Хищные мужья для невезучей. Академия Псиоников - Кира Иствуд

Ох… Хотя день был сложный, но столько побед! И главное — теперь маршалы уверены, что мой уровень совсем слабый. Значит, перестанут меня преследовать. Всё налаживается. Всё будет хорошо. ***

Я засела за учёбу. Несмотря на сложные задания, хорошее настроение не покидало меня весь остаток вечера. И даже когда я ложилась спать, на душе было светло.

А потом, когда я снова открыла глаза…

То забыла, как дышать!

Сумрак разгоняла неоновая подсветка. Меня окружали лаконичные стены космического крейсера. Из окна открывался вид на космос. Я снова была во сне… В той самой каюте, что привиделась мне прошлой ночью! Лежала на той самой кровати — просторной, с белыми простынями и металлическими стойками.

Мамочки!

Но это невозможно!

Настойка для попадания в чужие сны была одноразовая! И всё же… Это вновь был сон маршалов. Хотя я легла спать в обычной пижаме — на мне вновь была алая кружевная сорочка. Рыжие изменённые в прошлый раз волосы разметались по плечам. Я прикоснулась пальцами к лицу: фух!..оно тоже было изменено.

Но космос великий, мне надо было выбираться отсюда и поскорее!

Я успела только сесть на кровати, как вдруг с двух сторон от меня материализовались маршалы.

Оберон справа. И Сайрос слева

Я даже ойкнуть не успела, а мои лодыжки уже оплели хвосты.

— Я же говорил, что получится, — довольно рыкнул Оберон, приподнимаясь на локте.

— Это приятный ночной бонус, — усмехнулся Сайрос, садясь и укладывая меня за плечи обратно на подушки. — Ну что, шпионка, по-хорошему расскажешь кто ты?

— Или по-плохому? — хмыкнул Оберон, сверкнув золотыми глазами.

Майя

Нет-нет-нет!

Я снова здесь — на этом незнакомом крейсере! В постели! С двумя шиарийцами!

Где я просчиталась?!

Как теперь себя не выдать?

Как спастись?

— Сейчас будет жёсткий разговор, шпионочка. Мы давали тебе шанс… — рычит черноволосый Оберон, протягивая руку к моей щеке. Я зажмуриваюсь в ожидании пощёчины, или… сама не знаю чего!

Но лишь вздрагиваю, когда рука маршала ласково касается моей кожи, поглаживает пальцами, нежно берёт за подбородок.

— Откройте глаза, виана-адептка, — мурлыкает Сайрос, нависший симметрично брату, но с другой стороны, и я практически уверена: это именно его рука сейчас ласково, но как-то… жадно оглаживает мне живот и талию, сминая алый шёлк сорочки.

Я пытаюсь удержать её, чтобы не задиралась — но это задача не из лёгких.

А потом в шоке распахиваю глаза! Как он меня назвал?! Виана-адептка?!

— А ты был прав, Сайрос, — мягко смеётся Оберон, продолжая поглаживать моё лицо, и вдруг сжимает мой подбородок чуть жестче, вынуждает посмотреть в его глаза, — благодарю вас, Виана-адептка. Это была очень красноречивая реакция.

— Н-нет… я не… какая ещё адептка?! — зачем-то вступаю в дискуссию.

Что хорошо, голос у меня звучит здесь иначе, по нему меня не узнают, а впрочем… Лучше бы всё-равно говорить поменьше. Ведь объективно понимаю: переиграть маршалов — невыполнимая задача. А прикосновения шиарийцев… Ох, это, конечно, сон и не по-настоящему, но моё тело так живо отзывается на их мимолётную суровую ласку — что я прилагаю сверхусилие, чтобы продолжить думать головой.

Теперь смеётся Сайрос, одновременно припадает к моей шее. И его смех переходит в страстные животные вдохи. Он принюхивается. Он жадно касается моей кожи горячим языком, целует, медленно покусывает.

За лоном уже свернулся горячий узел. Я бы уже давно поддалась инстинктам самки — но ужас перед шиарийцами, страх расправы, и постоянное мысленное напоминание: вся их нежность обманчива (и вообще, я люблю другого!!!) — это кое-как держит меня на плаву.

— Милая наивная девочка… — выдыхает мне в шею Сайрос, — ума не приложу, как ты всё это провернула. Жаль что оказалась шпионкой… Так не хочется пытать тебя… и казнить.

Я леденею.

А светловолосый шиариец продолжает:

— … хотя нет… пытать тебя хочу невыносимо.

— Мы оба хотим, — хрипло шепчет Оберон, проводя горячими пальцами по моим губам, заставляя их чуть размокнуть, — это будет сладкая пытка, виана-адептка Академии Псиоников. А вот про казнь… ещё можно подискутировать… Попробуете нас убедить?

Я задрожала. Сердце заколотилось. Но к своему стыду — не только страха. Серебристый хвост Сайроса как бы невзначай пополз по моей ноге вверх и уже касался внутренней поверхности бедра!

Я невольно попыталась свести ноги и оттолкнуть Сайроса. Но это было всё равно что пытаться сдвинуть гору. И вместо нужного эффекта я лишь ощутила насколько твёрдые мышцы у шиарийца под облегающей космийкой.

Тем временем чёрный хвост Оберона мягко удержал мою второю ногу. И так вышло я в итоге осталась лежать с разведёнными ногами.

— Пожалуйста… — прошептала я.

— Скажи с какого ты курса.

Я отрицательно замотала головой.

— Тогда придётся продолжить.

— Не надо! Я не хочу… — Голос у меня был задушенный. Срывающийся.

— Разве? — вопросительно изогнул безупречную чёрную бровь Оберон и провёл ладонью по моему голому бедру, скользнул горячими пальцами на внутреннюю часть, вызвав чувственную дрожь. Ухмыльнулся, показав удлинённые клыки: — А вот твой запах говорит о том, что ты жаждешь продолжения, малышка.

“Вы не можете слышать мой запах!” — едва не выкрикнула я, но прикусила язык. Должно быть во сне именно мой настоящий запах они и чувствуют!

Мамочки! Когда вернусь из этого безумного сна, придётся быть ещё осторожнее!

Иначе…

А что “иначе” я не знала. Потому что мыслить разумно вообще не получалось. Оберон ласкал мои бёдра, а Сайрос целовал шею и сжимал грудь в горячих больших ладонях. Моё тело предавало, выгибаясь навстречу ласке. Я вцепилась пальцами в простыню, чтобы хоть как-то удержать себя на месте.

— Вы пахнете идеально, виана-адептка, — мурлыкнул Сайрос, отлипая от моей шеи. Глаза его горели золотыми факелами. В них бушевало желание. Этот шиарийский маршал, представитель альфа-расы, как будто не издевался надо мной — а правда хотел меня.

— Хотите, чтобы я прекратил? — прорычал он.

Нет! — завопило нечто внутри меня.

— Да! — крикнула я.

— Скажешь своё имя?

Я лишь закусила губу, и задрожала, когда Сайрос соблазнительно ухмыльнулся и двинулся по моему телу вниз, лаская пальцами грудь и покрывая частыми колкими поцелуями кожу. Каждый из них — был словно короткий электрический разряд. И отзывался тугим удовольствием между ног — мышцы невольно сжимались.

“Это сон! Сон-сон-сон!” — повторяла я себе.

Но чувствовала себя так… неловко! Мамочки, как же стыдно! Но при этом — на удивление естественно. А если хоть на секунду расслабиться — то и безумно приятно.