Raptor - Тенебрариум

— Чего-о? — вскипела Райли. — Писатель, я тебя убью.

— Да тихо ты! — шикнул я на неё, и опять вернулся к шаману. — Она была бы очень Вам благодарна, если бы Вы, альма, относились к ней не как к собаке, а как к разумному существу.

— А он относится ко мне, как к собаке? Это просто ни в какие ворота не лезет, — разведя руки, Райли обернулась к Тинке. — Ты слышишь, чего он городит?

Шаман фыркнул, — Тоже мне, разумное существо. Она когда-нибудь на себя в зеркало смотрела? Не много ли чести?

— Альма, имейте совесть.

— Хорошо. Я готов признать, что эти существа разумны. Я не буду их бить, если они будут меня слушаться. Так твоя Райли готова мне служить?

— Райли, альма обещает, что никаких телепатических атак с его стороны больше не будет. Он выдворит экрофлониксов, и защитит от них наш дом. Но за это ему нужно, чтобы ты кое-что для него делала. Услуга за услугу, так сказать.

— Чего он хочет?

— Она спрашивает, что Вы от неё хотите?

— Наконец-то у нас начался деловой разговор. Если я отпущу пса, то мне нужен будет новый снабженец. Белая тварь должна приносить мне еду. Я ем только мясо. Немного, но регулярно. Каждый день. В определённое время. При этом она должна выражать мне почтение. Не рычать, не скалиться, не приближаться слишком близко. Она должна быть кроткой и послушной. Иначе ей не поздоровится! Всё, переводи давай.

— Блин, — я утёр пот. — Ф-фух…

— Чего ты так взопрел? Я, кажется, по-русски говорю, — нахмурил брови шаман.

— Мало просто перевести. Надо чтобы она Вас правильно поняла.

— Что говорит эта сущность? — не выдержала Райли.

— Он хочет, чтобы ты его кормила.

— А может ему ещё станцевать? Обойдётся.

— Ему нужно регулярно приносить еду, чтобы у него были силы отгонять экрофлониксов.

— Из тебя переводчик, как из оленьего говна пуля, — проворчал старик. — Может быть ты и хороший писатель, но переводчик из тебя никудышный.

— Теперь я понимаю, почему семнадцатый так отощал. Сущность его довела. Он отдавал этому альме всю свою добычу, чтобы только тот не издевался над ним, — догадалась Райли. — И ты предлагаешь мне влезть в этот же хомут? Ты хочешь, чтобы я превратилась в семнадцатого? Да уж лучше пусть меня разорвут экрофлониксы!

— Райли, можно тебя на пару слов? — я взял её под локоть, отвёл в сторонку и зашептал на ухо. — Послушай. Я с таким трудом убедил эту сущность пойти на переговоры с тобой, а ты хочешь всё испортить? Забыла, зачем привела нас сюда? Вот — та самая сущность, за которой мы охотились. Да, она оказалась немного не тем, чего мы ожидали, но она реально может нам помочь! Я видел, на что способен этот альма!

– 'Немного не тем?' Немного?! Писатель, очнись. Если ты не чувствуешь его воздействия, то пожалей хотя бы нас с Тинкой. Это создание нас угробит. Когда я шла сюда, я понятия не имела, что это за сущности. Я думала, что это примитивные существа, состоящие из чистой энергии, которых можно приручить. Думала, что 4-17 завладел такой сущностью, но, как я теперь вижу, здесь всё совсем наоборот. И мне это совсем не нравится. Не пытайся повесить на меня этот геморрой!

— Ты права насчёт семнадцатого. Он действительно был под контролем сущности. Но в отличие от него, у тебя есть я. Ну же, подруга, помоги мне. Я его уже почти дожал. Осталось совсем немного, чтобы узнать его слабое место. И когда я это узнаю, то уже мы будем диктовать альме свои условия. А пока, пусть думает, что мы полностью от него зависим. Подыграй мне, дорогая, пожалуйста.

Райли долго и пристально смотрела мне в глаза.

— Пожалуйста, — продолжал молить я.

— Если ты думаешь, что я — дура… — Она вздохнула, и перевела взор на шамана. — То ты прав, Писатель. Я действительно дура. Скажи ему, что я согласна.

— Что? — не сразу поверил я.

— Я согласна! Третий раз повторять не буду, — изгнанница отвернулась, скрестив руки на груди.

У Тинки, наблюдавшей со стороны за нашими перешёптываниями, отвалилась челюсть.

— Райли! Ой, зря-я…

— Заткнись. Сама знаю.

Вернувшись к шаману, я довольно улыбнулся.

— Ну и чего? — спросил тот.

— Она согласна. Она принимает Ваши условия.

— Правильно. А куда ей деваться? Глупая зверюга.

— Прекратите её оскорблять. Вы же обещали!

— Мало ли чего я обещал. Она мне не нравится.

— Тогда, может быть, Вам стоит познакомиться с ней поближе? Райли! Подойди-ка сюда.

— Зачем?? — старик и охотница воскликнули одновременно, словно сговорились.

— Иди ко мне, Райли, не бойся, — я протянул ей руку.

— Ты это прекращай! — Потребовал старик. — Я не хочу, чтобы она приближалась.

— А я не хочу, чтобы Вы считали её животным.

— А кто она?!

— Узнаете, когда увидите…

Райли очень неуверенно поднялась по ступенькам, и остановилась на половине пути, — ты уверен?

— Давай, иди ко мне!

— Не подходи! — воскликнул шаман. — Писатель, останови её!

Изгнанница бочком подкрадывалась к нам, испуганно таращась то на меня, то на шамана.

— Пошла прочь! — старик замахнулся на неё клюкой, и Райли пригнулась, схватившись за голову.

— Мне больно!

— Не смей!!! — выступил я между ними, словно надеясь, что остановлю псионическое воздействие.

Шаман одарил меня гневным взглядом. Я безо всякого страха смотрел в его сузившиеся глаза. Даже сквозь эти чёрные щёлочки просматривался нарастающий страх. Он не злился. Он боялся.

— Не надо, — медленно качая головой, я не сводил с него глаз. — И Вы считаете себя цивилизованным существом? Какое же Вы цивилизованное существо, если Ваш разум застилает звериная ярость? По сравнению с Вами, она (оттопырив большой палец, я указал им себе за спину, туда, где стояла Райли) — гораздо человечнее и цивилизованнее.

Старик опустил свою палку и отвернул лицо. Только после этого, я вновь отступил назад, оставив их стоять друг напротив друга.

— Как ты? — спросил я у подруги.

— Нормально. Но было очень больно. Слушай, Писатель, я так больше не могу. Давай уйдём?

— Подожди. Дай ему минуту. Только минуту. А потом уйдём… Посмотрите на неё, альма. Просто посмотрите на неё. Не как на белое чудовище, а как на безобидное живое существо. Которое, также, как и Вы, хочет жить.

— А может быть я не хочу жить? — язвительно ответил старик. — Может быть мне надоело? Откуда тебе знать, как я живу, и чего хочу?

— Я смотрю, Вы даже посмотреть на неё боитесь. Отворачиваетесь. Райли права, нам больше не о чем с Вами разговаривать. Живите тут как хотите…

— И вовсе я не боюсь. Чё мне её бояться? Если полезет на меня — враз палкой огрею! — в голосе старика почувствовались нотки волнения и переживания.

Я пристально следил за ним. Вот, одним глазком он глянул на Райли. И тут же отвёл взгляд, словно от стыда. Но, спустя мгновение, опять на неё посмотрел. Морщинистое лицо начало менять выражение. Маска сердитой раздражённости сменялась на живое, искреннее удивление.