Чарльз Шеффилд - Возрождение

– А откуда?

– Скажут они, как же! Но полифемы любят путешествовать, и тут есть один, который вроде бы бегло говорит на человеческом языке. Через несколько минут мы узнаем, врет он или нет.

– А если они не местные, тогда зачем им понадобилось лететь в эту жуткую дыру?

– За радиацией. Вот почему мы с Ат решили отправиться к нейтронной звезде. Интенсивность ультрафиолета здесь в сто раз выше, чем может выдержать человек. Однако полифемы от этого в полном восторге. Если ты прогуляешься по пляжу, чего я не советую, то увидишь: их там сотни – валяются на солнышке и балдеют. Просто пьянеют, причем по-настоящему.

– А им это не вредно?

Как посмотреть. Вот, например, алкоголь – он вреден для человека или нет? – Ненда открыл выходной люк. Отраженный свет проник внутрь, и воздух сразу наполнился запахом озона, как при электрическом разряде. – Придется выйти, пусть и ненадолго: Каллик договорилась, что встреча будет проходить в защищенном месте. Пойдем скорее – даже в костюме ты за несколько минут получишь ожоги.

По пути к зданию Синара огляделась вокруг. Все растения были покрыты шипами жутковатого вида. Человеческому глазу цветы на них казались серыми, но в ультрафиолетовом спектре, привычном для местных насекомых-опылителей, причудливые заросли наверняка представляли поразительное зрелище.

Спец по выживанию вошла вслед за Нендой в каменное здание. За дверью начинался туннель, ведущий в такое темное помещение, что очки пришлось снять, иначе ничего не было видно. Когда глаза привыкли, девушка увидела на каменной плите странное зеленое существо – не то растение, не то животное, – которое покачивалось, опираясь на длинный хвост, свернутый спиралью.

– Наконец-то, – проворчало существо с каким-то квакающим акцентом. – Долго же пришлось вас ждать. Я мог славно позагорать – надеюсь, дело того стоит.

– Мы постараемся, чтобы ты не пожалел. – Если Ненду и удивила наружность чужака, он этого никак не показал. – Я Луис Ненда, а это – Синара Беллсток. Мы из рукава Ориона.

– Вижу. – Выпяченные зеленые губы сложились в недовольную гримасу. – Люди… так-так… По-вашему меня зовут Клавдий. Я профессиональный пилот и бывал в ваших краях. Не пожалею, говорите? Что-то не верится. Отсталые, примитивные планеты – там и взять-то нечего.

– Ты изменишь свое мнение. Мне уже приходилось иметь дело с Полифемами. Знаешь Дульсимера? Он тоже профессионал и может за нас поручиться.

– Знаю такого. Это он-то профессионал? Тьфу! Бездарный любитель! А вы оба его знаете?

Синара отрицательно покачала головой, затем на всякий случай добавила:

– Я не знаю.

– Тебе повезло, – фыркнул Клавдий и закачался вверх-вниз на своем хвосте-пружине. Его трехметровое змеиное тело, скрученное винтом, было покрыто зеленой кожей, напоминавшей резину. Из-под наморщенного лба таращился огромный синевато-серый глаз размером в полголовы. Между этим глазом и ртом, вечно искривленным в усмешке, помещался еще один глаз, меньше горошины и с золотым ободком, который беспрестанно вращался, исследуя окружающее пространство. Посередине змеиное тело было обмотано оранжевой тканью, из которой торчало пять трехпалых конечностей – и все пять с одной стороны.

Зеленая пружина сжалась, так что Клавдий сравнялся ростом с Луисом.

– Говори, зачем прилетел. Быстро, и чтобы мне понравилось. Иначе я уйду. Скоро полдень – я теряю лучшее время дня.

– Это займет всего минуту. Я знаю планету, которая терпит бедствие. Ее жители умирают, а может, уже умерли. Тот, кто туда прилетит, сорвет огромный куш. Если там никого нет, можно взять что хочешь, а если кто-то остался, то он отдаст что угодно, лишь бы спастись.

