Джеймс Блиш - Метаморфоза

— Я не могу улететь и оставить тебя здесь, — сказал Кочрейн. Ты спасла мне жизнь. Ты заботилась обо мне и любила меня. Я никогда раньше этого не понимал, но сейчас понимаю.

— Ты должен быть свободным, Зефрам Кочрейн. Кирк сказал мягко:

— «Галилей» ожидает вас, мистер Кочрейн.

— Но если я увезу ее отсюда, она умрет. Если я уеду отсюда — она, человек — умрет от одиночества. И это еще не все… Я люблю ее. Это удивительно?

— Для человеческого существа — нет, — сказал Спок. — В конце концов, вы невероятно иррациональны.

Кочрейн обнял новую Нэнси Хедфорд.

— Я не могу оставить ее здесь. И это неплохое место. Я привык к нему.

— Подумайте, мистер Кочрейн, — сказал Кирк. — Там целая галактика, готовая прославить вас.

— Мне достаточно, что она любит меня.

— Но вы состаритесь, вы оба, — сказал Спок. — Больше не будет бессмертия. Вы состаритесь здесь и в конце концов умрете.

— Это происходит с каждым мужчиной и с каждой женщиной, но после долгого пребывания вместе складывается впечатление, что это одна из самых стоящих вещей в человеческой жизни. До тех пор, пока вы вместе.

— Вы уверены? — спросил Кирк.

— Здесь много воды. Климат хорош для выращивания растений. Я могу даже попытаться вырастить фиговое дерево. Каждый человек имеет право на это, не так ли? — Он помолчал, затем твердо сказал. — Я делаю это не из признательности, капитан. Теперь, когда я вижу ее, могу прикоснуться к ней, я знаю, что люблю ее. У нас впереди много лет, и это будут счастливые годы.

— Мистер Кочрейн, возможно, вы правы, возможно, нет. Но я желаю вам всего самого лучшего. Мистер Спок, Боунс, идемте.

Когда они повернулись, Кочрейн сказал:

— Капитан…

— Да?

— Не говорите им ничего о Кочрейне. Пусть все будет, как было.

Кирк улыбнулся.

— Ни слова, мистер Кочрейн.

Когда они уже залезали в аппарат, Спок сказал:

— У меня есть интересный вопрос, капитан. Не освятили ли вы акт многоженства? В конце концов, Компаньон и комиссар Хедфорд теперь одно тело?

— Теперь вы проявили узость мышления, мистер Спок, — сказал Мак-Кой. — Многоженство не везде запрещено. Кроме того, Нэнси Хедфорд была практически мертва. Только Компаньон помогает ей жить. Если она оставит Нэнси, та не проживет и десяти минут. Фактически я намереваюсь подать рапорт о ее гибели, как только мы попадем на «Энтерпрайз».

— Кроме того, — подхватил Кирк, — любовь — это та единственная вещь, к которой стремились и Нэнси, и Компаньон. Теперь они ее имеют.

— Да, но не вечность, — сказал Мак-Кой. — Только жизнь.

— Да, но этого достаточно, Боунс. Для людей.

— Это некорректное замечание, Джим. — Когда брови Спока поползли вверх, Мак-Кой добавил: — Однако это правда.

Кирк улыбнулся и поднял коммуникатор.

— Кирк вызывает «Энтерпрайз». Коммуникатор слабо ответил:

— Капитан! Это Скотти. С вами все в порядке?

— Абсолютно. Вы можете нас запеленговать?

— Производим вычисления. Готово.

— Очень хорошо. Я продолжу передачу. Займите стандартную орбиту по прибытии. Мы пересядем — переместимся на челнок.

— Но что случилось, капитан?

— В конце концов, ничего особенного, — сказал Кирк. — Просто произошла самая старая история в мире.