Валентин Скорятин - Маяковский - Кто, я застрелился, Такое загнут !
Я знаю силу слов, я знаю слов набат. Они не те, которым рукоплещут ложи...
Разве не слышна эта колоссальная духовная мощь, толькотолько оперившаяся в неясные строчки, только-только вышедшая из души его сердца, но уже возвестившая, что старого Маяковского со своими бесчисленными томами своих "партийных книжек" больше никогда не будет, даже если для этого потребуется, чтобы не был он сам. Рождающийся заново Маяковский не хочет мириться с тем, с чем мирился раньше, не хочет больше слушать тех, кого слушал раньше, не хочет больше ни перед кем склоняться, а хочет БЫТЬ, чего бы это ему ни стоило. Он бросает вызов самой Смерти - ...и та принимает его. ...В одном, пожалуй, можно согласиться с Лилей Юрьевной и Осипом Максимовичем - да, Маяковский действительно предсказывал свою смерть, но смерть - насильственную! И не просто предсказывал, но и хотел, но и призывал, но и жаждал всей душой. И чем ближе к 30-му году, тем сильнее этот неведомый порыв души, прорывающийся лишь в стихах.
Статью поптотовил по неизланюй книга В. Стрятина и по мелеляим данным, опубликованным в печати, Михаил ФЫРНИН.