Джек Вэнс - Лампа Ночи

— Хорошо. Но почему-то причудами всегда прикрывается ухудшение, а не что иное, — ворчал Хайлир.

Алтея не обращала внимания.

Нельзя игнорировать традиции. Мы владеем Мерривью уже так долго, что дом стал просто частью нас самих!

— Это ты Кацвольд, а не я, — напоминал Хайлир.

— Да, и потому мне даже страшно подумать, что здесь может жить кто-то, кроме нас.

— Раньше или позже это все равно случится, — пожимал плечами Хайлир. — И никуда от этого не деться, моя дорогая. Ведь даже Джейро не настоящий Кацвольд по крови.

При этих словах Алтея только вздыхала и признавала, что, муж всегда, как водится, прав.

— Но что же нам делать? Переехать в город, где сплошной шум? Да и…. его не продать.

— Да, здесь действительно тихое место, — соглашался тогда Хайлир. — Правда, ходят слухи, что какой-то магнат собирается скупить все земли в этом районе для постройки какого-то развлекательного центра. Не знаю деталей, но если это случится, то мы окажемся в западне. Так что уж лучше бы мы жили где-нибудь в маленькой удобной квартирке неподалеку от института.

— Но, может быть, ничего и не случится. Вспомни, сколько уже было таких разговоров, а все по-прежнему так, как есть. Кроме того, я люблю этот разрушающийся дом, и стану любить его еще больше, если ты укрепишь окна и немножко подкрасишь фасад.

— Я не обладаю такими способностями, — отвечал Хайлир. — Десять лет назад я упал с лестницы, хотя и успел забраться всего лишь на вторую ступеньку…

Словом, Мерривью продолжал жить, как жил, в уединении и… комфорте.

За время своего пребывания в Мерривью Джейро часто уходил обследовать местность позади дома. Поначалу Алтея не разрешала ему ходить так далеко одному, но Хайлир настоял на том, чтобы мальчик гулял, где захочет — естественно, по своей территории: «Что с ним может случиться? Потеряться здесь нельзя, хищников у нас не водится, а джихайлитов [12] мало».

— Он может упасть и повредить себе что-нибудь.

— На него непохоже. Пусть делает, что ему нравится, это повышает самоуважение.

Больше Алтея не протестовала, и Джейро стал бродить, где ему вздумается.

Еще до того, как мать объяснила сыну, откуда произошло название их усадьбы, мальчик уже знал, что Мерривью — это такое сверхъестественное существо невиданной и нежной красоты, похожее на фею, с воздушными волосами и перепонками между пальцев. Если кому-нибудь удавалось поймать мерривью, он мог ущипнуть ее за ушко, и тогда она навсегда оставалась привязанной к тому человеку и служила ему, как рабыня. Сначала Джейро просто верил этой красивой легенде, а потом не видел причин в ней разуверяться. И теперь, гуляя по лесам и лугам, мальчик всегда двигался бесшумно и был настороже.

Южную границу усадьбы Кацвольда составляла цепь холмов, отчасти голых, отчасти покрытых лесом. На середине склона одного из таких холмов на небольшой площадке у ручья под сенью двух огромных смарагдовых деревьев несколько лет назад Джейро построил себе хижину. Тщательно подобранные и скрепленные известкой камни служили стенами, стволы корабельных сосен — балками, а широкие листья сибакса — кровлей. В последний год учебы он даже сделал камин с дымоходом, но неожиданно понял, что хижина маловата, он перерос свою игрушку. Но все же мальчик продолжал приходить сюда, теперь уже не играть, а читать, рисовать на портативном компьютере или делать настоящие акварельки местных пейзажей. А одно время, прочитав странную книжку под названием «Простой и забавный компендиум тысячи и одного узла», тренировался здесь в завязывании декоративных узлов.

Однажды Джейро, как обычно, пришел к хижине и, сев на пол из смарагдового дерева, прислонился спиной к стене, вытянул перед собой сильные загорелые ноги и задумался. На нем были шорты цвета пыли, темно-синяя рубашка, низкие туфли. Книга, которую мальчик взял с собой, и альбом валялись рядом. Он просто сидел и думал о событиях своей странной и беспокойной жизни. Думал о голосе, о психиатрах из Бантон-Хауза, о Фэйтах, уже больше не таких мудрых и непогрешимых. С легкой болью в сердце вспомнил Майхака, так неожиданно покинувшего Галингейл. Впрочем, Джейро не сомневался, что в один прекрасный день снова его увидит — и тогда все объяснится.

Но неожиданно его внимание привлек отдаленный голос, кричавший что-то с чужой стороны холмов. Голос звучал неприятно резко в деревенской тиши, и Джейро с досадой отвлекся от своих грустных мыслей и потянулся к альбому. Мальчик принялся рисовать космическую яхту, одновременно массивную и грациозную, очень смахивавшую на «Фарсан».

Но тут до его ушей донесся новый звук, кто-то карабкался и скользил уже по его склону. Это оказалась девочка — гибкая, подвижная и явно отчаянная, судя по движениям. На ней были темные шорты, полосатая красно-белая футболка с зеленым жакетом и такого же цвета гольфы в комплекте с горными ботинками. Сжав зубы, Джейро не мог не признать в ней Скарлет Хутсенрайтер — тут ошибиться невозможно.

Девочка прыгнула на площадку, перевела дыхание и уставилась на него в упор.

— Выглядишь уж очень спокойным — прямо спишь. Я тебя удивила?

— Даже мне порой бывает нужен отдых, — скривился Джейро.

Скарлет подумала, что, улыбаясь, юный Фэйт выглядит еще привлекательнее. Она глянула на рисунок.

— Что ты рисуешь? Космические корабли? Неужели это единственное, чем занята твоя голова!?

— Я нарисую и тебя, если ты согласишься позировать.

Скарлет надула губки.

— Я надеюсь, в обнаженном виде?

— Было бы хорошо. Но зависит от того, какое впечатление ты хочешь произвести.

— Какая глупость! Я никогда не пытаюсь произвести впечатления! Я, Скарлет Хутсенрайтер — сама по себе впечатление для любого! Так что твое замечание — абсурд.

— Наиболее замечательные идеи всегда поначалу выглядят абсурдно, — усмехнулся Джейро. — Тем более — мои. Что ты здесь делаешь?

Скарлет указала пальчиком на юг.

— Мой отец с Форби Милдуном осматривают «Желтую птичку».

— По какому случаю?

— Отец хочет продать ранчо. Думает заключить хорошую сделку с мистером Милдуном, который на самом деле хитрый, непредсказуемый и, что противней всего, состоит в этой вульгарной Квадратуре Круга.

— Я забыл, что у твоего отца есть собственность.

— Просто у него мало собственности, вот в чем трагедия, — горько сказала Скарлет. Затем девочка упала на траву рядом с Джейро. — А членам Конверта нужны не просто деньги — нужно богатство, чтобы поддерживать свой образ жизни на должном уровне. У меня же этого нет.