– Любопытно. – Крошечный глаз продолжал вращаться, но главный повернулся к Ненде. – Это у вас в рукаве Ориона?

– Не скажу, пока мы не договоримся.

– Мне можно верить, человек.

– Нисколько в этом не сомневаюсь.

– М-м… мне непонятно, зачем тебе понадобился я. Разве что до этой планеты трудно добраться, и ты ищешь лучшего пилота в галактике. Тогда мы могли бы договориться.

– Я не думаю, что добраться трудно. – Ненда заглянул в список названий, взятых из базы данных марглотта. – Ты знаешь такие планеты: Винтнер, Блоссом, Райзер, Марглот, Меридиум, Темблор?

– Конечно. Говорят тебе, я лучший в мире пилот – налетал десять тысяч ваших лет. Я знаю эти планеты и знаю, как лучше до них долететь. Это рядом с одной из них?

I – Может быть.

. – Отсюда далеко. И по правде говоря, к некоторым я не стал бы приближаться. Корабли летят туда и не возвращаются. Какая планета тебе нужна?

– Сначала договоримся, потом скажу.

– М-м… понятно. – Клавдий подался вперед, слегка распрямив кольца. Его главный глаз моргнул, повернулся к Синаре, потом снова к Луису. – Может быть, поболтаем немного – наедине, как мужчина с мужчиной. Так это у вас называется? – Он кивнул на Синару и подмигнул.

– Постой-ка! – Девушка уже преодолела первый шок от встречи с Клавдием. – Я здесь эксперт по выживанию.

– На Курорте нет опасностей. У меня личный разговор.

– Ну и что? – Синара вызывающе выпрямилась. – Я уходить не собираюсь. Если хочешь что-то сказать, говори при мне.

– Тогда ничего не скажу. И договора тоже не будет. – Клавдий снова вытянулся во весь свой трехметровый рост. – Все, хватит! Я иду загорать.

– Не валяй дурака!

– Синара, может быть… – начал Луис.

– Ты допустишь, чтобы мне приказывал этот… этот огурец-переросток? Нет!

– Может быть, он и в самом деле хочет сказать что-то личное – скажем, о Дульсимере?

– Вот именно! – кивнул Клавдий. – О Дульсимере. Наедине и очень личное! – Он повернулся к Синаре. – Если бы ты знала Дульсимера – вот как этого капитана, – то я говорил бы с вами обоими.

Пять минут! У вас пять минут. – Синара раздраженно водрузила очки на место и повернулась к выходу. Уже в туннеле она добавила: – Луис, если тебя не будет у челнока через пять минут, я вернусь. Моя задача – заботиться о твоей безопасности.

Клавдий проводил девушку взглядом, потом запрыгал на своем пружинистом хвосте к выходу, проверяя, не подслушивает ли она.

– Так что насчет Дульсимера? – нетерпеливо напомнил Ненда.

– Забудь о Дульсимере. Он придурок – не хочу о нем говорить! О сделке потом. Слушай, это чучело, обернутое тряпками и с жуткой кашей на лице, – человеческая самка?

– Да.

– От нее всегда столько мороки?

– Не твое дело!

– М-м… я тут подумал… – Лягушачий рот сложился в хитрую ухмылку. – В этой части рукава Стрельца никто еще не видел человеческую самку. Мужчин иногда видели, а вот женщин – никогда. Хотя, честно говоря, даже мужчины выглядели не так, как ты: наверное, они были ненастоящие. Короче, тут на Курорте есть ярмарка – самая большая на двадцать световых лет в округе. Отсюда недалеко. Если выставить там самку в клетке, это будет гвоздь программы, вот увидишь! Только надо снять все эти тряпки, чтобы можно было хорошенько ее разглядеть Навар пополам. Ну как?