Борис Иванов - Ночь Пса
– Если вы, комиссар, по-умному протокол заделаете...
– Султан, мы будем торговаться, или мы будем говорить? – жестко спросил Старинов и аккуратно взял со стула шокер. Просто так. Повертел машинку в руках и положил на место.
Султан нервно облизнулся.
– Магир приказал, чтобы... – торопливо путая и глотая слова, начал колоться он, – чтобы, ну срочно выяснить... Ну тип, оказывается, встречался со Счастливчиком... С Тони Пайпером... В смысле – Фотограф... В городе. Пару часов назад. Латыш видел... Он было за ним пошел – за Счастливчиком... Но у того на хвосте кадры от Кобры сидели... В смысле – люди Саррота... И они Латыша отшили... Глаз ему еще попортили... И Магир велел...
– Магир велел, – определил Старинов. – Ты сделал...
– Я... Как Бог свят – я не!... Это Меченый допрашивал! Я – на стреме только...
Неподвижный до этого Пер быстро, без размаха двинул Султана в челюсть.
– Я видел: как ты был на стреме... – подчеркнуто спокойно объяснил он.
Роше повернулся к нему, но ограничился осуждающим взглядом.
Потом поторопил Султана:
– Ну и что же вы дознались от Фотографа?
– Я не... – тут Султан выплюнул второй зуб и опасливо зыркнул на Пера. – Одним шловом – Нора...
Фотографу Фюнф координаты швоей Норы оштавил... Фотограф шказал – блуждающей: какой-то норы... Где он Гостя прячет...
– Merde!!! – Роше поперхнулся своей трубкой. – Где это?! Говори!
– Н-на Терми-ми-н-нале... – в дополнение к благоприобретенной шепелявости, речь Султана обогатилась нервической икотой.
Закладывать боссов – дело нелегкое.
– Т-там – в камере х-хранения...
– Они что – Гостя прячут в камере хранения? – уточнил Каспер.
– И-идиот он у вас, комишшар... – преодолел очередной приступ икоты Султан. – Там, в яшейке пятьшот двадшать, под шифром... Ш-шерт, не помню... Все равно, Щ-щастливчик оттуда уже вше ушпел жабрать... Там дожна была быть папка, а в ней – карта, схемы, пароли... Все равно, Щ-щастливчик уже вше жабрал... А у него на хвоште – люди Шаррота...
– Джон, – повернулся Роше к своему помощнику. – Заканчивайте здесь. Этого – врачам, того – на Козырную. Потом присоединяйтесь к основной группе. Эй, Сэм, – окликнул он Филдинга. Спускайтесь с ним, – он кивнул на Густавссона, – к машине. Мы с агентом сейчас тронемся в город.
Он поднял глаза на Кима и вздохнул.
– Проверим Терминал, – пожал тот плечами. – Хотя это, конечно – дохлый номер...
* * *– Зачем вы везете меня туда? – спросил Рамон того, кто сидел справа от него.
Теперь это был вовсе не верный советник Конрад. Он был как-то непривычно угловат и матово бледен – этот его спутник. Также, как и другие трое, сидевшие в салоне. И тот, что был за рулем.
– Достаточно того, что мои люди будут там. Их больше дюжины в двух машинах...
– Надо ускорить события, – как-то неточно подбирая слова и интонацию, ответил странный спутник. – Твои люди слишком часто проваливают дело. Надо, чтобы ты поработал сам.
И мы будем работать сами... Теперь мы точно знаем, где хотят спрятать Гостя...
– Откуда вы знаете это, если даже я?... – начал Рамон.
– Он стал... разговаривать со своим Псом... – все так же косноязычно стал объяснять его спутник.
– Так они нашли друг друга?
– Нет... Они разговаривают... издалека... Так, как они это делают там, на Чуре... Мы... мы хорошо знаем это – как они это делают... Умеем прочитать... Они отправляются в такое место, где мы очень легко получим Гостя себе. Это – очень большое совпадение...
– Совпадения – очень опасная вещь... – вздохнул Рамон.
* * *Теперь они были вместе – все шесть комков голубого, фосфоресцирующего меха – если странную субстанцию, из которой Бог или Дьявол сотворили эти существа, можно было назвать мехом. Скорее, это было что-то из разряда гибридов между нежнейшей молодой плесенью и волокнистыми лучами света гнилушек в тумане. И все это в сочетании с огромными – тоже слегка светящимися – глазами, пронзительными и совершенно чуждыми всему земному. Харру стало не по себе. И недаром.
С ними что-то явно происходило – с этими малышами – с того самого момента, как они оказались вместе. Тихое пощебетывание, которое испускал то один, то другой из них, пока Харр стаскивал их по-одиночке в этот теплый и сравнительно чистый подвал, стало странным пульсирующим хором, зазвучавшим в такт с каким-то внутренним ритмом, который индуцировало в сознании Харра их общее сознание. И из неразумных, полуголодных крох они вдруг перевоплотились в сонм странных демонов – древних и мудрых, дявольски целеустремленных...
Харра вовсе не удивило, когда все они, словно зачаровывая друг друга, завели по темному подземелью жутковатый призрачный хоровод, а затем, словно подхваченные незримым потоком нездешнего какого-то ветра, торопливой, мерцающей вереницей унеслись во тьму. Он и сам устремился за этой стайкой призраков... Впервые за много-много лет он ощутил себя чем-то невероятно тяжелым и неуклюжим. Впервые он ощущал потребность подчиниться чему-то, кроме Закона Стаи... И только когда мерцающая вереница пошла выписывать в темных буераках круг за кругом, он понял, зачем он здесь. Демоны призрачного света хотели, чтобы он повел их, защитил в пути...
* * *– Там – у Фотографа – я не имел возможности представить вас друг другу... – извиняющимся тоном начал Ким, занимая место за рулем. – Но, кажется, в этом уже нет необходимости...
– Так это и есть тот самый страшно секретный тип, из-за которого вы поцапались с майором Свирским? – констатировал Роше, с некоторым неодобрением разглядывая Пера.
Потом выпустил в пространство едкий клуб дыма, снова воткнул трубку под усы и полез в кар.
– Доктор Пер Густавссон – будьте знакомы, – Ким приоткрыл дверцу кара, помогая Перу занять место рядом с комиссаром.
Сам сел за руль. Тронул кар и неторовливо повел машину по Бульварному кольцу.
Роше представился, приподняв шляпу и умудрившись не вынимать трубку изо рта. Подумав, шляпу он не стал возвращать на голову, а пристроил у заднего стекла.
– Как я понимаю, у вас есть что-то новое, господа? – сразу перешел к делу Пер. – Кроме того, что... имело место быть?
– Во-первых, что нового у вас? – осведомился Ким.
– Я оставляю знаки. И ищу их...
Пер потер лоб.
– Пока – как я понимаю – безрезультатно, – мрачно предположил Роше. – Это все, что вы делаете?
– Не совсем... – Пер пожал плечами. – Один из оставленных мной знаков был считан. Как я понимаю, Псом... Но ответа на вызов я не получил... К сожалению, почти утратил способность воспринимать подпороговый звук – на аккордах и гармониках... Но кое-что улавливаю. И нет подходящих генераторов...