Дэвид Дрейк - КРИЗИС ИМПЕРИИ
– Я тот самый Чора Маас, которого вы ищете.
Почему-то Бертингас ожидал, что Маас окажется еще одним опутанным проводами «ледяным овощем». В конце концов Гланвилль назвал его «мой брат». Так, и что теперь ему делать в подобной ситуации? Приказы Селвина Прейза недвусмысленно исключали церниан, и вот теперь один из двух названных Прейзом контактеров был цернианином. Что вообще происходит?
– Прошу, пройдемте внутрь. - Маас поприветствовал их, сомкнув ладони перед грудью, повернулся и провел Тэда и Мору в дом.
Они миновали занавес из темной материи, висевший в дверном проеме. Внутри было темно и тепло, откуда-то доносился мускусный запах инопланетной пищи. Слабый зеленый свет исходил из комков неправильной формы, укрепленных на верхней части стен. Свет мог быть электрической природы, но, скорее всего, имел биологическую природу, и это светились светлячки или какие-нибудь глубоководные рыбы.
Глаза Тэда скоро привыкли к этому освещению, и он увидел, что в хижине посетителей довольно много. Все сидели и молчали. Некоторые из них были цернианами, но присутствовали и представители других рас. Потом Тэд различил в углу хижины несколько сатиров, которые держали за руки двух коуру, потом - элегантного деоорти, который выглядел почти как человек и явно гордился этим, покрытого чешуей биду и одного дервиша, который сидел совершенно неподвижно несколько минут, потом вскакивал, делал три оборота вокруг своей оси и снова садился.
– Итак, чем мы заслужили честь приветствовать вас?
Тэд повернулся к Маасу. Инопланетянин снял очки, и Тэд увидел его глаза. Диаметр зрачков превышал три сантиметра, они слегка светились. А может, это в них отражались светильники. Словно смотришь ночью в глаза кошки. Выводит из равновесия.
– Мы… а-а… то есть я прибыл к вам с предложением. От Бюро коммуникаций.
– Вы набираете силы охраны. И прибыли сюда набрать рекрутов.
– Да, верно. А как вы узнали?
– Вы, несомненно, знаете, советник, что электромагнитный сигнал движется быстрее аэрокара. Мои друзья слушают. Мои друзья разговаривают со мной.
– Мы готовы предложить вам жалованье, которое получают за подобную работу люди, и даем вам право назначать своих офицеров. И - мы уже говорили с Гланвиллем - ветеранам будет предоставлено полное гражданство Пакта, вместе со свободой передвижения, без ограничения места или времени. Если этого можно будет добиться… Но я постараюсь.
Огромные глаза Чоры Мааса внимательно изучали его. На губах цернианина играла легкая улыбка. Тэд почувствовал, как шевельнулась Мора.
– Но для нас это не означает ничего особенного, так?
Бертингас несколько мгновений обдумывал слова Мааса.
– Но я думал… Гражданство, равные с людьми права, отмена запретов - разве это не то, о чем мечтают все инопланетяне?
– Мечты - штука не слишком практичная, сер Бертингас. - Глаза Мааса медленно открылись и закрылись - эквивалент земного пожатия плечами.
– Ну, иногда это так. Но в данном случае, однако…
– Позвольте показать вам пример, иллюстрирующий данный случай. - Маас подвел их к низкому дивану, где сидела старуха-цернианка, лицо которой избороздили глубокие морщины. Руки старухи были сложены на коленях. Если в глазах Мааса играл свет, то ее глаза были невыразительными и тусклыми и походили на черные камешки. - Это Саара. Она тоже с Церны, как и я сам. Когда она была молодой и красивой, она однажды не выполнила какое-то указание надсмотрщика плантации. В качестве наказания он прибег к умеренной форме зерглидерна. Он на три дня отменил ее право носить дымки.
– Дымки? Что это?
– Защита глаз, которую мы, церниане, вынуждены применять на Палаццо или на любой другой планете с нормальным для людей уровнем ультрафиолетового излучения. Через два дня Саара навсегда ослепла.
– Это ужасно. Но она ведь могла…
– Что? Покинуть территорию, к которой привязана запретами? Носить дымки тайно - может быть, ночью? Наложить на себя руки? Выбор был довольно ограниченным.
– Я не могу отрицать существования несправедливости. Однако полное гражданство…
– Я не это хочу сказать, советник. Эта латифундия принадлежит Хайкен Мару, как и многие другие на Палаццо. И по всему Скоплению тоже. Вы можете обещать льготы тем, кто работает на ваш департамент. Пожалуйста. Мы с удовольствием их примем. Но это поможет только незначительной доле процента из числа тех, кто работает на полях. На полях Хайкен Мару. Под управлением надсмотрщиков Хайкен Мару, кому нравится делать такое! - Маас указал на слепую женщину.
– Но существует система правосудия. Можно было подать иск и добиваться справедливости.
– Городское правосудие. Очень далеко. Очень дорого. С отборными юристами Хайкен Мару для защиты надсмотрщика. И если бы Саара проиграла процесс, ночью пришли бы бандиты Хайкен Мару… Не слишком хорошее правосудие.
– Что вы хотите от меня? - спросил Тэд.
Маас отвернулся от старухи и посмотрел Бертингасу в лицо.
– Мы готовы поверить. Мы всегда готовы верить. Молодой человек, как вы полный идей, приходит к нам и говорит о свободе и справедливости. И мы верим. Ненависть не угнездилась в наших сердцах. Мы не закоснели, поэтому мы верим. Но не в этот раз, советник.
– Ну, я бы мог…
– Вы ничего не можете. Это ваше правительство, ваше общество, ваша раса смотрят сквозь пальцы на Хайкен Мару. Вы относитесь к ним снисходительно, потому что не вам приходится с ними сражаться.
– Это не так легко, как вы думаете.
– Нелегко, и никогда не было легко.
– Один я ничего не значу. Хайкен Мару несколько раз пыталась убить меня, потому что я не согласился участвовать в заговоре. Возможно, это делает нас - вас и меня - э-э… братьями.
– Скорее попутчиками.
– Ладно, пусть так. Поэтому я понимаю, что вы чувствуете в отношении Хайкен Мару. Я тоже знаю, как силен этот конгломерат. Один человек или двое никогда не смогут…
– Ваш новый губернатор, Дейдра Салли, - Тэд отметил, что цернианин не сказал «наш губернатор», - по слухам, придерживается старой линии Пакта, когда равенство всех рожденных под звездами было чем-то большим, нежели просто словами. Говорят, что она человек чести…
– Думаю, это так.
– Тогда Хайкен Мару не позволит ей жить слишком долго, правда?
– Ну, это…
– Прочность ее положения вызывает сильные сомнения, советник… Как вы можете убедить поддержать вас? Когда вы сами в бегах и спасаете свою жизнь… И когда само ваше правительство - через несколько недель, в крайнем случае - через несколько месяцев - окажется в руках торгового картеля, который уже держит в своих руках нашу жизнь и смерть. Мы должны быть полными идиотами, чтобы сражаться с этой силой, не так ли?