Дэвид Марусек - Свадебный альбом

Энн сунула чип в плеер и велела:

- Пуск!

В информационной комнате неожиданно возник банкетный зал филадельфийского ресторана "Четыре времени года". Бен пытался оглядеться, но столики, занятые женщинами и девочками, упорно отодвигались в сторону. Центральной точкой был столик, задрапированный зеленой тканью и освещенный двумя канделябрами. За ним сидела молодая Кэти в строгом вечернем платье, ее окружали три неясные неподвижные фигуры: соседки, очевидно, отказавшиеся участвовать в съемке.

Сим Кэти лихорадочно осмотрелся, поднял руки и уставился на них так, словно никогда раньше не видел. Но тут же заметил сим юной Энн, стоявшей на возвышении.

- Так-так-так.. - начала она. - Похоже, пора кого-то поздравлять!

- Похоже, - согласилась юная Энн, просияв и протягивая диплом.

- Но хоть скажите мне, я тоже окончила? - поинтересовалась Кэти, переводя взгляд с Бена на Энн, скорчившуюся на полу.

- Довольно! - процедила Энн, потирая грудь.

- Погодите, - попросила юная Энн - Может, Кэти хочет получить обратно свой чип. В конце концов, это ее сим.

- Ничего подобного. Она подарила его мне, так что он мой. И я избавлюсь от него! Открой этот файл и сотри, - велела она дому.

Молодая Кэти, ее столик и банкетный зал растворились в жужжании, в небытии, смотровая комната вновь обрела прежний вид.

- Или этот - объявила Энн, беря чип, озаглавленный "Школьный выпускной бал".

Молодая Энн открыла рот, чтобы возразить, но передумала. Энн сунула чип в плеер - к остальным. На стене появилось название "Школьный выпускной бал".

- Сотри файл, - приказала Энн.

Юная Энн умоляюще посмотрела на Бена.

- Энн, - попытался вмешаться он, - а может, стоит вначале хотя бы просмотреть его?

- Зачем? Я знаю, что там. Разряженные старшеклассницы, вожделеющие мальчишки, танцы, поцелуйчики... кому это надо? Сотри файл.

Название мигнуло трижды, прежде чем исчезнуть. Юный сим вздрогнул, и Энн приказала:

- Выбери следующий.

Следующий назывался "Сон в летнюю ночь". На этот раз юная Энн не выдержала:

- Ты не можешь это стереть! Неужели не помнишь, какой имела успех! Все тебя обожали! Это была лучшая ночь твоей жизни!

- Не тебе учить меня, что лучше, а что хуже! Открыть файл! Она улыбнулась юной Энн.

- Стереть файл! Название в меню погасло.

- Прекрасно. А теперь открыть все файлы! Вся директория из красной стала зеленой.

- Пожалуйста, заставьте ее остановиться! - взмолилась юная Энн.

- Следующий! - бросила Энн.

Следующий файл был озаглавлен "Церемония окончания школы".

- Стереть. Следующий.

На наклейке следующего виднелось всего одно слово: "Мама".

- Энн, - вмешался Бен, - почему бы нам не вернуться к этому позднее? Дом говорит, что ужин готов.

Она не ответила.

- Ты, должно быть, проголодалась после тяжелого дня, - продолжал он. - Я тоже умираю с голоду.

- Тогда, пожалуйста, иди, дорогой, - кивнула она и приказала: - Просмотр "Мамы".

В комнате развернулось изображение мрачной спальни, которую Бен сначала принял за свою собственную. Он узнал почти всю тяжелую георгианскую мебель, неуклюжую кровать с балдахином, под которым он неизменно задыхался, пышные складки занавесей дамасского шелка, сейчас задвинутых и пропускавших лучики желтого вечернего света. Но это не его спальня. Мебель расставлена иначе.

