Александр Зорич - Пилот особого назначения

Через три дня сеньор Квартерон был зачислен на службу.

Вскоре начались странности. Хесус стал замечать провалы в памяти. Иногда он не мог вспомнить какой сегодня день, чем именно он занимался вчера и где был. Доктора в голос сказали, что все в полном порядке, просто нужно больше отдыхать.

«Ну сейчас! А кто будет зарабатывать деньги?!»

Примерно через полгода все прекратилось.

«Втянулся в режим», — подумал он и был не вполне прав.

Да, его состояние на языке профессионалов называлось именно так: режим. Но только использование возвратной формы глагола «втянулся» было неправомочно. Втянули — так вернее. Втянули в режим. Уточним: режим ожидания.

Таких как он называли агентами Пси, или «сонными торпедами». И смеялись:

— Почему так? Потому что медленный, но агрессивный! — У всех есть профессиональный юмор, даже у патологоанатомов.

Хотя, надо сказать, «врачи» с уровня 11 орбитальной базы «Тьерра Фуэга» были циничнее любого прозектора раз в сто. Сеньор Квартерон, который был специалистом по взрывчатым веществам и приспособлениям, и очень удачно не имел близких, могущих озаботиться его судьбой, в первый же месяц сел на весьма специфическую дыхательную диету.

В его каюте распыляли пентадотоксин из группы запрещенных нейроморферов. Потом были некоторые интересные процедуры под гипноизлучателем с инъекциями других, но не менее запрещенных токсинов. Процедур он не помнил, откуда и провалы в памяти.

Когда Хесус втянулся в режим, его сознание было заряжено смертоносной начинкой, которая активировалась двумя фразами. Первая — «готовность», вторая — «исполнение».

Внешне все было лучше не придумаешь.

Счет в банке округлялся с запланированной скоростью.

А в 2621 году ему предложили пройти стажировку на флоте в крепости «Амазония». Совсем рядом, на той же орбите, да и полный оклад сохранялся, плюс премии, плюс повышение разрядности, плюс все, что заработает у военных.

И Хесус согласился, ничуть не удивившись, чему он вообще может научиться в этой глухой галактической заднице! К тому времени, наш герой вообще ничему не удивлялся. И вопросов не задавал.

Надо ли говорить, что гарнизонное начальство согласилось принять такого классного спеца, подвывая от радости!

Три «Кассиопеи-Е» стояли на палубе в полной готовности к вылету.

Полной? Что-то вроде этого.

Оставались мелочи: принять жидкое топливо и дождаться парома. Гелий-3 для ТЯРД[4] заправлен, аппаратура смонтирована…

Еще, правда, нужно было подвесить в оружейные отсеки нестандартные модули с ПУ на четыре «Мартеля», но это заботы местных техников.

А вот, кстати, и они — шагающая ТЗМ с тремя контейнерами — под одному на флуггер. Позади заряжающей машины вспыхивали оранжевые проблесковые маяки, а в воздухе повис тревожный рев — это ехала вереница заправщиков.

Значит, конец работе! Скоро начнется служба (техническая разведка в космосе — ответственная да и опасная штука), а вот утомительной работе — конец.

Вся разведгруппа расслабленно слонялась по палубе. Шесть пилотов и дюжина операторов (радарные комплексы, СР-сканеры, БПКА, связь — на одной «Кассиопее» смонтировали миниатюрный Х-передатчик всего двадцати тонн весом).

Легко догадаться, что всеобщее внимание приковал к себе роскошный черный «Хинете» с эмблемой «Эрмандады» на киле.

— Какое у него ускорение, вот интересно?

— Откуда я знаю?

— Ну ты же пилот!

— Чудак человек! Где?

— Что «где»?

— Ускоряться ты где собрался? В космосе? В атмосфере? Какой атмосфере? Какая гравитация планеты? Погодные условия? Взлетаешь ты или пикируешь? Что ты узнать-то хотел?

— Во зануда!

— И не говори!

— Академик хренов, это называется «удельный импульс двигателя»! Ты вообще чему учился в своей академии?!

— СР-сканированию, вообще-то.

— Сколько такая штука стоит, вот что интересно?

— Пятьсот тысяч в стандартной комплектации, я узнавал. Только у этого комплектация явно нестандартная. Видишь, фрагмент днища выдвигается на палубу вместе с салоном? Ну, чтобы пассажиры ноженьки не натрудили? Это вообще только на заказ делают, «Хинете» Х-5! В серии таких нет.

— Ах-х-хренеть!

— Там не серия — смех. Полсотни машин в год.

— Красиво жить не запретишь, да!

Нибелунг и Вест в обсуждении принимали участие на «необходимо-достаточном» уровне, чтобы не вызывать подозрений у местных. Их внимание было поглощено окружающим пейзажем, особенно сейчас, когда до отлета оставалось меньше часа.

Например, Нибелунг ухватил взглядом двух эрмандадовцев, которые неспешно шествовали по палубе, направляясь к «Хинете».

— Вест, «безопасность» на три часа, — сказал он в рацию на всякий случай.

— Вижу.

В самом деле, какого лешего «Эрмандаду» принесло в крепость? Это не их территория. На заметку.

— Вон, хозяева идут, — бросил кто-то из скучающих разведчиков.

— Ага, они, — согласились с ним. — Шевроны видал?

— Красивая у них парадка…

— Это повседневка! Ты бы парадку видел! Все в эполетах, аксельбантах, мрак, короче, попугаи!

— А повседневка красивая.

— Факт.

Нибелунг оставил эрмандадовцев с их красивой формой на попечение Веста, тем более что гуляли они с его стороны, а сам сфокусировался на ТЗМках и заправщиках.

Между тем, секуридады прогуливались не спеша с умыслом. Они разглядывали разведгруппу не менее внимательно, чем она их.

— Смотри, — шепнул де Толедо, — видишь двое в монтажных шлемах и комбезах? Это ребята из «Скорцени».

— Ну мастера! — Восхитился второй, пилот Рауль Очоа. — Как загримировались, вообще не узнать!

— Ты уверен, что все сделал верно?

— Просперо…

— Докладывай, ты, убоище!

— Все четко, по инструкции. — Рауль на секунду замер. — Слушай, как-то оно нервно: а если не сработает? Может надо проконтролировать?

— Кого ты проконтролируешь? Если не сработает? Ты собрался схватиться с этими? Проживешь секунд пять, и то много. Так, время! Марш на борт, пора отваливать!

Под брюхами «Кассиопей» копошилась ТЗМ, возле кормы разворачивали топливные штанги заправщиков, а с борта «Хинете» уже запросили взлет. Транспортер, рыча натруженным механизмом, вывел флуггер в шлюз, катапульта пнула его в пространство.

Нибелунг верил полученной подготовке, опыту, но, более всего, интуиции, потому прожил целых десять лет.

В его карьере было чем гордиться. Например, он в одиночку ликвидировал пару умников (какие-то очень ценные ученые — муж с женой), которые инсценировали свою смерть, а сами бежали в Конкордию. Нибелунг перевел их статус-кво к фактическому состоянию прямо на улице Хосрова — клонской столицы. Ножом.