Юрий Лисецкий - Гастарбайтер

Но у такого человека может попросту не быть денег. Вот на выручку приходит третий вариант. Делясь своими клетками тела с человеком, который заплатил за лечение, пациент получает замещение клетками памяти, но по факту тратит ресурс непрожитых лет, расходует энергию из будущего, образуя там своеобразную яму. Восстановление вполне удовлетворительное. В остатке кому как повезет с точки зрения скорости восстановительных процессов. Получается, что один человек тратит деньги на собственное совершенство, а другой – бесплатно тратит свой жизненный ресурс, получая взамен здоровую голову. Если платят оба, то клетки расходуются равномерно.

В начале работы дела обстояли следующим образом: главный находил пациентов, начиная от наркоманов и заканчивая полными кретинами со свисающими соплями, непроизвольно писающими в штаны, родственники которых согласны платить деньги, и давал подписанное направление в отделение. Свои деньги он получал с услуг в палатах повышенной комфортности. Об остальном интересе в этом деле он не распространялся, но по лицу было видно, что доволен. Кроме того, профессор ему пообещал собственную научную работу в рамках проводимых исследований.

Профессор имел свою тему, ассистентов с их более мелкими темами, учеников, отделение на две царские палаты и много подсобных и функциональных помещений, в том числе и свою комнату отдыха. Чуть больше, но скромнее обставлена была комната отдыха персонала с обязательным буфетом. Все это счастье имело место быть на мои кровные денежные средства.

Весной начали продвигать дело осторожно, но с энтузиазмом. Я альтруизмом не страдаю, поэтому даже за одновременный сеанс для двух человек требую оплату с каждого по отдельности. Если мои подопечные начальники находят клиента, согласного платить двойную цену, то тогда подключаются или пациенты из отделений, или ученики из числа родственников. Кажущаяся аморальность меня не беспокоила, в итоге каждый все равно получал то, что хотел получить. А я оставался с опытом и деньгами.

Две палаты и четыре клиента – это все, что я могу осилить за рабочие сутки, не из железа ведь сделан. И так каждый день от рассвета до заката превратился в большое беличье колесо, отупляющее в своей единообразной сущности. Утром на кушетку ложится подготовленный пациент, предварительно отъевшийся, отмывшийся снаружи и изнутри. Палата готова, дежурный санитар на месте, утки готовы, туалеты свободны, гора овощей, зелени и фруктов на подносе, капельницы в венах. Выращиваю зону контакта у себя и у клиента, кодирую программный комплекс, оставляю зреть. Повторяю все это с другим пациентом, сдвигаю кушетки и даю команду их организмам срастить зоны контакта между собой. Можно подключить и трех клиентов сразу. Теоретически и пять пациентов могут взаимодействовать между собой, но как двигать в таком раскладе кровати пока не придумал.

Что примечательно, тела с таким подходом вступают в контакт с целью сотрудничества, и никакие побочные эффекты и ограничения по типу индивидуальной несовместимости, разных групп крови и резуса, не происходят вообще. Сделал потрясающий вывод, что мало мы в своем невежестве доверяем собственному телу.

Весь лечебный процесс заряжен на пять-шесть рабочих часов, по истечении которых зона контакта размыкается, место контакта рассасывается и закрывается здоровой целой кожей. Пациенты постепенно выходят из экстремального состояния и лихорадочно смотрят в сторону туалета и душа. Во избежание конфузов, в палате два туалета с душем. Перед процедурой их одевают в одноразовое белье, поскольку выделения из кожи мгновенно рождают желание сразу же выбросить эти вонючие тряпки куда подальше.

При подключении к пациенту адепта я вводил еще дополнительно десять учебно-тренировочных минут. Проблема с адептами образовалась по ходу движения процесса. Оказалось, что они были не в состоянии управлять процессами через глаза. Адепты могли взаимодействовать только через зону контакта. Расход ресурса контактера в таком случае был непомерен.

Учебный процесс был расписан в следующем:

— Познание себя. Отработка внутреннего зрения на все процессы в организме на клеточном и молекулярном уровне. Управление собственными органами. На процесс уходит в общем около десяти часов моего воздействия, то есть десять сеансов по шесть часов для одного клиента.

— Познание и диагностика других. Отработка внутреннего зрения на процессы в организме пациента. Включение всех диапазонов зрения и построение визуального моделирования. Те же десять сеансов в итоге.

— Формирование зоны контакта. За сравнительно короткое время на внутренней поверхности предплечья прорастало багрово-красное мясистое сосудистое пятно. Переплетенные между собой руки целителя и пациента срастаются капиллярами, после чего происходит обмен. В зону обмена перемещаются кодированные управляющие клетки. Клетки распределяют движение из организма донора необходимой реципиенту информации, обратно идет информация, необходимая донору.

Кроме того, через кишечник, печень, почки и кожный покров донора выводятся лишние продукты метаболизма реципиента. В процессе сеанса люди теряют до десяти килограмм веса. Реципиент может потянуть лишние килограммы донора, а тот, при таком же расходе веса, делится впридачу ко всему клетками тела с реципиентом. За весь сеанс организму донора нужно запасов килограмм на десять. Второй сеанс зависит от весовой таблицы: встал на весы, сошлась таблица – годен. Считаю моветоном умереть от голода в процессе сеанса.

С принятием плана учебного процесса все осознали, что учеба будет длительной при строго ограниченном количестве адептов. Ведь только на познание одного цикла из курса уходило до десяти сеансов, которые отнимали по пятьдесят-восемьдесят килограмм собственного веса. Адептов надо было не только учить, но и восстанавливать. Получалось, что к следующему сеансу надо было отъедаться и готовиться около месяца. Опять же расход нейронов по 80 тысяч клеток на час сеанса. Мне в этом плане было легче, поскольку на формирование управляющих процессов у меня уходило минут десять, и у меня не было никакой необходимости лежать в трансе с высокой температурой полдня. Я и вес не терял, поскольку расходовал энергию пациента. Но, учитывая наш с Игорем лечебный опыт в компьютерной лаборатории, у нас кругом были комнаты отдыха с буфетом, съестные запасы в котором непрерывно пополнялись за счет фирмы.

Тихонько продвигаясь в нужном направлении, кафедра психиатрии местного медицинского университета впереди планеты всей создавала новое лечебное течение, новое направление – контактную терапию. Эффективное, всеобъемлющее лечение всех возможных заболеваний. А я числился заурядным лаборантом. Проводимые сеансы между моими стариками и пациентами давали интересные и порой непредсказуемые результаты.