Василий Орехов - Миссия невыполнима

Волоча за собой по разбитому тротуару чемодан на колесиках, Дженнифер О’Хара добрела до дверей хостела (вполне приличные двери и крыльцо, только вот ветер перекатывает по грязным ступеням бумажные пакеты, обрывки пластиковой пленки и другой мусор). Вошла внутрь и решительно двинулась к стойке ресепшн, за которой восседал грузный араб лет пятидесяти в рубашке с короткими рукавами (интерьер тоже ничего, только не ремонтировалось лет десять и стойка в одном месте словно изрезана ножом). Приветливо улыбнулась портье (солидный человек, только на рубашке слева жирное пятно):

– Мне нужно место в женском номере.

Араб смерил ее с головы до ног задумчивым взглядом. Потом еще раз – в обратном порядке.

– Место, – напомнила девушка, когда пауза затянулась. – В женском номере. Вы понимаете интерлингву? Может быть, мне перейти на английский?..

– Я понимаю интерлингву, – неторопливо, с достоинством кивнул портье, глядя дюймов на пять ниже подбородка собеседницы. – У меня такая работа, что мне необходимо знать интерлингву. Стало быть, место, – задумчиво констатировал он. – В женском номере. – Он наконец оторвал взгляд от прелестей Дженнифер и перевел его на древний монитор на своем столе. – Только предупреждаю сразу, они все четырехместные. А есть вообще шестиместный. Но удобства все равно в конце коридора.

– Мне без разницы.

Портье пошелестел сенсорной клавиатурой.

– Пять пятьдесят в сутки, время пошло, – заявил он наконец. – И деньги вперед. Если по истечении срока плата за следующие сутки не внесена, я выбрасываю твои вещи на улицу.

– Сурово, – оценила гостья. – И при таких спартанских условиях вы еще дерете такие деньги?

– Добро пожаловать в Аль-Сауди, самое богатое государство этого сектора Галактики.

– Кредитные карточки принимаете?

– Только банковских систем королевства.

– Черт знает что. – Мисс О’Хара пошарила в заднем карманчике шортов и шваркнула на стойку мелочь – сдачу, которую ей выдали, когда она после прилета перекусила в баре космопорта.

Араб безразлично сгреб деньги со стойки, пересчитал в ладони. Три мелкие монеты положил обратно на стойку рядом с карточкой ярко-оранжевого цвета, толкнул в сторону клиентки:

– Лишнего не надо. Это твой ключ, джамиля[1]. Номер 413, верхняя койка у окна.

– Тараканов у вас хотя бы нет? – безнадежно осведомилась Дженнифер.

– Если в гостинице нет тараканов, это верный повод задуматься, все ли в порядке с гостиницей, – рассудительно заметил портье. – Таракан – животное чуткое и прекрасно понимает, где жить нельзя.

– Таракан – это насекомое. – Гостья сгребла со стойки карточку-ключ и, громыхая чемоданом по неровностям пола, двинулась по коридору к лифту. – Как и большинство мужчин, – буркнула она, не оборачиваясь.

Портье с кислой улыбкой посмотрел ей вслед. Он хотел предупредить американскую джамилю, что топик и шорты – не самый удачный костюм для его хостела, полного наркоманов и всякой шантрапы. У него самого была взрослая дочь, и он очень не хотел бы, чтобы она даже гуляла в этом районе. Ох, как все изменилось со времени кончины благословенного короля Абдаллы, да будет Аллах к нему благосклонен и за порогом… Однако последнее замечание американки запечатало ему уста. Шайтан с ней, с этой рыжей девкой. Она явно не первый раз живет в хостеле, поскольку условия проживания только слегка удивили ее, но отнюдь не шокировали. Стало быть, шлюха хорошо знает, на какие проблемы можно нарваться в таких заведениях, и если сама ищет их на свою голову – что ж, иншалла[2]. Добро пожаловать в Аль-Сауди, рай среди обитаемых миров.

Двери лифта на четвертом этаже раскрылись с трудом. Обнаружилось, что к ним, сидя на полу, привалился спиной смуглый мужчина бомжеватого вида, под которым натекла темная лужа с острым запахом аммиака. Потеряв опору, он повалился прямо в кабинку. Дженнифер бесцеремонно отодвинула его с дороги, объехала неприятную лужу и покатила чемодан по узкому, слабо освещенному коридору, разыскивая свой номер.

Посреди коридора стоял, подпирая левым плечом стену, парень арабской внешности в кожаной безрукавке, с виду типичный хичер, хотя у него и не имелось ни светящихся татуировок на лысом черепе, ни разноцветной взлохмаченной прически – появляться в таком виде на улице было небезопасно, потому что королевская полиция строго следила за достойным внешним видом прохожих. У мисс О’Хара тоже наверняка возникли бы неприятности, вздумай она разгуливать в топике и шортиках возле королевского дворца или в фешенебельных районах города. В курортных зонах планеты подобный внешний вид на улице с большой неохотой, но все же допускался. Однако в этом районе полицейские не появлялись уже давно. Последний раз их здесь видели во время похорон прежнего короля.

Судя по расфокусированному бессмысленному взгляду, подрагивающим пальцам и беспомощной позе, парень не сумел добраться с первого захода до своего номера и теперь отдыхал, пережидая внутреннюю бурю и набираясь сил для следующего рывка. «Черный одуванчик» не щадил своих рабов, заставляя их щедро рассчитываться за пристрастие к этому дешевому наркотику спинным мозгом и нервными клетками. Однако едва завидев в конце коридора соблазнительную женскую фигуру, хичер мгновенно обрел второе дыхание и отлип от стены, загородив Дженнифер дорогу.

– Привет, джамиля! – заплетающимся языком проговорил он, покачиваясь и демонстрируя в широкой американской улыбке полусгнившие изжелта-черные зубы.

Не поднимая взгляда, мисс О’Хара упрямо топала прямо на него.

– Привет, джамиля! – сделал вторую попытку парень, уже начисто забыв о первой, когда через несколько мгновений девушка подъехала с чемоданом почти вплотную к нему. – Это… Шмаль есть? – Он безуспешно попытался сфокусировать взгляд на молчащей Дженнифер. – Ты это… интерлингву-то понимаешь, пери[3]?

– Я понимаю интерлингву, – скучным голосом проговорила джамиля. – У меня такая работа, что мне необходимо знать интерлингву. Теперь я могу проехать?

– А то пойдем это… перепихнемся по-быстрому, – предложил доставала, раскачиваясь, словно тростник на ветру. – На раз-два. У меня в номере «одуванчик» есть. А? Дунем – и это… В койку. А?

– С дороги уйди, последний раз прошу по-хорошему, – устало проговорила О’Хара.

– Да ладно тебе! – Хичер протянул грязную ладонь и попытался сбоку погладить тугую грудь девушки, натянувшую тонкий топик. – Детка, мы с тобой можем славно…

Ленивым, почти неуловимым движением Дженнифер перехватила его руку и двумя пальцами крепко стиснула лучезапястную кость. Парень заорал от резкой боли, мгновенно прочистившей затуманенные наркотиком мозги.