В углу стояли два неподвижных силуэта, немые статуи девочки Энн и ее отца. Лица искажены скорбью, взгляды устремлены на кровать, задрапированную гобеленом и заваленную пуховыми одеялами. И Бен неожиданно понял, что это. Сим смертного ложа Дже-ральдины, матери Энн, которую он никогда не видел. Ее лысый, как яйцо, ничего, казалось, не весивший череп лежал на подушках в шелковых наволочках. Очевидно, ее хотели заснять на прощанье и случайно захватили последний момент жизни. Он слышал об этом симе от Кэти и остальных подруг Энн. Сам он вряд ли хранил бы такой.

Старуха на кровати неожиданно вздохнула, и воздух со странным бульканьем вышел из легких. Обе Энн, и настоящая, и выпускница, напряженно ждали. Несколько долгих минут единственным звуком было тиканье часов, в которых Бен узнал работу Сета Томаса, стоявшую сейчас в гостиной на каминной доске. Наконец раздался хриплый надрывный кашель и стон:

- Я вернулась?

- Да, мама, - подтвердила Энн.

- И я по-прежнему сим? - Да.

- Пожалуйста, сотри меня.

- Да, мама, - повторила Энн и обратилась к Бену.

- Мы всегда считали, что она тяжело умирала, но со временем, может, все пройдет легче.

- Вздор! - отрезала юная Энн. - Я вовсе не поэтому хранила сим.

- Вот как? - прищурилась Энн. - В таком случае, почему же ты его хранила?

Но девушка, похоже, смутилась.

- Не знаешь! Потому что я в то время тоже не знала, - кивнула Энн. - Зато теперь знаю и поделюсь с тобой. Ты заворожена смертью. Она и страшит тебя, и влечет. Вот ты и хочешь, чтобы кто-то объяснил, что там, по другую сторону.

- Чепуха!

Энн повернулась к неподвижно застывшей картинке.

- Мама, скажи, что ты там видела.

- Ничего, - с горечью призналась старуха. - Вы засняли меня без очков.

- Хо-хо! - хмыкнула Энн. - Не знала, что Джеральдина обладала чувством юмора.

- Кроме того, я страдала от жажды, голода, не говоря уже о лопавшемся мочевом пузыре! А боль! Умоляю, дочка, сотри меня!

Старуха молча смотрела на нее. Дыхание становилось все более затрудненным.

- Ладно, - сдалась Энн. - Клянусь, что сотру тебя. Джеральдина закрыла глаза.

- Откуда эта вонь? Не моя?

И немного помедлив, добавила:

- Слишком тяжело. Уберите.

Голос возвысился до панического визга.

- Пожалуйста! Уберите!

Она бессильно дергала за одеяла, но рука постепенно обмякла, и старуха проворковала:

- О, какая прелесть. Пони. Маленький пони в яблоках!

Это были ее последние слова. Еще миг - и она испустила дух. Энн остановила плеер, прежде чем мать смогла пройти новый круг умирания.

- Видишь? - спросила она. - Не слишком обнадеживающе, но так или иначе я наблюдаю небольшое улучшение. Как насчет тебя, Энн? Удовлетворимся пони?

Девушка тупо уставилась на Энн.

- Лично я, - продолжала Энн, - думаю, что мы должны добиваться ярко освещенного туннеля, или открытой двери, или моста над бушующими водами. Как считаешь, сестричка?

Не дождавшись ответа, Энн приказала:

- Закрыть файл и вернуть чип.

Помещение снова превратилось в смотровую комнату, и Энн положила чип на место.

- Позже повторим сеанс, мамочка. Что до остальных... кому они нужны?

- Мне, - отрезала девушка. - Они принадлежат мне тик же, как тебе. Это мои сим-сестры. Я сохраню их, пока ты не выздоровеешь.

Энн улыбнулась Бену.

- Очаровательно. Ну разве не очаровательно, Бенджамен? Мой собственный сим сочувствует мне! Что же, придется показать им, кто здесь настоящая хозяйка! Следующий файл! Стереть! Следующий! Стереть! Следующий!