искреннее отвращение… Медик почувствовал себя виноватым за испытанные эмоции. В такие моменты он понимал, почему человечество ведет войны и почему превыше всех прочих своих представителей оно прославляет воинов. В такое время Дорден даже мог понять самого Гаунта. Видеть, как хорошо тренированные люди, такие, как отряд Колеа, побеждают превосходящие вражеские силы, причем так искусно и смело…

— Проверь второй грузовик! — рявкнул Колеа, и Раффлан свернул, выполняя приказ.

Домор прошел вперед, чтобы проверить узкий проход.

— Огнемет! — крикнул он, отпрыгивая назад, и в это мгновение из проулка с ревом вырвалась струя пламени.

Колеа толкнул Дордена в укрытие и нажал на бусину вокса.