Дэн Абнетт - Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том II
Ему надоело быть здесь одному, но Кроагер налаживал связь со своим гранд-батальоном, Форрикс совещался с примархом, а мостик требовал присутствия хотя бы одного из Трезубца. Корабль удерживал на курсе капитан — механический гибрид по имени Бадет Ворт. Его тело было практически полностью встроено в алтарь, из которого капитан и осуществлял управление. Проигнорировав нескончаемый поток поправок к курсу, который исходил от Ворта, Фальк вновь зашагал по палубе, не в силах не смотреть на бурлящие миазмы всполохов, на этот вечный круговорот энергии, что буйствовал за хрупкой преградой защитных полей, окружавших корабль.
То и дело в этом вихре появлялись и исчезали контуры — лиц, глаз, тысяч других фрагментов человеческих обличий. Случайные, призрачные образы, ибо варп был царством иллюзии, малопонятным пространством предательских изменений, где вещи были не тем, чем казались, и где ничему нельзя было верить.
Во время полетов в варпе обычной практикой считалось держать оккулус закрытым, изолируя мостик от безумия снаружи; Фальк же, учитывая, насколько безопасным оказался их курс, приказал оставить заслонки открытыми. Мерцающие глянцевые цвета, окрасившие мостик, чудесные спирали света таких оттенков, которым он и названий подобрать не мог, были приятным контрастом блеклой функциональности корабельного интерьера.
Фальк остановился в центре мостика и, окруженный бормотанием сервиторов, бинарным шепотом и лязганьем катушек в вычислительных машинах, всмотрелся в глубины шторма. Словно почувствовав его взгляд, течения, омывавшие корабль, свились в новые, еще более прихотливые узоры. Изгибы и линии пересекались под случайными углами, складываясь в беспорядочную геометрию. Сами по себе они не имели смысла, но стоило Фальку приглядеться пристальнее, как в их соединении забрезжила какая-то закономерность.
Вихри света и тьмы вначале казались совершенно хаотичными, но затем Фальк увидел в них мимолетный образ — ухмыляющееся лицо. Череп, похожий на тот, что украшал наплечники его доспеха. Стоило ему моргнуть — и образ пропал. Во рту у Фалька пересохло; он даже не знал толком, что именно увидел.
И увидел ли вообще что-нибудь.
Он не отрывал взгляда от того бурлящего района варпа, в котором, как ему казалось, видел череп, но изгибы, линии и углы никак не хотели складываться во что-то осмысленное. Тогда Фальк посмотрел на железную стену мостика: царапины, потертости и микротрещины в изношенном металле обрели под его взглядом иллюзию движения, и фрактальный рисунок поверхностных дефектов стал четче, образуя тот же череп, что явился из глубин варпа.
Фальк скрипнул зубами и отвернулся.
Он снова увидел череп в перекрещивающихся линиях решетчатых ферм. Вмятины на коже его перчаток превратились в пустые глазницы, которые рассматривали его со странным, навязчивым вниманием. Однажды увидев этот череп, его нельзя было развидеть, и Фальк с нарастающим чувством паники заметил, что потертости на железных плитах палубы и черно-желтые шевроны складываются во все тот же оскал скелета. Он постарался успокоиться и дышать ровнее: варп мог обманывать рассудок, мог, в силу своих неведомых законов, изменить человеческое восприятие реальности.
— Изолировать мостик, — приказал Фальк. — Опустить заслонки.
Заслонки со скрежетом сомкнулись, но Фальк, прищурив глаза, вдруг вскинул руку: он увидел яркую вспышку искусственного света, которая подобно новорожденной звезде загорелась прямо по курсу «Железной крови».
— Стойте. Открыть заслонки.
С протестующим стоном затворы поднялись. Раздался сигнал обнаружения, и Фальк направился к терминалу сюрвейеров. Просмотрел данные с носового ауспекса — и почувствовал, как нарастает внутри радостное возбуждение.
— Лорд Пертурабо? — сказал Фальк, прижав палец к горжету. — Мы здесь не одни.
— Во имя примарха, что это было? — спросил Кадм Тиро, направляясь к посту, который обычно занимал фратер Таматика, но сейчас на его месте был Сабик Велунд.
Велунд тоже хотел бы знать ответ на этот вопрос. На экране в стальном корпусе один за другим загорались красные огоньки, и каждый означал, что из строя вышла какая-то жизненно важная система.
— Точно не знаю, капитан. Внутренние контуры двигателей зарегистрировали критический выброс мощности реактора и автоматически запустили протоколы сброса. Почти все системы корабля отключены до тех пор, пока энергетические уровни не опустятся до безопасных пределов.
— Откуда взялся этот выброс?
Велунд просмотрел данные по двигателям за последние пятнадцать минут: показатели мощности намного превышали норму, которая полагалась «Сизифею» на текущей скорости. Во время тонких маневров на Нижних путях внутренний контур каждого двигателя работал с сильно уменьшенной производительностью, но и в этих условиях энергия вырабатывалась колоссальная. Тяжелое и неотвратимое предчувствие подсказывало Велунду, куда эта энергия могла перенаправляться.
— Таматика, ты идиот, — сказал он.
— Что? — воскликнул Тиро в бешенстве, заставившем его орла вспорхнуть. — Что еще натворил этот проклятый маньяк?
— Думаю, фратер попытался во второй раз запустить свой термический направленный дислокатор. Он сказал, что нужны генераторы помощнее, и, судя по всему, ради этого он направил энергию двигателей в лабораториум.
— Таматика! — взревел Тиро по корабельному воксу. — Что ты сделал с моим кораблем? Немедленно иди сюда, чтобы я мог тебя прибить!
Отвечать ему не собирались, так что Тиро вновь накинулся на Велунда. С гудением включилось аварийное освещение, и мостик погрузился в красные сумерки. Велунд склонился над пультом, собирая все доступные ему данные. Он отметил, как изящно Таматика скрыл перекачку энергии из реакторов, как он накапливал нарастающую по экспоненте мощность, и какой катастрофой стал отвод этой энергии после завершения эксперимента.
— Что он с нами сделал? — спросил Сайбус, как раз пытавшийся восстановить орудийные системы корабля. — Я не могу подать энергию к артиллерийским батареям.
— Протоколы сброса все отключили, — ответил Велунд, глядя на обнуленные показатели на пульте. — Мы полностью потеряли ход.
— Да я с него за это голову сниму, — пообещал Тиро.
— Это еще не все, — сказал Велунд. — И продолжение вам не понравится.
— Что?
— Сбросить столько электромагнитной энергии в вакуум — это все равно что зажечь сигнальный огонь. Любой корабль в радиусе ста световых лет скорее всего нас заметил.
— Предатели? Они узнают, что мы здесь?