Александр Сиваков - Полина

– Считай, что добился противоположного результата.

Парень резко обернулся и приоткрыл рот. Его лицо слегка покраснело.

– Нежная у тебя кожица…, – хмыкнул я. – Тебе бы с твоими нервами бабочек в ботаническом саду изучать… Ладно, становитесь по росту, идея в принципе, не плохая.

Вскоре четверо ребят переминались с ноги на ногу в импровизированном строю. Они настолько резко контрастировали друг с другом – и чертами лиц, и ростом, и цветом кожи, что казалось, будто в одном месте их долго и тщательно собирал какой-то шутник. Со стороны они напоминали труппу бродячего цирка старых времён.

Первый – высокий и светловолый Николай – был единственным европеоидом. В личном деле фигурировало его прозвище – Дипломат.

На представителя дипломатической миссии он, мягко выражаясь, не тянул.

– Дипломат, значит? – Уточнил я, тщательно изучая монитор своего персональника. Последней фотографии не исполнилось и недели.

– Он самый, – хмыкнул парень, показывая в широкой улыбке безукоризнено-белые зубы. От недавнего конфуза и следа не осталось. – Если хотите, могу на спор за пару минут любого убедить, что снег – чёрный, а крокодилы летают.

– Отставить шутки! – Сухо бросил я. – Срок – неделя. За это время постарайся убедить меня в своей полезности – больше от тебя ничего не требуется.

Тот, нисколько не обескураженный, пожал плечами:

– Сделаем, было бы сказано…

Второй боец – низенький полноватый негр сразу назвался Сергеем Павловичем. Он именно так и представился: не старшим сержантом имярек, не Серёжей, не Серым, а именно Сергеем Павловичем.

"С таким именем и прозвища никакого не нужно, – подумал я, тем не менее взглянул на строчку "Псевдоним". Коротко и ёмко – "Псих".

– На войне имена не приняты, – заметил Сергей Павлович, проследив направление моего взгляда.

– Из-за чего такое имячко?

– Да так, в моей биографии были некоторые тонкости…

Составители личного дела охарактеризовали эти тонкости фразой "Буен и несдержан при ведении боевых действий".

Мне сразу стало интересно, что этот парень тут делает. В учебке лучше не нашлось? Или засланный казачок?

– Если хотя бы комара прихлопнешь без моего ведома – вылетишь отсюда быстрее, чем кошка с собачьей выставки.

Тот пожал плечами и ничего не ответил.

Пришлось отметить, что с этим чёрным красавцем, похоже, будут проблемы. Быстрей бы его отправить дальше, в Одессу – пусть у тамошних голова болит.

Третий оказался китайцем. Самым классическим – маленьким, жёлтым, узкоглазым и очень-очень приветливым.

– Меня зовут Ши Ху, – не дожидаясь вопросов сообщил он.

– Что умеешь делать?

– В компьютелах немнозичко рязбираюсь.

По поводу "немнозичко" – это было откровенное кокетство. Если верить агиографу его учебки, Ши Ху был лучшим компьютерщиком европейского северо-запада.

– Псевдоним – "Хакер"?

– Так точно.

Последний парень доложил, что он из Латинии. Я скривил губы в улыбке: кто бы сомневался; слишком уж смуглый для здешних северных районов. И сложение у него… такое… внушает почтение. Ходячая гора мышц. С таким лучше не ссориться.

– Меня. Зовут. Фердинанд. – Говорил латинец медленно и весомо, слова падали в сознание словно гири в песок.

– Спортом занимался? – Поинтересовался я, вспоминая личное дело. Вроде ничего такого там не было.

– Нет. Пытался. Но не получилось. Я одного боксёра-тяжеловеса уделал. С первого удара. И меня дисквалифицировали. В общем, не получилось как-то…

Оператор, сидящий за ближайшим пультом, уважительно оглянулся на новичка: остальные бойцы на его фоне выглядели недокормленными подростками.

Именно такие ребята – загорелые, мускулистые, пышущие здоровьем – здесь, на Лимносе, не задерживаются. Приезжают сюда на словно на курорт, стажируются неделю-другую – и уезжают дальше, в столицу, где кипит жизнь. Тут же, в провинции, остаются бледные взъерошенные пацаны, которые только и умеют что сидеть за пультами наблюдения и нажимать сигналы тревоги, если вдруг что-то начинает идти не так.

– Ребята, на всякий случай предупреждаю: во время несения службы пользоваться личными мобильниками и персональниками запрещено. Так что если у кого-то перечисленная аппаратура с собой, сдайте мне, а вечером, после окончания дежурства, получите обратно.

Дипломат сдал мне мобильник, хакер-китаец – персональник и наладонник, Сергей Павлович долго мялся, наконец бросил на стол старенькую модель мобильника.

Мы прошли в глубину дежурки. Тут царил форменный бардак. Всюду в несколько рядов стояли пластиковые ящики, в которых нынешняя смена ремонтников привезла новую партию аппаратуры.

"Меня бы спросили, что ли!", – с раздражением подумал я. Пара скамеек, стоявших здесь ещё вчерашним вечером, куда-то исчезла.

Мы расположились на ящиках вокруг системного терминала, внешне похожим на журнальный столик. Вместо столешницы, уходя в пол толстой ножкой-опорой, сочно гудел ящик разводки оптических каналов.

(Вообще-то нейтронная техника нынешнего века работает бесшумно – всё-таки это не радиоприёмники первого поколения с их трансформаторами и электронными лампами. Но через это крохотное устройство за долю секунды проходит такое количество терабайт, что не гудеть он не может – это будет против всех законов физики)

Почувствовав на себе внимательный взгляд четырёх пар глаз, я слегка поёжился. Не люблю быть в центре внимания.

– Так, ребята. По быстрому введу вас в курс дела. И сразу начнём работать.

Новички соорудили заинтересованные мины, Дипломат несколько нарочито с энтузиазмом потёр руки.

"Выслуживается за свой недавний "косяк"? Строит из себя мальчика-паиньку?"

– У нас идёт плановое техническое обслуживание систем безопасности. И очень не вовремя на несколько дней на Лимносе появилась Полина Германовна. Вдобавок к этому скоро прибудет Сенатор. Нам своими силами необходимо обеспечить безопасность их пребывания на острове.

– На сколько времени они приехали? – Деловито поинтересовался Фердинанд.

– Дня три. Может меньше.

– Сколько нас? – Продолжал расспросы латинец.

– Это находится вне твоей компетенции.

– Согласен, – вмешался в разговор Дипломат. – Мы только прибыли. Но имеем право знать, на что вообще можно рассчитывать.

– Рассчитывайте, что в ближайшие три дня придётся крутиться. Белками в колесе, а то и быстрее. У нас форс-мажор. – Я подумал минуту. – Ладно, договоримся так. Одних я вас пока оставить нигде не могу – у здешних бойцов своих проблем достаточно. Будете постоянно со мной. И по ходу дела сами во всём разберётесь.

Мобильники коротко пискнули, отмечая наступление нового часа. Шестнадцать часов. Чуть задержавшись робко пискнул мобильник китайца. Его часы, похоже, опаздывали.